Чтение онлайн

— Дело не в этом. У меня есть проблема. Сны мои становятся все хуже. А сейчас они таковы, что хуже уже некуда. Я хочу узнать, как можно покончить с этим?

— Я такого способа не нашла. Тебе придется разобраться в них самому. Тебя призывала Кина?

— Пожалуй, нет. Впечатление такое, будто она просто проходит по моим снам и не замечает меня, если я сам не дергаюсь. А может быть, это я заглядываю в чьи-то чужие сны.

— Расскажи мне о них. Я рассказал.

— Во многом это те же самые сны, что и у меня. Главным образом я вижу равнину.

— А вороны там есть?

— Вороны? Нет. Там нет ничего живого. Я призадумался.

— Знаешь, возможно, я выразился не совсем точно. Кажется, она все-таки каким-то образом осознает меня. Однажды ночью, например, я увидел свою жену. Даже разговаривал с ней. Создавалось ощущение, будто можно ее вернуть.

— Это нечто новое. В моих снах лишь нагнетаются кошмары. Создавалось ощущение, будто в конце концов они меня подавят.

У меня было такое чувство, что она говорит отнюдь не всю правду.

— Мне трудно поверить, что она способна показать что-нибудь страшнее того, что я уже видел, причем наяву, — сказал я. — Зная, что она пытается сделать…

— Мурген, ей удалось использовать меня! Потому что я думала, будто знаю, что она делает. Но я не знала. Она — царица Обмана. Я была вовсе не Дщерью Ночи, а всего лишь племенной кобылой, которой следовало выносить на себе мессию Обманников. Не допускай такой же ошибки, какую допустила я. Если она и впрямь заметила тебя, будь крайне осторожен. И держи меня в курсе дела.

Я хмыкнул.

— Ты подсчитывал, сколько раз тебе казалось, будто ты чувствуешь Кину?

— Хм…

Я это делал. Но чаще всего она приближалась ко мне, когда я блуждал с Копченым.

— Не то чтобы…

Я описал ей парочку эпизодов, казавшихся мне менее безобидными.

— Это не слишком помогает. Следи за своими чувствами. Тобою пытаются манипулировать, используя твою любовь к жене. Догадываешься, почему?

— Полагаю, что из-за Знамени.

— Разумеется. Намеки есть повсюду, но целостной картины мы так и не имеем. Копье Страсти… Но за этой штуковиной никогда не замечалось никакой необычной силы.

На самом деле таковая замечалась, но в такое время и в таких местах, что я не мог рассказать об этом, не раскрыв тайну Копченого. Как-то раз Костоправ проткнул им Ревуна: то была обычная рана, без всякой там магии, но колдун едва не отдал концы.

— А может, у нас вовсе и нет никакого Копья? Просто люди принимают наше Знамя за эту хреновину?

— Возможно, тут имеет место еще более замысловатый обман, — пробормотала она.

— Как мне покончить с этими снами?

— Ты что, не слышал моих слов? Вовсе меня не слушаешь?

— Мне кажется, я недостаточно силен, чтобы жить с ними.

— Учись. Мои кошмары пропали после рождения ребенка. Но ненадолго. Думаю, Кина просто забыла прервать установленную ею связь.

— Возможно, предполагалось, что Нарайан сделал это, когда забрал твою дочь?

— Предполагаться-то предполагалось…

— Прости, я не хотел напоминать тебе о…

— Я ничего не имею против подобных напоминаний, потому что и сама все прекрасно помню. Каждую минуту каждого часа. И достаточно скоро планирую обсудить эту историю с Нарайаном. Лично и накоротке…

Когда Госпожа говорила, она казалась столь же зловещей, как и сама Кина, хотя, чтобы заметить это, наверное, надо было хорошо знать и ее, и ее историю.

— ..Для него Год Черепов наступит скоро. Ему больше некуда прятаться.

— Ты же видел Вершину. Думаешь, у него есть нужда прятаться?

Она еще не успела ответить, как в палатку просунулась голова Ножа.

— Душилы только что напали на Лозана. Дышать ему теперь трудновато, но все обойдется.

— Убийцу взяли живым? — спросила Госпожа. Я двинулся к выходу. Госпожа мрачнела, и мне показалось разумным убраться подальше. Нож ухмыльнулся:

— Он цел и невредим. Хотя, если бы мог, наверняка предпочел бы окочуриться от сердечного приступа.

Я начал обходить Ножа. Госпожа смерила меня взглядом, давая понять, что нам следует поговорить позже. Я же предположил, что мне скорее следует подумать о том, как избежать продолжения разговора. Кажется, на сей раз я чересчур разоткровенничался.

С изрядного расстояния я наблюдал за методами допроса, которые использовала Госпожа. Они были изощренными, жесткими и весьма эффективными. Для всех свидетелей этого действа наглядный урок не прошел даром. В считанные минуты душила признался, что он прибился к лагерной обслуге после победы на Чарандапраше. По приказу самого Нарайана Сингха. Его жертвой должен был стать Лебедь Лозан. Другим краснорумельщикам определили другие жертвы. Они тоже скрывались среди лагерного сброда. Сама Дщерь Ночи призвала их при исполнении ее повеления проявлять крайнюю осторожность. Детей Кины осталось так мало, что им приходилось заботиться о сохранении своих жизней, чтобы было кому исполнить долг перед богиней.

Госпожа умела развязывать языки. Так хорошо, что душила поступился обещанным ему вечным блаженством и назвал имена.

Я пошел прогуляться — на то время, пока Нож будет отлавливать Обманников и резать им глотки.

Лишь для того чтобы показать, как она относится к их сообществу, Госпожа лично задушила одного из Обманников. Для чего воспользовалась черным шарфом, отобранным у чернорумельщика много лет назад. Эту историю знал каждый душила.

Таким способом она написала свое послание.

Вороны разлетелись во все стороны.

Госпожа приказала насадить головы Обманников на пики и отнести к Вершине. Таким способом она отправила послание Нарайану Сингху.

Ко мне подошел Костоправ.

— Такова уж моя милашка, — сказал он, покачивая головой. Можно подумать, что, попади эти душилы в его руки, он обошелся бы с ними мягче.

Он догадался, о чем я думаю, и улыбнулся.

— В приличном обществе дамы не убивают людей.

— Какое еще приличное общество? Уж во всяком случае не наш Отряд. Да и она не больно похожа на даму.