Чтение онлайн

Он делает паузу, когда его удочка опускается. Еще один маленький окунь.

— Один к одному. Ничья, — говорит он с усмешкой, а затем продолжает, беря еще одну наживку. — В любом случае, я не спал еще несколько часов, прежде чем, спотыкаясь, подняться в свою комнату. Я был так опустошен, и все, что я мог вспомнить, это как снимал с себя одежду, в то время как все вокруг меня кружилось. Я откинул простыни и проскользнул за тем, что, как я предполагал, было моей девушкой.

— Это было не так?

— В каждой комнате находилось по три парня.

Я начинаю смеяться, и вскоре он присоединяется ко мне.

— Я провел всю ночь в одних трусах, обнимаясь со своим соседом по комнате... Бобом.

— Боб?

— Э—э, да, у него были небольшие проблемы с метеоризмом.

Я расхохоталась.

— Как только я понял, что не обнимаю свою девушку, было слишком поздно. Несколько моих братьев по братству стояли в дверях, фотографируя предполагаемую неосторожность.

— Что сказала твоя девушка?

— Ах, ну, она была расстроена, что я напился и игнорировал ее всю ночь, и это был конец отношений с ней.

— Ты задница, — хихикаю я, на что он отвечает:

— Так мне и говорили.

Я вздрагиваю и хватаюсь за удочку, когда ее чуть не вырывают у меня из рук. Схватившись за катушку, я изо всех сил пытаюсь ее провернуть.

— Мне нужна помощь, — кричу я, и Деклан откладывает удочку, подходит ко мне сзади и хватает удилище.

— У тебя тут что-то большое, — говорит он, кладя свою руку поверх моей и помогая мне наматывать леску, как это делал мой отец.

Я позволяю ему взять себя в руки и двигаю своей рукой вместе с его. Рыба немного сопротивляется нам, и когда она приближается к поверхности воды, я вижу, насколько она существенна.

— Что это? — взволнованно спрашиваю я.

Он поднимает ее и объявляет:

— Это чертовски большой окунь.

Он опускается на колени, прижимая рыбу ногой, и снимает крючок.

— Ты хочешь оставить его себе? Мы могли бы попросить шеф—повара на кухне приготовить его сегодня на ужин.

Глядя на рыбу, барахтающуюся вокруг, я говорю ему:

— Нет. Оставь его в живых.

— Ты уверена?

— Я уверена.

Деклан бросает окуня в воду, смотрит через край пирса и наблюдает, как он плывет вниз, исчезая в озере.

Я насаживаю наживку на крючок и возвращаюсь к нашему разговору, говоря:

— Часть меня всегда хотела поступить в колледж.

— Ты все еще можешь.

Со стыдом я признаюсь ему:

— Я даже не закончила среднюю школу, Деклан.

Он смотрит на меня, и в его глазах мелькает намек на удивление.

— Сколько классов ты закончила?

— Я так и не закончила девятый класс. Когда Пику исполнилось восемнадцать, я убежала с ним, так что о школе не могло быть и речи, потому что меня арестовал бы штат. Однако я всегда была хорошей ученицей, получала отличные оценки. Я любила читать и учиться, поэтому я попросила Пика купить мне учебники, чтобы получить аттестат зрелости, хотя он никогда не будет официальным. Поскольку я все еще была несовершеннолетней и находилась в системе, я не могла использовать свое настоящее имя ни для чего

— А когда ты достигла совершеннолетия?

— К тому времени это уже не имело значения. Я знала, что у нас никогда не будет средств, чтобы я когда-нибудь поступила в колледж, так какой смысл возвращаться, чтобы получить аттестат зрелости? — говорю я. — Но я сделала все, что могла. Я выбрала занятия, которые меня интересуют и учебники из каталога местного колледжа, а Пик покупал мне все в книжном магазине. Я прочитала их, и в каком—то жалком смысле это заставило меня почувствовать, что я чего—то добилась сама.

— Так и было.

— Все, что я сделала, это поставила себя в неловкое положение.

— И это тоже, — отвечает он с легкой шуткой. — Но ты умная и хорошо говоришь. Никто никогда не заподозрит, что ты дошла только до девятого класса. Ты невероятная женщина, которая упорно борется за то, чтобы все исправить.

— Все никогда не будет хорошо.

— Может быть, прошлое и не изменится, но прямо здесь, в этот момент, все меняется, — говорит он. — Ты можешь делать все, что захочешь.

Его уверенность во мне очень сильна, и я чувствую, что у меня есть будущее, на которое можно смотреть с нетерпением. Что выбор, который я сделаю, не будет напрасным. И, может быть, он прав, может быть, это здесь и сейчас, на чем мне нужно сосредоточиться, чтобы двигаться вперед. Я всегда бегала, и теперь, впервые, мне больше не нужно этого делать. Я могу стоять здесь, на одном месте, и знать, что с Декланом рядом со мной все будет в порядке.

Поэтому с небольшим оптимизмом я говорю ему:

— Я хочу закончить среднюю школу.

Он улыбается с гордостью в глазах и говорит:

— Мы можем получить все подробности о том, что нужно сделать завтра. Но сегодня вечером я приглашаю тебя сходить куда-нибудь.

— Свидание?

— Для нас это будет впервые.

Поймав слишком много окуней, чтобы сосчитать, мы решаем, что я выигрываю, основываясь только на басе. Возможность быть с Декланом, свободным от лжи и игр в этом городе, где мы привыкли прятаться, — это здорово. Здесь мы полюбили друг друга, но та жизнь всегда была испорчена, а теперь... теперь мы можем создать что—то новое.