Чтение онлайн

Они проследовали в «офис» Ураева. Феликс усадил приятеля в кресло, сам нахлобучил ему на голову шлем, а касательно киберперчаток сказал, что они сейчас не нужны.

Несколько долгих мгновений Романцев провел в полной темноте. Очевидно, должно было пройти какое-то время, чтобы инфошлем, настроенный на биополе Ураева, смог полностью перенастроиться. За время, проведенное на этом объекте, Романцев успел понять одну важную вещь: не только он сам изучает комплекс и примеряется к новым для него условиям работы, но и тренажер точно так же изучает его, Романцева, приспосабливаясь к его индивидуальным душевным качествам и физическим параметрам.

Наконец появилась «картинка». Но если он предполагал, что ему продемонстрируют кадры какого-нибудь видеофильма, пусть даже в объемном, голографическом изображении, то уже первые секунды действа показали, что он ошибся, что все обстоит намного сложнее.

Какими-то неведомыми технологиями был создан яркий, зримый эффект присутствия. Происходящее, как смог вскоре разобраться Романцев, снимали две телекамеры: одна скользила спереди, вторая давала вид сзади. Объективы этих двух перемещаемых то плавно, то рывками телекамер были его глазами. И вот что ему довелось увидеть.

По трубе ползла какая-то тварь. Возможно, это была вовсе не труба, а отверстие цилиндрической формы, проделанное, к примеру, в бетонной толще. Оно, это существо, не опознанное пока Романцевым, но что-то смутно ему напоминающее, буквально впритирку продиралось по этой трубе, занимая своим телом все пространство меж стенками. Тварь спешила изо всех сил, потому что по пятам за ней следовала смерть. Кольца спирали, почти мгновенно накалявшиеся, едва она только успевала миновать данный участок трубы, этот преследовавший ее «бегущий огонь», заставлял тварь двигаться все быстрее и быстрее, потому что она, судя по всему, кожей ощущала настигающий ее гибельный жар…

Камера, служащая в данный момент глазами Романцеву, скользила буквально в нескольких сантиметрах от пасти этого существа, смахивающего на какого-то ужасного доисторического монстра. Ощущение было не из приятных. Романцев вжался в спинку кресла: ему казалось, что тварь, скалящая зубы в невероятном напряжении, вот-вот вцепится ему в лицо… В те моменты, когда рожа этого монстра вытягивалась ему навстречу, у Романцева даже сердце заходилось в груди. Он не знал, каково приходится твари, преследуемой огнем, но он сам уже вскоре покрылся весь липким потом…

Но вот тварь доползла до того места, где в трубу была врезана перегородка. В этом кружочке металла, в самом центре заглушки, была лишь крохотная дырочка. Камера на секунду переместилась куда-то в сторону, и Романцев увидел пропечатавшуюся на темном фоне цифирь: это были размеры отверстий, данные, судя по значку, в дюймах.

Романцев мгновенно произвел пересчет. У него получилось, что диаметр трубы, по которой ползет тварь, составляет двенадцать сантиметров – следовательно, существо это не слишком крупное, пожалуй, поменее кошки будет. Второе отверстие, проделанное в заглушке, имело всего лишь один дюйм в диаметре. Иными словами, оно было почти в пять раз меньше, чем сама тварь, которая теперь явно была обречена.

Камера вернулась в самый эпицентр событий, причем каким-то непонятным образом «глаз» оказался уже по другую, безопасную сторону перегородки.

Несколько приободренный полученными им только что результатами вычислений, – скромных размеров «монстр» теперь не внушал ему прежнего страха – Романцев злорадно скривил губы.

«Ну и куда теперь тебе деваться, тварь?! В эту крохотную дырочку тебе не проползти, так что конец тебе, конец…»

Но тут произошло то, чего он никак не ожидал и чего ранее даже не мог себе представить.

Он увидел вначале деформированную челюсть, заостренную и уродливо скошенную назад. Потом вытянутый назад же глаз, с натянутой радужной оболочкой, в глубине которой было и запредельное страдание, и жуть, и нездешнее зло, и заложенная в этом страшном существе невероятная живучесть, и готовность, ради спасения, проползти через угольное ушко, сожрать любое другое существо, которое только посмеет встать на пути… Тварь как бы ввинчивалась в это малое, слишком маленькое для ее размеров, но единственно спасительное отверстие, она делала невероятные вещи, пытаясь уйти от неминуемой гибели… Ее череп, состоящий из плотно прилегающих хрящевидных пластин, которые разом схлопнулись, уменьшив прежний объем, каким-то непостижимым способом продрался сквозь «игольное ушко», а следом, в судорожных толчках и кривляниях, показалось и остальное тело…

Картинка, которую наблюдал Романцев, была настолько жуткой, настолько неприятной человеческому взору, что он успел в очень короткий момент пережить целую гамму острых ощущений: от омерзения до первобытного ужаса.

Хотя на голове у него нынче нет никакой растительности, возникло физическое ощущение, что волосы встали дыбом…

– Ну как? – поинтересовался Ураев, освободив его от «шлема». – Понравилось тебе такое кино?

– Ну тебя к черту, Феликс! Где вы только такую тварь выискали?

– В подземных сооружениях полигона в штате Невада, – подав руку, Ураев помог товарищу подняться с кресла. – Там одно время этих тварей развелось до черта! Узнал, конечно?

– Хотя и не сразу, но признал, – сказал Романцев, протирая мокрую лысину платком. – На полигоне, говоришь, в Неваде? Так, так… У нас, вернее, уже в Казахстане, в районе семипалатинского полигона, где производились ядерные испытания, тоже всякие-разные… зверушки попадаются. Мутанты, уродцы… Но говорят, что долго не живут, слабенькие они, дохлые…

– А этим тварям, как видишь, хоть бы что! – поморщившись брезгливо, сказал Ураев. – На атолле Мороруа одно время они просто кишмя кишели… Уничтожили там почти всю живность!

– Я еще в детстве в книжках читал, что на них радиоактивное облучение почти не действует, – сказал Романцев. – А эти, видно, мутировали, за счет чего получили какие-то новые свойства, недоступные для их обычных сородичей… Кстати, откуда у тебя этот ролик?

– Американцы подарили копию. Они на этом деле, прокручивая «кино», тестируют психику своих спецназовцев. Не поверишь, но в тот момент, когда тварь пролезает в дюймовое отверстие, даже самые крутые мужики, бывает, падают в обмороки…