Чтение онлайн

— У меня то же самое. — Бриз подвинул графин к своему товарищу по несчастью. — Все они пытаются найти способ, чтобы иметь все сразу, но для женщины это просто невозможно, если на руках у нее дети. Плам кое-что удалось только потому, что ее мать была бесплатной няней, когда она начинала свою карьеру. И она никогда бы не выбилась в люди, если бы я не расчистил ей путь наверх и не помог удержаться там. Но она и не думает быть мне за это благодарной.

— По крайней мере, ваша жена — настоящий художник, делающий настоящие деньги. — Бен насупил темные брови. — А вот я не могу избавиться от ощущения, что в страсти Лулу к рисованию столько же подлинности, как в оргазме проститутки. — Он приложился к стакану. — Мне кажется, что просто она втайне опасается оказаться таким же заурядным человеком, как все мы, и подсознательно стремится обставить все таким образом, чтобы можно было заявить, что она не гений потому, что я не предоставил ей денег, необходимых для развития таланта. — Бен снова потянулся за графином. — Вопрос в том, готова ли Лулу действительно работать или она, как большинство из них, рассчитывает на легкий и быстрый успех?

Бен пристально посмотрел на Бриза.

— Вы думаете, у Лулу есть талант?

— Я всегда видел в ней огромный потенциал, — задумчиво произнес Бриз. — Жаль, что в свое время она дала увести себя в сторону, хотя от наркотиков сегодня никто не застрахован.

— Лулу бросается в развлечения, совершенно не думая о последствиях, — кивнул Бен. — А ее отец только подливал масла в огонь, показывая ей, что всегда можно выпутаться из любой ситуации. — Конечно, в техническом отношении Лулу не блещет и все еще находится на школярском уровне, — сказал Бриз. Какое-то время они пили, молча сочувствуя друг другу, затем Бен признался:

— Я бы не сказал, что мне нравятся картины Лулу, они чертовски мрачные, хоть я и не осмеливаюсь произносить это вслух.

— Как и Плам, Лулу выражает в них свое настроение, только делает это в более откровенной манере, возрождая реализм. Она явно испытывает влияние Авигдор Арикха, но это не так уж плохо.

— А сколько в них жалости к самой себе. Женщина, уставившаяся на ящик с вениками. Женщина, с тоской взирающая на стол с кучей немытой посуды. Грустное зрелище в ванной после того, как через нее прошла вся семья.

Бриз, казалось, обдумывал что-то.

— Лулу всегда рисует женщину в домашней обстановке: это домохозяйка с ребенком, пылесосом или чашкой кофе в руках. Нет, я не вижу здесь ее жалости к себе. Тут честность, беспокойство и надежда. В картинах Лулу есть задумчивость и тоска, которые не оставляют равнодушным.

Бен поставил стакан.

— Как вы думаете, что мне делать в создавшейся ситуации?

— Вдохновлять ее. Составить график написания, скажем, двадцати картин. Следить, чтобы укладывалась в сроки. Поддерживать морально. — Бриз замолчал в нерешительности, затем добавил:

— Знаете что, я помогу ей устроить выставку, но только при условии, что вы никому не скажете об этом, особенно ей самой, Лулу.

Из кухни донесся вопль, и мужчины вскочили на ноги. Плам пыталась открыть дверцу самой дорогой в Европе плиты, которая появилась в их доме в качестве сюрприза хозяйке.

— Бриз, дверца плиты, похоже, закрылась намертво. Я не могу вынуть лосося.

— Сбавь температуру.

— Не могу. Она регулируется термостатом.

— Ладно, дай я попробую. — Бриз схватил со стола инструкцию, но не смог обнаружить, как выключается плита, и раздраженно воскликнул; — Если Сандра может обращаться с ней, значит, сможем и мы.

— Сандра не пользуется ею, — сообщила Плам, стараясь оставаться серьезной. — Разве ты не замечал, что она подает только разогретые полуфабрикаты?

В этот момент приехали Бригстоллы. Клео выглядела постаревшей и значительно похудевшей по сравнению с тем, какой ее видела Плам в последний раз. Но настроение у нее, похоже, было веселое, и она тут же расхохоталась вместе с Санди, когда узнала о кулинарных проблемах Плам. Вшестером они целый час спорили по поводу инструкции, пока Бриз не предложил вызвать дежурного техника. Поскольку приходилось ждать техника, пойти в ресторан они не могли и ели сыр с салатом, поглядывая время от времени, как в печи медленно обугливается лосось.

Когда появился техник, в кухне, несмотря на открытые окна, было полно дыма.

— Вы действовали по инструкции? — весело спросил он. — А-а, тогда все ясно. Она составлена не правильно.

В инструкции приводилась правильная комбинация кнопок, которые нужно было нажать, чтобы открыть дверцу. Не указывалось только, что сделать это надо было в течение шести секунд. Бриз был вне себя от злости.

— Даже если бы я знал, то все равно не успел бы все проделать за такое время. Я не пианист-виртуоз.

— Вы, по крайней мере, не остались без еды, — усмехнувшись, сказал техник и поведал, как его вызвали на Рождество к одной несчастной, у которой за столом сидели восемнадцать гостей, а единственная в доме индейка сидела запертой в плите.

Плам вспомнила старую газовую плиту, которая с незапамятных времен стояла в кухне ее матери.

— А зачем вообще должна закрываться таким образом дверца плиты?

— Чтобы предотвратить извлечение из нее индеек, — заключил Бриз, подписывая технику чек.

На следующее утро Лулу позвонила Плам.

— Ох, Плам, с Беном что-то случилось. — В трубке послышались рыдания.

Сердце у Плам сжалось.

— Что именно?

— Ни-ни-нччего. Вчера вечером по пути домой он остановился у цветочного киоска возле Пиккадилли и купил мне огромный букет красных роз…

— Да, я знаю, ты не любишь красные розы, но зачем же так расстраиваться из-за этого?

— Среди роз я обнаружила чек на пятьсот фунтов — это практически все наши свободные деньги, — говорила, рыдая, Лулу. — Но самое интересное, что чек был выписан не на мое имя.

— То есть?

— А на магазин «Виндзор энд Ньютон». Это значит, что Бен хочет, чтобы я все эти деньги потратила на краски.

В ту ночь Бриз вернулся в супружескую спальню.

Без особой радости, но Лео все же согласился сопровождать Плам во время ее второго визита к Малтби. В галерее было еще теплее, чем в первый раз, и, словно дожидаясь их, господин Малтби стоял в позе героя Диккенса, расставив ноги и грея свой бок у огня, полыхающего в вычурно украшенном камине.