Чтение онлайн

Ее сердце и дух были намного больше, чем предполагало тело. Хотя она часто, казалось, предпочитала, чтобы ее не видели другие, Рекош видел все. И ему нужно было сделать ее своей, чтобы он мог напоминать ей каждый день, что она сильная, свирепая, достойная. Она… любима.

Они втроем продолжили поиски, разговаривая и собирая травы, фрукты, грибы и коренья, которые попадались им на пути. Время от времени поблизости раздавались крики Терновых Черепов, следивших за тем, чтобы группы не отходили слишком далеко друг от друга.

Рекош наблюдал за самками и помогал им, когда они находили то, до чего не могли дотянуться. Каждый раз, когда Ахмья просила о такой помощи, у него возникало желание положить руки на ее округлые бедра и приподнять над землей, чтобы она могла собирать дары джунглей собственными руками. Он не поддавался этим порывам, не хотел, чтобы Лейси испортила эти моменты.

В Клубке было жарко, но день оставался приятным, несмотря на растущую влажность в воздухе. Его тонкие волоски ощущали приближение дождя в ветре. Когда Ахмья воспользовалась моментом, чтобы перевести дыхание и вытереть пот со лба, Рекош наблюдал за ней, наклонив голову и подергивая жвалами.

Он был рядом с ней во многих трудностях, с которыми она столкнулась с тех пор, как очнулась на потерпевшем крушение корабле. Он видел, как она боролась и спотыкалась, видел, как она падала, видел, как поникали ее плечи и опускались губы. Он видел блеск слез в ее глазах. Но он никогда не видел, чтобы она сдавалась, никогда не слышал, чтобы она жаловалась.

Когда она спотыкалась, она выпрямлялась. Когда она падала, она поднималась. Когда тяжесть отчаяния обрушивалась на нее, она стискивала зубы, глубоко вздыхала и поднимала голову. Если нужно было сделать еще один шаг, Ахмья делала его без промедления.

Терновые Черепа говорили о шар'тай, огненном духе в сердце каждого воина. Если шар'тай существовал, то у Ахмьи он был ослепительно ярким.

Другой врикс, возможно, и не видел этого, но Рекош видел.

Ахмья поставила почти полную корзину на землю, выпрямилась и потянулась назад, чтобы собрать волосы в ладони. Разделив их на пряди, она начала заплетать косу.

Рекош взглянул на Лейси, которая в данный момент была занята выкапыванием белых корней из земли джунглей. Когда он поставил корзинку на землю, в его груди зазвучала тихая трель.

Он бесшумно подошел к Ахмье сзади и нежно накрыл ее руки своими.

— Я помогу, ви’кейши.

Ахмья вздрогнула и слегка повернула лицо, чтобы встретиться с ним взглядом. Ее губы изогнулись в улыбке, когда она высвободила руки из-под его ладоней, отпуская волосы.

— Я уверена, что твоя коса будет держаться лучше, чем моя.

Приподняв жвалы, Рекош тихо защебетал. Рядом с собой он воткнул копье в землю.

— Да. Ты заплетаешь хорошие косы, но я делаю самые лучшие.

Ахмья рассмеялась и посмотрела вперед.

— Так и есть. Спасибо тебе, Рекош.

— Это мелочь, — он запустил когти в ее волосы и прочесал ими пряди. Ее волосы были мягкими и шелковистыми под его пальцами, но густые и сильные, несмотря на кажущуюся нежность.

Прямо как сама Ахмья.

Хотя они находились посреди джунглей, он действовал медленно — тщательно распутывал каждую прядь, разглаживал ее волосы, едва касаясь кожи головы кончиками когтей. Она запрокинула к нему голову с довольным вздохом и легкой довольной улыбкой на губах, закрыв глаза.

?

Жар шевельнулся в щели Рекоша. Он знал о поцелуях благодаря людям — благодаря Айви и Кетану. Их губы были податливыми, казалось, даже мягче, чем остальная кожа, и он жаждал ощутить прикосновение ее губ к своей коже. Жаждал ощутить ее поцелуй.

Жаждал поцеловать ее.

ГЛАВА 7

?

Мурашки пробежали по всему телу Ахмьи от головы до кончиков пальцев ног. Предложение Рекоша заплести ей волосы было таким простым, добрым жестом. Вот только его прикосновения были совсем не невинными. Он превратил заплетание ее волос в чувственный акт, успокаивающий, интимный и возбуждающий. Жар разгорался внутри нее, нарастая с каждым касанием когтей. И Ахмье потребовалась вся сила воли, чтобы оставаться неподвижной, не дать стону сорваться с губ.

Когда он разделял ее волосы на пряди, его когти задевали затылок. Этот намек на удовольствие-боль послал толчок по нервам, заставляя соски затвердеть, а сердцевину сжаться. Ахмья резко вдохнула.

Его пальцы замерли, и он придвинулся ближе.

— Я причинил тебе боль, Ахмья?

Она открыла глаза и увидела, что он склонился над ней, ярко-красные глаза были полны беспокойства.

— Н-нет, — сказала она более хриплым голосом, чем намеревалась. — Я в порядке.

Он провел рукой по ее волосам, приглаживая их.

— Ты уверена?

Ахмья улыбнулась.

— Просто царапина. Совсем не больно.

Подушечка большого пальца Рекоша погладила ее сзади по шее с дразнящей нежностью. Ахмья вздрогнула, ее кожу покалывало от ощущений. Губы приоткрылись от прерывистого дыхания.

Чувствовать, как он касается меня так… повсюду…

— Хорошо, — пророкотал он.

Он переместился за ее спину и продолжил перебирать волосы. Ахмья смотрела вперед, пытаясь не терять бдительности, сосредоточиться на чем-нибудь другом, кроме ощущения работы его пальцев, но ничего не могла с собой поделать, и ее ресницы опустились. Хотя жар внутри не угасал, было что-то расслабляющее в том, что кто-то ухаживал за ее волосами.

И этим кем-то просто оказался врикс ростом семь футов, который определенно знал, как пользоваться руками.

Резкий ветерок пронесся вокруг Ахмьи, охлаждая ее влажную от пота кожу и служа спасением для огня, пылающего внутри нее. Он нес все ароматы джунглей, землистые и сладкие, и шептал о дожде. Он также наполнил ее чувства чем-то большим, чем-то пряным и теплым.

Рекош.

Тик и амбра с оттенком лаванды.

Ахмья сделала глубокий вдох, позволяя его запаху пропитать ее. Она хотела большего.