Чтение онлайн

Я не ошиблась, решив что Эр садовник — он просто обожал цветы и в его домике не было свободного места от саженцев и ростков. Горшочки стояли даже на полу, так что приходилось внимательно смотреть, куда наступаешь, чтобы не раздавить какой-нибудь особо ценный экземпляр.

Но помимо того, что старик ухаживал за растениями, он так же был сторожем и принимал различные поставки — привезенный корм для ящеров, новые седла, тренировочные костюмы для первокурсников, а так же провизию для столовой, где обедали студенты. Школа оказалась почти как маленький городок внутри Дамана — со своим общежитием, учебным отсеком, столовой, питомником для ящеров и даже с собственной сапожной мастерской. Почему именно сапожной? Наверное, директор школы очень любит хорошую обувь.

— Да, ну и беда с тобой приключилась… — задумчиво произнес Эр.

Я рассказала ему почти все, упустив некоторые моменты. В его представлении теперь я — странствующий менестрель, направляющийся вместе с другом и учителем в столицу. Из-за проклятия, наложенного на меня еще в младенчестве, я каждый день стаю волчицей, но ночью обретаю свой прежний облик — в этом месте моего трогательного рассказа старик сочувственно вздохнул. К несчастью моего друга схватили и бросили в тюрьму, я даже не знаю за что, но ручаюсь, что он невиновен. Эр оказался полностью на моей стороне, потому что когда-то в прошлом стража сильно ему чем-то насолила, и потому старик не верит в их справедливость.

— Теперь я не знаю, что делать, — печально закончила я.

— Тяжело тебе придется, да… — сказал Эр. — Для начала бы тебе увидится с твоим другом, да выяснить что же он совершил. А уж потом дальше думать.

— Да, — вздохнула я. — Только как пробраться в тюрьму? Вряд ли меня пустят увидеться с заключенным…

— Пустить не пустят, — с загадочной улыбкой произнес Эр. — Да только после полуночи у них всего один стражник остается. А с одним договориться всегда можно.

— Можно, — согласилась я. — Если есть что дать взамен. Впрочем, эта проблема легко решается… — я вспомнила о «плаще-невидимке», который прихватила с собой еще из деревни. — А куда это деваются все стражники? Спят что ли?

— Да куда им спать! — рассмеялся старик. — Им командир ихний уши-то пообрывает. Нет, патрулируют они, убийцу высматривают.

— Какого такого убийцу? — я заподозрила неладное.

— Да того самого, который пол года город наш изводит, да мирных жителей на тот свет отправляет. Вот, и вчера девицу заколол, клеймо оставил. Поговаривают, будто так он силу набирает, ритуал свой колдовской проводит, ирод!

— Мне нужно идти, — я встала из-за стола и собралась выйти. — Спасибо вам за все, не знаю как вас благодарить!

— Да погоди ты, чего заспешила, — удивился моему неожиданному решению Эр. — Хоть до полуночи подожди, после дружка своего спасать пойдешь.

— Некогда мне ждать, — попыталась объяснить я. — Вдруг с ним что-то случиться?

Истинную причину объяснить нельзя, боюсь, тогда старик станет на сторону стражи. Мне самой не до конца ясно, что происходит. Ведь мы уже поймали этого «Хозяина», так почему убийства продолжаются? Неужто есть кто-то еще? И если есть, то стража все равно в полночь не пойдет в обход — они-то думают, что поймали убийцу. Наверняка настоящий «хозяин» теперь притаится и смерти прекратятся. Правда очень не на долго. Поэтому медлить нельзя — надо срочно увидеться с некромантом и узнать, что же происходит на самом деле. Вот надо было мне с ним связаться… Жаль, но без помощи этого неблагодарного Кота мне не обойтись.

— Коли поймали, три дня продержат и не тронут, — уверенно сказал старик.

— А после третьего? — настороженно спросила я, останавливаясь у дверей.

— Казнь, — сообщил Эр, и я похолодела.

— Как?! Без суда и следствия?

— Если стража за кого-то взялась, значит они уже во всем уверены, — покачал головой садовник. — И все-таки тебе лучше подождать до полуночи. Говорят после полночи убийца никого не трогает, совершает свои ритуалы лишь пока ночь не достигла перелома.

— Подождите, — растерялась я. — Зачем тогда страже патрулировать город после полуночи?

— Чтобы найти очередную жертву и по свежим следам искать «охотника».

— Бред какой-то, — пораженно произнесла я.

— Бред не бред, а они бояться встречи с этим разбойником, — сказал старик. — Наши стражи и годятся только на то, чтобы хватать невиновных…

— Ладно, — я присела обратно за стол. — Подожду полночи.

— Еще чайку, девочка? — с улыбкой спросил Эр.

Я не сдержала улыбки в ответ, хотя на душе было неприятно. Почему-то в прошлый мой визит в этот мир все казалось как-то… проще, наверное. Светлее, добрее и пушистее.

— Скажите, а это правда, что у вас один ящер сбежал? — спросила я, решив перевести тему на другой разговор.

— Конечно нет, — рассмеялся старик. — Смотрители питомника этого не допустят. Но многие ящеры и вправду не любят посторонних, пол руки могут оттяпать за здорово живешь.

— Наверное, хорошо уметь летать на драконах, — мечтательно произнесла я.

— Не всем дано этому научиться, — слова Эра прозвучали печально.

— Что-то не так? — спросила я.

— Когда-то и я был учеником этой школы, — произнес старик, глядя перед собой. Словно в мыслях он снова стал юным студентом, летающим на крылатом ящере. — Я стал одним из пятнадцати, тех, кто смог пройти последний экзамен и стать настоящим «наездником». Но однажды на турнире, защищая честь города и школы, я попал в «воронку», где воздух уходит вниз и тянет с собой наездника и ящера, как водоворот лодку в океане. В таком случае наездник должен «выгнать» ящера из воронки, любым способом. Ящер вырвется, но поток воздуха сломает ему крылья, и больше зверь не сможет подняться в небо — он сумеет лишь опуститься вниз, сохранив жизнь. Наездник же быстро получает нового дракона и продолжает участие в турнире.

— Что же вы сделали? — затаив дыхание, спросила я.

— Я не смог, — с трудом произнес старик. — Для ящера остаться без крыльев равносильно смерти — мог ли убить своего друга? Нет, я дал ящеру выбраться самостоятельно, у самой земли он вынырнул из воронки. Но в турнире мы остались последними — ящер опускался очень медленно, время было упущено. После этого меня лишили звания, отняли разрешение подниматься в воздух. Позволили только остаться при школе, чтобы быть рядом со своим другом.