Чтение онлайн

Живот подтянут. Приятные правильные черты лица, умный взгляд, можно сказать - красавец. Судя по седеющим волосам, примерно сорок лет.

Он заулыбался, внимательно изучая мое лицо, пока Одри представила нас друг другу. Дэн поклонился и пожал мне руку. Потом он радостно обнял Одри.

Открытая улыбка, сильное рукопожатие, добрые глаза. Видимо, хорошее чувство юмора.

– Ну вот и я! Горю энтузиазмом и, между прочим, умираю от жажды, так что чашка кофе не помешает.

– Ты все еще не передумал насчет новой терапии?

– Нет, я готов. Поджилки немного дрожат, но по-моему, это нормальная реакция.

– Конечно. Твоя душа предоставляет для нового опыта чистый лист, на который проецируются все сомнения. Так происходит каждый раз, когда принимаешь новый для тебя препарат. Кстати, Одри объяснила тебе, что данное вещество не является психоделиком? Оно не изменяет твое сознание, иллюзии и галлюцинации могут появиться только в исключительно редком случае. Такой препарат называют "энтактогеном" - "позволяющим коснуться изнутри".

– Энтактоген? Никогда не слышал о таком термине.

– Его не так давно придумали. Всего несколько людей в мире знают это слово. Мне оно нравится.

– Прекрасно.

– Я также хотела бы повторить то, что ты уже слышал от Одри - этот препарат не повлечет за собой потерю самоконтроля. Он не может ошеломить тебя, как некоторые психоделики. У него совсем другое действие.

– Кстати, Дэн, ты сделал, как я тебя просила по поводу машины?

– Да, конечно. Я приехал сюда на такси и уеду отсюда на такси. Мне не хочется объяснять знакомым, почему я здесь задержался на шесть часов, и не мог просто приехать домой.

– Да, такси - лучший выход из положения, если, конечно, ты не живешь слишком далеко отсюда.

– Мне кажется после сеанса ты будешь в полном порядке и сможешь водить машину, но все равно, некоторое время после того, как ты уже вернулся в нормальное состояние в твоем сознании могут возникать разные отвлекающие образы, так что не стоит рисковать.

Дэн выбрал клюквенный сок. Одри аккуратно налила его в бокал с порошком МДМА и протянула бокал Дэну.

– Я даю тебе ровно 120 миллиграмм - это обычная трапевтическая доза, то есть ты ощутишь весь спектр действия и при этом не утомишься. Сегодня мы посмотрим на твою реакцию, и если будет надо, изменим дозу для следующих сеансов, если они понадобятся.

– А через полтора часа, Дэн, если тебе захочется продлить состояние, в котором ты находишься, можно будет принять дополнительную дозу в 40 миллиграмм, что ни коим образом не усилит действие, а только продлит его. Ты можешь легко от него отказаться - чувствуй себя свободно, ты никому ничего не обязан.

– Прекрасно.

Мы помолчали, потом Одри протянула мне бокал с минеральной водой, сама взяла такой же и сказала:

– Пускай это путешествие пройдет успешно.

Нежный голос - хорошо сказано.

Мы подняли бокалы, Дэн выпил все до дна и Одри взяла бокал из его рук, чтобы сразу ополоснуть его водой. Мы прошли в залитую солнцем гостиную.

– Распологайся. Можешь сидеть, лежать, ходить по комнате. Действие начнется не ранее, чем через полчаса, так что делай что угодно.

Я села на диван напротив камина. Дэн выглянул в окно, выходящее в цветущий сад и спросил:

– Можно я пойду погуляю среди цветов?

– Да, конечно. Ой, чуть не забыла! Погоди немного, садись на диван. Мы должны повторить условия контракта. Помнишь - мы заключали его в первый день нашей терапии.

– Я хорошо его помню. Не конкретные слова, но общую идею.

– Пожалуйста, повтори все, что ты помнишь.

– Больше всего мне запомнилось правило о том, что если во время измененного состояния появляется соблазн пересечь границу небытия, я не имею права это делать. Иными словами: если во время сеанса мне захочется умереть, я не должен этого делать, поскольку серьезно подставлю тебя, а я не хочу ни коим образом принести тебе вред, поставить тебя под угрозу. По-моему, так?

– Совершенно верно. Ты можешь рассказать мне, что с тобой происходит, какой соблазн у тебя возникает, но ты не имеешь права поддаваться этому соблазну. Так, теперь два других правила.

– Хм... Насколько я помню, второе касалось агрессии. Если во время транса я случайно испытаю ненависть к тебе или окружающим предметам, я имею право выражать ее словами, криками и воплями, но я не должен переходить к физическому действию. Правильно?

– Да, ты согласился не проявлять физической агрессии в отношении меня и моей собственности.

– И, если мне не изменяет память, последнее правило касалось того же, только с эротическими чувствами. Все то же самое. Говорить можно все, что угодно, переходить к действиям - ни в коем случае.

– Просто великолепно - ты все отлично помнишь. Так вот мы с Алисой хотели бы, чтобы ты осознал, что данное соглашение распространяется и на эти сеансы. Когда ты в измененном состоянии под действием препарата работают те же правила поведения, как в измененном состоянии под действием гипноза.

Лицо Дэна стало очень серьезным. Он закивал головой. Потом он с любопытством посмотрел на меня, я улыбнулась, кивнула головой, но ничего не сказала.

– О, Господи! Опять чуть не забыла! Телефонные разговоры. Ни в коем случае не обсуждай свой опыт применения препаратов по телефону. Ни с кем и никогда.

– Хорошо, это правило легко запомнить.

– Вроде все. Если хочешь, можешь погулять в саду. Мы с Алисой будем здесь, я только принесу из кухни графин с соком. Как только мы понадобимся, иди сюда.

Дэн на секунду остановился в дверях и осмотрел комнату. Насколько мне было известно, он бывал тут, видимо, он хотел проверить не изменилось ли восприятие знакомых предметов. Когда Одри принесла из кухни графин с клюквенным соком, Дэн был уже в саду. Одри поставила графин и стаканы на стол, один бокал - на маленькую тумбочку рядом с диваном, на котором будет распологаться пациент. Мы подошли к окну. Дэн гулял среди цветов, руки в карманах, иногда остонавливаясь, чтобы получше рассмотреть понравившееся растение. Мы с Одри переглянулись.