Чтение онлайн

— Я до поры до времени тебя прикрываю, говорил бровастый. — Но имей в виду, если ты не справишься с этим заданием, мое терпение может закончиться, и я выкину тебя на улицу. А ты знаешь, чем это для тебя кончится! На тебя и у ментов огромный зуб, и кое у кого похуже.., так что без моей защиты ты проживешь не больше часа!

— Я это помню, Павел Андреевич, — пробормотал «ковбой». —Не сомневайтесь, я сделаю все что могу…

— Мне не надо, чтобы ты делал все что можешь! — оборвал его начальник. — Это при социализме действовал принцип «от каждого по способностям», вот и имели то, что имели!

А мне нужен результат!

— Я понял, Павел Андреевич… — ковбой опустил голову, но Лола заметила, каким недобрым взглядом он исподтишка окинул своего шефа, и подумала, что Павел Андреевич играет с огнем.

— То-то! — проговорил тот. — А то пока у тебя вместо результата еще один труп нарисовался.., как будто это не у меня, а у тебя собственное похоронное бюро! — он резко засмеялся собственной шутке, и оба собеседника скрылись за поворотом коридора.

И тут Лола вспомнила, где она видела этого бровастого мужчину.

На тех фотографиях, которые Маркиз нашел в квартире Каретникова.

Он был снят вместе с заказчицей, с Ольгой Федоровной Стриженок. Правда, на тех фотографиях он, как и сама Ольга, был моложе, одет был не в дорогой черный костюм, а в простые джинсы и легкую куртку, и в его облике не было теперешней начальственной осанки, но это, безусловно, был тот же самый человек.

— Что это вы тут делаете? — неожиданно раздался за спиной Лолы настороженный голос. — Кто вас сюда пустил?

Лола обернулась и увидела невысокого человека в синем рабочем халате. Он подозрительно разглядывал ее и что-то искал в кармане халата. Придав своему лицу глупое и растерянное выражение, Лола торопливо затараторила:

— Ой, хорошо, что я вас встретила, а то я уже так перепугалась! Так перепугалась просто смерть! Пошла я, извиняюсь, туалет искать, да видно не туда свернула. Шла-шла, смотрю — гробы! Уж так я перепугалась, так перепугалась! Я гробов очень боюсь, надо мной даже девчонки смеются!

Чего ты, говорят, их боишься? Чего они тебе сделают? Они же деревянные! Вот ежели змея, или, к примеру, мышь — это другое дело, а гроб — что в нем такого? Он же не кусается! А я все равно боюсь! С самого детства у меня такое! Как увижу гроб, так прямо руки трясутся и сердце заходится!

Вот, послушайте…

— Ладно, некогда мне тебя слушать! — отмахнулся мужчина в халате. — Внимательнее смотреть надо! Там ведь табличка висела посторонним вход воспрещен! Видела табличку? Читать-то, надеюсь, умеешь?

— А как же! — Лола обиженно надулась. Я даже очень много читаю, особенно про любовь. И еще журналы разные… А табличку эту я, наверное, просто не заметила. Это как же хорошо, дяденька, что вы мне попались, а то я так перепугалась…

— Все, больше не хочу слушать! — прервал ее мужчина. — Иди налево по этому коридору, выйдешь в другой коридор, там и будет туалет! И смотри, куда идешь, а то еще завернешь прямо в крематорий!

— Что вы, дяденька, такие ужасы говорите! — Лола попятилась, изобразив крайний испуг, и пошла в обратном направлении. Мужчина в халате внимательно следил за ней, пока она не покинула служебное помещение.

— Вы все нашли? — бледнолицый клерк встретил ее подозрительным взглядом.

— Ага, — жизнерадостно отозвалась Лола, демонстративно вытирая руки носовым платком. — А что это у вас сушилка не работает?

— Надо сообщить офис-менеджеру, — смутился клерк. — Ну как, вы поедете осматривать участок?

— Непременно! — заявил Маркиз.

Они двинулись к выходу из зала. В дверях Лола придержала клерка за рукав и, опасливо покосившись на Леню, вполголоса поинтересовалась:

— А что это за такой мужчина интересный высокий, с густыми бровями сросшимися… прямо как американский артист, фамилию забыла!

— А, это наш директор, Павел Андреевич! — уважительно сообщил клерк, и тут же подозрительно осведомился:

— А где это вы его видели?

— Да там, в коридоре, — Лола смущенно потупилась. — Удивительно интересный мужчина!

Перед выходом из офиса клерк передал клиентов водителю, которому поручил отвезти их на кладбище и показать заинтересовавший Леню участок. К счастью, это был не тот «ковбой», который привез их в «Светлые воспоминания».

— Он же привезет вас обратно, — заявил на прощание бледнолицый клерк. — И тогда мы с вами подпишем соответствующие документы…

— Если участок мне понравится, — добавил Леня.

— Да, разумеется, — кисло согласился клерк.

Труп Каретнйкова обнаружила собака тот самый французский бульдог, который нервно взлаивал при храпе Вениной тещи Софьи Сигизмундовны. Бульдог жил через стенку. Когда-то на этаже была одна большая квартира, но очень давно, еще до войны ее перегородили на две. Очевидно, стенку сделали слишком тонкой, так что слышимость была прекрасная. Впрочем, храп Софьи Сигизмундовны можно было расслышать, даже если бы она спала в банковском сейфе или в бомбоубежище.

На следующее утро после печального события бульдог с хозяйкой вышли на прогулку. Француз был очень милой собачкой, его все любили, он в жизни никого не покусал, и никогда не убегал от хозяйки. Поэтому он всегда первый выходил на лестницу и сбегал вниз, чтобы пообщаться с консьержкой или еще с кем-нибудь, кто попадется на дороге.

В этот раз, однако, бульдог побежал не вниз, и наверх. Причиной тому был бездомный черный котенок, который непонятно каким образом просочился в подъезд, несмотря на бдительность консьержки. Вообще-то мимо нее мог пройти кто угодно, хоть бравый «медвежатник» с набором инструментов для вскрытия дверей, хоть маньяк с окровавленным ножом наперевес, консьержка в этом подъезде понимала свой служебный долг в том, чтобы не пропускать только несчастных распространителей рекламных газет и листовок, а также бездомных котов. И от тех и от других, утверждала она, одна грязь и мусор.