Чтение онлайн

— Не будьте смешным, инспектор! — Гарвик взмахнул рукой. — Последние гости ушли отсюда во втором часу. Доктор Минтли ещё взглянул на часы, входя в лифт. Было двадцать минут второго — он сказал это вслух и велел, чтоб я немедленно шел в постель. Он мой домашний врач и его беспокоит моя гипертония. Но это так, кстати. Вам пришлось бы убедить присяжных, что убийство было совершено не раньше часа двадцати минут. Сомневаюсь, что присяжные поверят в двадцатиминутную ошибку — особенно с учетом ваших заявлений в газетах, что убийство произошло между одиннадцатью и часом. И тем более сомневаюсь, что ваши эксперты изменят заключение экспертизы о времени смерти. Всему же все-таки есть предел. Говорю я вам это для того, чтобы вы могли вовремя сориентироваться и избавить себя от лишних усилий и неприятностей.

Бревер задержал дыхание, пока не застучало в висках. Искушение врезать Гарвику в физиономию было слишком сильным. Резкий запах духов действовал на нервы. Мутило от приторного сигаретного дыма. Но нужно было держать себя в руках. Гарвика и в самом деле звали Гарвик, он был настоящим американцем, а не пришлым итальянским гангстером. И против него практически ничего не было.

— Сегодня — точнее, уже почти вчера — вы привезли в машине некий тяжелый чемодан и принесли его в квартиру, — Бревер выложил свой второй и последний козырь, — сами понимаете, в данной ситуации нас интересует его содержимое.

— Ну естественно, — Гарвик усмехнулся уголком презрительно поджатых губ. — Ваше любопытство вполне объяснимо. Что, если в чемодане очередной труп, который вдруг появится перед дверью ещё одного квартиранта «Саванны»? — Так что можете взглянуть на этот труп!

Гарвик встал, взглянул на Бревера и Сэрджа и театрально поклонился, приглашая их следовать за ним.

В полупустой комнате возле кухни стоял большой чемодан. Гарвик его открыл. В нем в несколько слоев лежали рулоны блестящего материала. Бревер взглянул на них, копнул рулоны и вопросительно взглянул на Гарвика.

— До самого дна одно и то же?

— Убедитесь сами. — Он начал опорожнять чемодан, открывая все новые слои тех же рулонов.

— Это образцы нового отделочного материала, который я хочу впервые применить в новостройках. Держится на любой поверхности, моется и легко клеится. Идеальное решение для семейных коттеджей, которыми я занимаюсь. Здесь, в этой комнате, мы его и используем, я хочу его испытать. Если интересуетесь, можете принять участие, — благосклонно добавил Гарвик.

Бревер не ответил, неторопливо прошелся по коридору, спальне, через столовую со встроенным баром и снова вернулся в гостиную. Внимательно оглядел ковры, шторы, мебель. Видел, что Сэрдж делает то же самое.

— Дайте детективу Сэрджу имена ваших гостей и адреса, если вы их знаете, это облегчит нам работу. Не забудьте вашего домашнего доктора, подчеркнул Бревер.

Сэрдж присел к курительному столику, достал блокнот и ручку.

— Вы понимаете, какой моральный, а может быть и материальный ущерб вы нанесете мне таким поведением? — спросил Гарвик.

— Не беспокойтесь! — голос Бревера звучал безапеляционно. — Мы только проверим ваши слова. Никто ничего плохого о вас не подумает, если мы зададим несколько вопросов с обязательной ссылкой на неизбежную полицейскую рутину. — Он встал. — Вы не заметили вчера ничего необычного?

— Ничего!

— Вы не видели, возвращаясь домой, никаких подозрительных типов? Я имею в виду, неподалеку от «Саванны» — или прямо в доме?

— Нет!

— Не слышали никакого шума? Хлопка, вроде автомобильного выхлопа?

— Нет!

Бревер подсунул Гарвику фотографию Лавинио.

— Вы его знаете?

— Я никогда его не видел! Но похоже на фото убитого, которое напечатано в газетах.

— Вам не пришло в голову, что это убитый? Лавинио?

— Раз вы меня предупредили, теперь мне ясно.

— Спасибо, — съязвил Бревер. — А теперь детектив Сэрдж составит список гостей…

Пока Гарвик перечислял имена и адреса, Бревер расхаживал по гостиной. Искал — сам не зная что. Чувствовал, как Гарвик следит за ним взглядом.

— Готово, — сообщил Сэрдж.

— Теперь можете вызывать адвоката, мистер Гарвик. — Бревер взглянул на Гарвика.

— Благодарю за разрешение, но оно несколько запоздало. Надеюсь, оно мне уже не понадобится.

Бревер, направлявшийся с Сэрджем к дверям, обернулся.

— Блажен, кто верует, — с усмешкой бросил он, и медленно добавил: Иногда, не всегда!

Кивнув, он вышел, Сэрдж вызвал лифт. Они шагнули внутрь, не оглядываясь на человека в халате из лилового бархата, стоявшего на пороге. Поэтому от них ускользнула его невольная ухмылка.

С включенными сиреной и мигалкой служебная машина мчалась в управление. Бревер молча сидел рядом с водителем. Только подъезжая к Бродвею, он раздраженно сказал:

— Вначале я думал, что у Гарвика совесть нечиста. Но теперь я в этом уже не так уверен. Иногда он, правда, переигрывал, но на такие беззаботные дерзости убийца вряд ли отважился бы. И четырнадцать свидетелей алиби… Полагаю, Гарвик — прожженный тип, который умудряется снимать пенки и с того строительного бизнеса, который Беландро считает только прикрытием.

Машина остановилась возле управления. Старший инспектор отправил Сэрджа за фотографией Мосилли, сам остался в машине.

— Поедем дальше? — спросил полицейский за рулем.

— Когда вернется Сэрдж. В Гринвич Вилледж. В бар «Шанхай». Но остановимся квартала за три до бара и там вы будете ждать.

Сэрдж принес пачку фотографий. В фас и в профиль. Красавцем Мосилли не был — с расстегнутым воротником, без галстука, в резком свете рефлекторов, подчеркнувших безжалостные подробности. Все лицо было судорожно напряжено, словно Мосилли пытался изменить его черты до неузнаваемости. Большинство преступников старается изо всех сил стать неузнаваемыми на полицейских снимках. И хотя дактилоскопия остается неопровержимой, искаженная фотография может затруднить полиции поиски. Может даже позволить ему выиграть какой-то миг и спастись бегством. Но нигде так не правдива пословица «сколько веревочке не виться, а конец ей будет», как в мире преступления и наказания.

— Лоуэтт сообщил, что Эвелин Паркер со своим спутником покинули «Саванну», взяли из гаража машину и уехали. Лоуэтт последовал за ними. Мужчина вышел на Беверли Плейс, Эвелин поехала дальше по Шестой Авеню, пересекла Вест Бродвей, свернула на Чамберс Стрит и остановилась на углу Катерин и Генри Стрит, в Чайнатауне. Вошла в дом номер 36.

Лоуэтт немного подождал. Зажглось одиннадцатое окно слева.

Лоуэтт звонил из автомата в страшной спешке, потому что рисковал Паркер могла от него уйти. Поскольку больше он не звонил, видимо, ему снова удалось сесть ей на хвост.