Террорист
Шрифт:
– Да-да, я понял…
– Ну все, мы поехали, – заторопился я.
– А хлопцы? – напомнил Тит.
– Юнги, – поправил Федя.
– В смысле? – не понял Тит.
– Это наша терминология. Все, кто до восемнадцати, – юнги.
– А поскольку у нас в стране поголовный инфантилизм, подавляющее большинство и до двадцати одного – юнги, – внес я коррективы. – А половина из этого большинства – и до тридцати.
– В общем, у половины страны детство в ж… играет, – округлил Федя. – Поэтому, наверно, и живем так плохо.
– Как скажете. – Я заметил что в непринципиальных вопросах Тит – человек покладистый и не скандальный. – Юнги так юнги. Ну так что?
– Хорошо, пусть работают, – с видимой неохотой согласился Федя. – Поедете на вторую ходку – не берите их с собой. Пусть здесь охраняют.
– Ладно, – кивнул Тит. – Там у нас есть кому грузить.
– Ну все, поехали мы. Если будет что-то экстренное, свяжешься с нами через юнг. Если их не будет рядом – в дороге, например, отправишь эсэмэс вот сюда. – Федя продиктовал Титу номер моего резервного телефона.
Так, а вот это весьма опрометчивый поступок. Если, не дай бог, будет «что-то экстренное» – через этих славных детишек очень легко могут выйти на нас. Впрочем, делать нечего, с ними же надо как-то поддерживать связь.
Юнг оставляли не по доброй воле и с тяжелым сердцем. Разумеется, лучше было бы остаться кому-то из нас. Тут глаз да глаз нужен, надо следить, держать руку на пульсе, постоянно контролировать, а мы сейчас будем заняты. Так что пришлось смириться с тем, что юнги остались. Заинструктировав их до полусмерти по мерам безопасности, мы распрощались с Титом и уехали – наше «вольное» время истекало.
Прибыв в указанный пункт, мы встали в удобном месте и, воспользовавшись небольшим запасом времени, обсудили ситуацию.
Сегодня седьмое число и седьмая акция. То есть команда Филина работала и до нас, но именно у нас сегодня седьмая акция.
Знаменательный день.
Кто, интересно, будет на этот раз? Список первейших врагов русского народа мы знаем, в плане пропаганды и агитации нас ознакомили со всеми чудачествами этих славных кандидатов в покойники, но вот очередность – произвольная, как скажет босс.
Федя сумрачно молчал, ему сейчас как-то не до совпадений. Юнги – бомбисты – снаряды: это совпадение или где?
Ленка подбавила мрачности, сказала, что семь-семь – это чистейшей воды символизм и предрассудки, а вот с бомбистами мы зря связались, ничего хорошего из этого не выйдет.
– Это ж надо было додуматься: в одно место все бомбы свозить!
– Снаряды, – поправил я. – На худой конец – мины.
– Да какая хрен разница – бомбы, мины, снаряды… Оно все взрывается! Гена сумасшедший, и вы тоже – что подписались. Это ж надо было додуматься – влезть в такую авантюру!
– Вариантов не было, – пожал плечами Федя. – Если у них в натуре столько, сколько Тит заявил, – прикинь, все бы это рвалось в Москве в ближайшие два месяца.
– А вам не по…?
– Не заводись, – попросил Федя. – И так тошно… Дело сделано, обратной дороги нет. Кроме того, теперь два месяца будет тихо – глядишь, за это время одумаются…
– Или мы придумаем, как их отвадить от «бомбизма», – поддержал я. – А за это время все вывезем за город, в безопасное место, и взорвем на фиг.
– Самаритяне псевдобуевы, – подытожила вредная Ленка. – Скучно было, да? Все так ровно, спокойно – ну так давай поищем себе на ж… приключений…
Как видите, характер у Ленки отнюдь не улучшился – нет для этого предпосылок. Скорее наоборот. Раньше она выплескивала огонь своей души на всякие глупости-шалости, которые организовала по своей инициативе. А сейчас ей приходится работать с нами на чужого дядю. Ленка, как и мы, считает это дело тупой и бесперспективной затеей, а поскольку есть строгое указание не влезать ни в какие неприятности, она буквально звереет от скуки.
Единственное развлечение, которое наша деятельная дама может себе позволить: она ваяет ролики и выкладывает в Сеть. Если вы не любитель сетевых скитаний, я в двух словах опишу, про что кино. Ролики Ленка делает самые разнообразные, но по тематике они все примерно схожи: либо «народ против вельможных воров», либо «инфантилизм во власти». Вот вам два типичных примера – чтобы было понятно, чем восхищается бомбомаэстро Тит и прочие активные камрады:
Пример номер один. На экране два параллельных видеоряда: верхний и нижний, между ними кроваво-красная пульсирующая полоса.
В верхнем ряду – развеселая кавказская житуха: добротные дома, тучный скот на зеленых лужайках, шикарные иномарки в гаражах вождей кланов, торжества тамошних шахов, на которых (на торжествах) присутствует весь цвет нашей эстрады, а собственно шахи задорно бросают в публику деньги, пляшут по ним и жгут их толстыми пачками.
В нижнем ряду, под кровавой пульсирующей полосой, – умирающая русская деревня: покосившиеся ветхие избы, беззубые старухи, тощие алкаши неопределенного возраста, вырванные с корнем столбы линий электропередачи, непролазная грязь на размытых дорогах и заросшие травой погосты с проржавевшими памятниками героям войны, на которых невозможно прочитать надписи.
Внизу экрана, в такт красной полосе, пульсирует появляющаяся и исчезающая бегущая строка – красными же буквами:
«Это не хроника времен Гражданской войны. Не фильм BBC о средневековых сеньорах и рабах. Нет. Это Россия. Это страна, которая больше всех печется о развитии инноваций и нанотехнологий, имеет самый богатый в мире стратегический ресурс и самые большие территории…»
И все это на фоне «…Листая старую тетрадь расстрелянного генерала…». На мой взгляд, музыка несколько не попадает в тему, но в целом – да, цепляет.