Чтение онлайн

И те и другие продвигались очень медленно, и те и другие теряли людей. Трое партизан погибли. Двое были ранены – легко, но от потери крови ослабли. Шла борьба нервов и хладнокровия. Число преследователей все увеличивалось и стало подавляющим, однако люди Жоаннеса прекрасно знали местность и, несмотря ни на что, упорно продвигались вперед, к убежищу, предусмотрительно созданному ими в горах.

Прерывистый бой длился уже два часа. Партизанам удалось сдержать натиск бандитов и замедлить их продвижение.

Наконец достигли вершины горы. Справа открывалась пропасть, где на глубине семисот метров, разбиваясь о скалы, с ревом неслась река.

– Вперед, друзья! Мы почти у цели! – прокричал Жоаннес, стремясь перекрыть голосом шум бурлящей воды.

Прошли еще метров двести. Ущелье сужалось. Наконец оказались у места, где между гранитными стенами расстояние не превышало двадцати пяти метров. Грубый мост из трех громадных еловых стволов соединял края обрыва.

На другой стороне находился небольшой редут, образованный нагромождением скал, он защищал мост.

У патриотов вырвался крик радости. С противоположного берега им ответили тем же. На фоне скал появилась крупная фигура отца Атанаса. Приветственно подняв руки, он прокричал: «Да здравствует Македония!» «Да здравствует свобода!» – раздалось в ответ.

Поддерживая раненых, перешли по мосту и присоединились к товарищам. Человек двадцать, просунув ружья сквозь бойницы, несли караул.

– Какое счастье! Вы живы! – взволнованно повторял священник, пожимая Жоаннесу руку.

– Мы потеряли несколько человек! – с грустью ответил тот.

– Это священная война! Упокой, Господи, их души!

Позади редута простиралась небольшая ложбина, со всех сторон окруженная острыми пиками скал. Одна из многочисленных причуд природы – яркая зеленая лужайка посреди гранитного хаоса. В глубине этой крохотной долины, диаметром не более двухсот метров, вырисовывались два грота, оттуда пробивался свет. Пещеры тянулись под землей почти до самой болгарской границы. Здесь можно было чувствовать себя в безопасности, сражаться несколько месяцев против целой армии, при условии наличия продовольствия, питьевой воды и достаточного количества боеприпасов для защиты моста.

Этот мост был единственным, связывавшим их с внешним миром. Если бы враги его разрушили, найти материал, чтобы построить новый, было бы практически невозможно.

Вернувшийся отряд во главе с Жоаннесом встретили шумно и радостно. Их уже не надеялись больше увидеть. Однако в этот момент опять послышались выстрелы. Становилось темно. В крепости прозвучал сигнал тревоги.

Несмотря на поздний час и сильную усталость, турки решились на атаку. Часть из них стала карабкаться на мост, другие прикрывали товарищей огнем.

– Никак нельзя допустить, чтобы они перешли на эту сторону! – сказал священник, обращаясь к Жоаннесу.

Темнота сгущалась. Фигуры людей на мосту сливались со стволами деревьев.

– Стреляйте! – крикнул Жоаннес. – Не давайте им переправиться!

Огонь был очень плотный и велся с близкого расстояния. Турки, штурмовавшие мост, дрогнули, многие были убиты. Тела срывались в пропасть. Но следом лезли и лезли другие, и казалось, этому не будет конца.

Патроны на исходе. Жоаннес крикнул, чтобы поднесли боеприпасы.

– Я предвидел, что они скоро понадобятся, – послышался спокойный голос Михаила. – Мы с Паницей уже притащили ящик из резерва.

– Молодец! У нас ведь всего двенадцать ящиков?

– Да. По тысяче штук в каждом.

При свете факела ящик вскрыли и быстро разобрали новенькие, блестящие, аккуратно упакованные патроны.

– Сейчас самое главное – непрерывный огонь. Их атака должна захлебнуться! Михаил! Неси еще один ящик!

Зарядить ружье, просунуть ствол в бойницу и выстрелить – дело трех секунд. Жоаннес привычным движением проделал все это, но не услышал выстрела и не почувствовал резкой отдачи в плечо.

– Что за черт! – в гневе и раздражении воскликнул юноша. – Неужели осечка?!

Он быстро заменил патрон, прицелился и нажал курок. Опять ничего. Боек ударил по капсуле, это чувствовалось, но выстрела не последовало. У остальных происходило то же самое. Огонь, до сих пор такой мощный, стал затухать. Выстрелы, по мере того как заканчивались старые патроны, слышались все реже и реже. Раздались недоуменные возгласы:

– Новые патроны не срабатывают! Проклятие! Мы обезоружены! Турки сейчас будут здесь! Нам нечем их остановить!

– Примкнуть штыки! – в отчаянии крикнул Жоаннес.

Воспользовавшись обстановкой, турки с воинственными криками снова начали штурм. Их сотоварищи продолжали вести интенсивный огонь.

Первые ряды нападавших уже преодолели мост и оказались на краю гранитной стены, в выступы которой упирались стволы переброшенных над пропастью деревьев.

Все защитники крепости во главе с Жоаннесом и отцом Атанасом покинули укрытие и бросились навстречу врагам. Многие тут же падали, сраженные пулями. Маленькому повстанческому отряду грозил полный разгром. Гордая цитадель нарождавшейся революции вот-вот окажется захваченной врагами, а свобода, едва блеснувшая народу сквозь мрак тирании, будет снова уничтожена!

– Ну что же, видно, мне суждено погибнуть именно здесь! – решительно произнес священник. – Сбрасывайте мост в пропасть! Быстрее! Я задержу их…

Он схватил ружье за ствол и, изо всех сил вращая его вокруг себя, смело бросился вперед, сбивая прикладом набегавших. Вид у отца Атанаса был столь грозный, что к нему боялись подступиться, возникло замешательство. Таким образом священнику удалось добраться до моста. Вступив туда, святой отец загородил дорогу остальным переправлявшимся туркам. Повернувшись к своим, он повелительно крикнул: