Терновый куст
Шрифт:
Берл (подбегая). Ранена?.. Убита?.. Жива?..
Нейман. За углом живет доктор, побегите кто-нибудь…
Александр. Боже мой, боже мой!..
Нейман. Дайте, я посмотрю рану…
Дора. Погодите… минутку погодите… Я только в плечо, только в плечо… (В полуобморочном состоянии.) А вы знаете, где плечо?.. Кто видел плечо?.. Плечо в пучине… в водовороте плечо… И Александр там… в пучине…
Нейман. Попробуем понесем ее в дом…
Дора. А?.. Нет, не нужно.
Выстрелы, крики.
Александр, иди!.. Вот, возьми… (Дает ему револьвер.) И до конца… Этим револьвером… моим… до конца…
Александр (сдерживая слезы, берет револьвер). Это не опасно?.. Твоя рана не опасна?..
Дора. Поцелуй меня… Так… И иди!.. Хочу видеть, как ты уйдешь…
Александр. Дора!.. Я не могу… Я не могу уйти от тебя…
Дора. Уйди от меня… Вместе со всеми… Рядом со всеми… Иди…
Александр уходит и в воротах останавливается.
Он сказал: в пучину… Он тогда сказал: в глубь водоворота… Как Манус… Правду он сказал?..
Берл (склонившись над ней). Правду, правду!.. Правду, Дора!..
Дора. Правду?.. Это кто говорит?.. Это вы, Берл?.. Правду?.. Да, конечно, правду… Он славный… он бесстрашный… он как Манус… Любимый мой… (Приподнимается и ищет глазами.) Ушел?.. Он ушел?..
Берл. Ушел, Дора, он ушел… Он бесстрашный… Он как Манус…
Дора. Хорошо. (Таинственно шепчет.) А другая рана здесь, Берл… (Показывает на грудь.) Это конец… Где же все?.. Где мама?..
Нейман. Берл, пойдем, поможете мне принести кушетку, уложим на нее Дору.
Берл. Другие помогут… Я — на баррикаду. (Уходит в ворота.)
Соседи все гуще собираются около Доры.
Дора. Но почему Александр был здесь?.. Он боится?.. А про пучину — значит, неправда?.. Он уже ушел?..
Нейман. Он ушел, он на баррикаде.
Дора. Он не пойдет туда… Он не пойдет… Я знаю… (Вдруг вытягивается, вся судорожно трепещет и затихает.)
Самсон протискивается через толпу к дочери и тихо смеется.
Самсон. Вы слышите ветер с севера?.. Вы слышите ветер с севера?..
Леа стремительно бежит с улицы, за нею Леньчик.
Леа. Где?!.. Где она??.. Где?!.. (Подбегает к Доре.) Уже?.. Кончено?!.. Все кончено?!.. Я знала… (Падает на труп Доры и затихает.)
Все вокруг молчат.
(Оторвавшись от тела дочери, выпрямляется, и с лицом безумной, потрясая над головой кулаками, кричит в неистовстве, В звуках ее голоса ярость раненого барса и пламенная сила пророка, ведущего народ.) Вот ваш завтрашний день!.. Вот что ждет вас всех!.. Украсьте же себя кровью убитых детей наших! Украсьте себя смертью их, — и замучим мучителя!
Топот. Во двор врывается отряд солдат. Впереди молодой офицер. Народ в ужасе разбегается. Человек с отрубленными руками на бегу упал и не поднялся. У тела Доры остаются Самсон, Леа и Леньчик.
А, пришли!.. Сюда пришли!.. Дитя мое!.. Давай револьвер мне! (Вырывает из рук Леньчика револьвер и направляет его на солдат.)
Офицер. Прочь отсюда!.. (Шашкой выбивает у Леи револьвер.) Штыками их!.. Всех!..
Солдаты со штыками наперевес бросаются на Леньчика и Лею. На улице выстрелы, крики.
Самсон (выступая вперед, к солдатам, лепечет). Это с севера… Это с севера… Вы слышите ветер с севера?..
ПРИМЕЧАНИЯ
Историко-литературному комментарию к публикуемым пьесам предпосланы краткие биографические справки об авторах. Все упоминаемые произведения датируются по времени их первого издания. В том случае, если между написанием и опубликованием пьесы прошло более года, сообщаются обе даты. В скобках указываются варианты заглавий.
При ссылках на цитируемые источники в комментариях приняты следующие сокращения: ЦГАЛИ — Центральный государственный архив литературы и искусства (Москва); ЦГИАЛ — Центральный государственный исторический архив в Ленинграде; ИМЛИ — Институт мировой литературы имени А. М. Горького при Академии наук СССР, Архив А. М. Горького (Москва); ИРЛИ — Институт русской литературы (Пушкинский дом) Академии наук СССР, Отдел рукописей (Ленинград); ОРБЛ — Всесоюзная государственная библиотека имени В. И. Ленина, Отдел рукописей (Москва); ЦТБ — Центральная государственная театральная библиотека имени А. В. Луначарского, Отдел рукописей (Ленинград).
Давид Яковлевич Айзман родился 14 марта 1869 г. в Николаеве, Херсонской губернии. Отец его, торговец по роду занятия, был любителем и хорошим знатоком книг, автором нескольких статей в еврейских газетах. В доме часто говорили о Бокле, Бюхнере, цитировали Писарева. Пробуждению интереса Д. Айзмана к литературе и искусству способствовал его старший брат, который владел в городе книжной лавкой с читальней при ней и одно время редактировал местную либеральную газету «Южанин».
После окончания в 1886 г. николаевского реального училища Д. Айзман уехал в Одессу, где в 1890 г. поступил на живописное отделение рисовальной школы. Первые заметки Айзмана появились в «Южанине». В 1889 г. под псевдонимом Кулик в «Одесском вестнике» печатаются его фельетоны «По родным болотам» и «Очерки провинциальной жизни». В 1896 г., удостоенный за успехи в рисовании бронзовой медали, Айзман отправился в Париж, чтобы продолжить занятия живописью в Школе изящных искусств. Все усиливавшаяся тяга к литературному творчеству изменила его планы. Вместе с женой, практикующим врачом, в 1898 г. он поселился в глухой французской деревушке в Шампани. Законченный здесь первый очерк «Нежножечко в сторону» был напечатан в майской книжке «Русского богатства» за 1901 год. Первый сборник рассказов Айзмана «Черные дни» вышел в издании «Русского богатства» в 1904 году.