Чтение онлайн

Хан внимательно изучал построение крестоносцев. Выдубленное степными ветрами лицо было хмурым. Кхайду сразу распознал опасность, исходившую от тевтонского клюва.

– Воины! – громко, но без пафоса обратился внук Чингисхана к бойцам авангарда. – Ценой своей жизни вы должны остановить немецких богатуров. Это будет нелегко. Почти невозможно. Но если тевтоны пройдут сквозь ваши ряды, значит, их не удержат и стоящие за вами. Победить в этой битве можно, лишь заманив врага в узкий проход между холмами у реки. Крестоносцы же, прорвав наш левый фланг, не попадут в ловушку – они направятся в обход холмов. Тогда битва будет проиграна.

Могильная, нет, пожалуй, даже замогильная тишина… Видимо, никогда еще Кхайду-хан не делал таких признаний. По крайней мере, перед рядовыми воинами.

– Непобедимый хан, – Бурцев первым нарушил молчание. – Нам потребуется помощь, чтобы остановить атаку крестоносцев. Твоя тяжелая нукерская конница пришлась бы…

– Мои нукеры и нукеры моих темников останутся в резерве, Вацалав, – перебил потомок Тимучина. – Я пока не знаю замыслов польских князей и магистра Конрада, поэтому сразу посылать в бой своих лучших воинов не стану.

– Но новгородцы…

– Новгородцы сами пожелали сразиться с немцами в первых рядах. И смерть их не пугает.

Это было правдой. Однако…

– Ты говоришь так, будто моя дружина обречена, хан.

Кхайду подъехал вплотную. И произнес тише – почти шепотом:

– А разве нет, Вацалав? Или тебе известно, как можно остановить воинов с крестами в самом начале боя?

Бурцев подумал. И кивнул. Схема Ледового побоища уже маячила перед его внутренним взором.

Если историки не лгут, то ровно через год Александр Невский разгромит тевтонскую «свинью» на Чудском озере. Князь выставит на пути орденской рати пешее ополчение новгородцев, в котором рыцарский клин увязнет, потеряет силу удара и маневренность. Затем Александр Ярославович обхватит фланги «свиньи» клещами правого и левого крыла и ударит в тыл засадным полком. Сегодня надлежит действовать так же. Только придется обойтись без засады. И фланговые удары будут наносить степные лучники. И задержать продвижение тевтонов должно не пушечное мясо ополченцев, а что-нибудь… что-нибудь другое.

Бурцев покосился на китайца:

– Да, хан. Мне известно это. Если ты не можешь прислать нам помощь из резервного отряда, то позволь хотя бы воспользоваться громовыми шарами мудрого Сыма Цзяна.

– У нас нет метательных орудий, способных забрасывать врага железными горшками с громовым огнем, – напомнил Кхайду. – Нет времени и нет материалов, чтобы их изготовить. Все дотла сгорело под Вроцлавом, так что построить тяжелую катапульту для этих громовых шаров не под силу сейчас даже Сыма Цзяну. А его легкие полевые стрелометы не предназначены для подобных снарядов.

– Мне не нужны метательные машины, – Бурцев решил проявить настойчивость. – Я прошу лишь громовые шары.

Нахмурились оба – монгольский военачальник и его желтолицый советник. Потом хан кивнул:

– Сыма Цянь, твои огненные стрелы уже готовы?

– Моя хоцзян почти готовая, – склонил голову китаец.

– Значит, громовой порошок из этих железных шаров тебе не понадобится. Отдай русичам одну лошадь со своими снарядами.

– Но непобедимая хана, – китаец встревожился. – Это наша последняя запаса. Она может пригодиться…

– Именно поэтому я приказываю отдать Вацалаву только одну лошадь. Сегодняшняя битва слишком много значит, чтобы беречь твое добро для последующих побед.

Бурцев еще гадал, о каких огненных стрелах заикнулся хан, а нукеры Кхайду уже аккуратно укладывали к его ногам увесистые шары с шипами.

Подумав немного, хан произнес:

– Бери под свое начало сотню Бурангула, Вацалав. Присоединяй ее к новгородцам и действуй как считаешь нужным. Если сможешь удержать атаку воинов с крестами – получишь золотую пайзцу. Если нет, то – видят вечный Тэнгри и всемогущая Этуген – лучше бы тебе пасть на поле боя.

Прозвучал короткий приказ, и Кхайду удалился от авангарда к левому крылу тумена. Там хан тоже ненадолго задержался. Бурцев явственно представил, как, приподнявшись на стременах, Кхайду вещает:

– Воины! Ценой своей жизни…

Почувствовав, что у него теперь полностью развязаны руки, Бурцев засуетился. Время, остававшееся до начала битвы, было слишком дорого.

– Выводи свою сотню вперед, Бурангул! – отдал он первый приказ человеку, который притащил его в татаро-монгольский лагерь на аркане. – Встаньте поплотнее перед новгородским стягом, прикройте нас. Тевтоны не должны ничего видеть.

В глазницах шлемовой полумаски Дмитрия угадывалось недоумение и тревога за спятившего командира. Во взглядах кочевников тоже промелькнуло удивление. Впрочем, это не помешало дисциплинированному Бурангулу в точности исполнить приказ. Не прошло и полминуты, как степные всадники живой стеной укрыли русичей от глаз противника.

– И что дальше, Василь? – новгородский десятник все еще смотрел на него, как на юродивого.

Бурцев прикопал первый «громовой шар», оставив на земле лишь короткий облепленный порохом фитиль. Лепота! Теперь бомба напоминала срубленную и наполовину увязшую в болоте голову сказочного витязя. Только крови вокруг отсеченной головы не было. Но кровь еще появится, и будет ее немало – в этом Бурцев не сомневался.

– Мне нужен огонь, факелы и помощники, – распорядился он.

Что от них требуются добровольцы из десятка Дмитрия, уяснили быстро. Работа спорилась… Метательные снаряды Сыма Цзяна по воле Бурцева превращались в фугасно-осколочные мины, а неподалеку уже дымился костерок. Приготовлены и факелы – связки зажигательных стрел, какие имелись в колчане каждого степного лучника. Пропитанная маслом и намотанная на наконечники пакля только и ждала, когда ее сунут в огонь.

Стрелки Бурангула опасливо поглядывали на новгородцев, возившихся за их спинами с «громовыми шарами». Но вскоре у татар появился другой повод для беспокойства.

Под рев рогов и труб крестоносцы наконец двинулись вперед – на авангардный отряд левофлангового тумена. «Ударят точно в середку – по новгородскому стягу», – понял Бурцев. Значит, он не ошибся: «угощение» для «свиньи» нужно готовить именно здесь.

Все! Дело сделано. Мины, по его указанию, прикопаны в тяжелом сыром черноземе. Помощники-саперы снова в седлах…

Китайские бомбы Бурцев расположил в несколько рядов. Если все пойдет как надо, глубокое построение тевтонов увязнет в минном поле, захлебнется собственной кровью. Сектора поражения рассчитывались таким образом, чтобы ни один из осколков не пролетел мимо свиного рыла. Главное теперь – верно рассчитать время, поджечь фитили и самим успеть уйти с заминированного участка. Новгородцев-то он сразу отвел назад на приличное расстояние и велел не высовываться из-за щитов, пока не стихнут взрывы. Но лучники Бурангула должны стоять на своей позиции до последнего.