The Hollow Nickel

 Десятого февраля 1962 года, в официальной советской прессе, промелькнуло сообщение об обмене американского лётчика-шпиона Гарри Пауэрса, на советского полковника Рудольфа Абеля, одного из немногих советских разведчиков к которому, даже после его разоблачения, с нескрываемым уважением относилась противная сторона.

 С точки зрения сегодняшнего дня, ничего особенного не произошло - очередной советский перебежчик, сдал очередного советского резидента.

 Но по мере ознакомления с различными материалами на эту тему, я всё более склонялся к тому, что это была великолепно продуманная операция КГБ, по внедрению, какого-то суперагента на территорию США.

 Много лет, эта догадка не оставляла моё воображение, но всё это время, свести концы с концами не удавалось, уж больно не равноценным как мне тогда казалось, был этот весьма странный обмен.

 Время от времени, я мысленно возвращался к этой, вроде бы незамысловатой истории, о которой мы все хорошо знаем.

 Уже, будучи в Америке, я прочёл книгу о самых знаменитых операциях ФБР, в число которых входило дело полковника Р. Абеля.

 И хотя материалы, опубликованные в этой книге, рассчитанной на широкого читателя, особого секрета не представляют, моя догадка начала находить реальное подтверждение.

 В частности, в этом деле, появилось совершенно новое действующее лицо, некто Юджин Маки, о котором никогда не упоминалось в Советских средствах массовой информации.

 Далеко не законченная история мистера "X", он же Юджин Маки, прояснила многое, но всё равно, последнего штриха, чтобы замкнуть круг, я там не обнаружил.

 И только совсем недавно, в печати появилось сообщение, которое даёт основание сказать, что круг практически замкнулся.

 Федеральная Служба Безопасности рассекретила данные о связнике Р.Абеля ставшим невозвращенцем.

 Им оказался некий Иванов Николай Константинович, подполковник КГБ, сотрудник нелегальной резидентуры КГБ в Нью-Йорке, он же Рейно Хейханен.

 Иванов, Петров, Сидоров - опять темнят господа чекисты, но теперь, для меня лично, всё стало на свои места.

 Я хочу рассказать Вам о том, что до сих пор остаётся за кадром и известно очень немногим, а многим неизвестно совсем.

 Алекс Фельдман

 Летним вечером 22 июля 1953 года, в центре Нью-Йорка было необычно жарко, а в Бруклине, приморском районе Нью-Йорка, вечер обещал быть необычно приятным.

 Джим Бозарт, разносчик газеты "Бруклинский Орёл" уже ощущал на себе столь долгожданную прохладу.

 Ему осталось занести несколько газет в дом по адресу: 3403 Форстер авеню.

 Сегодня у его был удачный день, и после работы он мог позволить себе понежиться на пляже, и полакомиться клубничным мороженным в хрустящем вафельном стаканчике.

 Мальчишка легко взбежал на этаж, где жили его клиенты, и постучал в дверь.

 Пожилая дама, открывшая дверь, на минуту исчезла и вернулась с кошельком в руке.

 "Извини Джим, Я не нашла мелочи. У тебя будет сдача с доллара?"

 Мальчик порылся в карманах, но имевшейся у него мелочи явно не хватало.

 "Не волнуйтесь мэм, я разнесу остальные газеты и принесу Вам сдачу", - сказал Джим.

 С продажей остальных газет проблем не было и Джим, рассчитавшись с пожилой леди, вприпрыжку спускался по лестнице, на ходу пересчитывая оставшуюся у него мелочь.

 Один из четырёх "никелей" (монета достоинством 5 центов), показался ему легче других.

 Недолго думая, Джим решил проверить так ли это.

 Не останавливаясь, перескакивая со ступеньки на ступеньку, он положил монетку на подушечку среднего пальца, но удержать её не сумел.

 Монетка упала на переходную площадку между лестничными маршами и... распалась на две половинки, в одной из которых лежала крошечная фотография c изображением огромного количества микроскопических ... цифр!

 Два дня спустя, в коридоре городского управлении Нью-Йоркской полиции, мирно беседовали двое мужчин одетых в штатское платье.

 Один из них был сотрудником уголовного розыска, другим был его давний знакомый из Федерального Бюро Расследований.

 В ходе беседы, детектив упомянул о странной находке в Бруклине, о которой ему поведал знакомый полицейский.

 А ему, в свою очередь, эту историю рассказала дочь, дружившая с Джимом Бозартом.

 Агент ФБР, как бы, между прочим, заметил, что было бы весьма любопытно взглянуть на всё это.

 Нью-Йоркский детектив разыскал Джима и мальчик, без всякого сожаления, отдал ему полый "никель" и фотографию.