Точка невозврата

Новая реальность

Я быстро шёл на поправку. Для обычного человека, конечно же. Будь в моём теле наниты, я бы уже вовсю бегал и доставал людей вопросами. А скопилось их у меня столько, что они даже не умещались в голове. И это в буквальном смысле. Я натурально забывал некоторые из них, а когда вспоминал, из памяти выпадали другие.

Когда мой организм восстановился до степени «ура, мне удалось сделать два шага», случилось кое-что невероятное. Хотя, учитывая последние события, вполне себе предсказуемое. В общем, человечество спустило с орбиты ковчег. По-видимому, ситуация там пребывала в околокритическом положении, что тоже неудивительно. Припасы не бесконечны, и если воду ещё возможно получить методом очистки или химическими процессами, то с едой дела обстоят намного сложнее. К тому же возраст корабля оставлял желать лучшего.

За спуском ковчега наблюдали все, и зрелище действительно было очень красивым. Хотелось бы мне сказать, что всё прошло как по маслу, но увы – это было далеко не так. При входе в верхние слои атмосферы у корабля отвалился небольшой кусок. Собственно, этот факт и сделал главное шоу. Такой «звездопад» Элпис вряд ли ещё когда-нибудь увидит.

Когда огненное представление завершилось, на фоне вечернего небосвода появилась крохотная точка. С каждой секундой она становилась всё больше, пока не приобрела очертания эдакой подковы. По мере приближения становилось понятно, что изначально ковчег имел форму бублика. Всё-таки неслабый кусок от него оторвался.

Я даже близко не представлял его размеры. Но когда эта громадина проплыла над головой, мне на секунду сделалось жутко. Окрестные горы на фоне ковчега казались крохотными неровностями. А когда он коснулся поверхности, земля под ногами вздрогнула так, что я предпочёл сесть, чтобы не травмироваться при падении. Треск от сминаемых деревьев стоял такой, что его наверняка было слышно на противоположной стороне планеты. И это притом, что посадка вышла очень мягкой.

Более трёх десятков кораблей, подобных тому, на каком мы прилетели на Элпис, контролировали процесс посадки, придерживая ковчег мощными тросами. Когда их сбросили, земля вздрогнула ещё раз, хотя с предыдущей тряской это даже в сравнение не шло. Это зрелище точно войдёт в историю, как самое грандиозное.

Да, на словах всё быстро. Но по факту посадка длилась почти сутки, и это я молчу о подготовке к ней. Я не пожалел сил и наблюдал весь процесс. Правда, потом вырубился, но это уже мелочи. К тому же выспаться мне всё равно не дали. Явился господин Монахов и вывалил на мою голову очередную кучу вопросов. Впрочем, я старался от него не отставать…

– Как себя чувствуете? – дежурным тоном поинтересовался Монахов.

– Более-менее сносно, – буркнул я. – А если бы мне ещё выспаться дали, вообще было бы замечательно.

– Увы, у нас нет на это времени, – небрежно отмахнулся он. – Что вы знаете о противнике?

– Я вам уже всё рассказал, даже неподтверждённые гипотезы выложил.

– Хочу уточнить ещё один момент, – вежливо улыбнулся Монахов. – Вы утверждаете, что если мы не станем трогать древние технологии, то они оставят нас в покое?

– Я не утверждаю, просто рассказал то, к чему мы пришли в ходе переговоров.

– Которые биологический компьютер внедрил вам прямо в мозг?

– Считаете, что я всё это придумал?

– Я всего лишь проверяю имеющиеся данные. Вы согласились на условия?

– Не то чтобы, – усмехнулся я. – Там не всё так однозначно.

– Хотелось бы больше подробностей.

– Я пообещал им, что мы больше не прикоснёмся к древним руинам. А затем оставил прощальный подарок, чтоб они не решили, что нами можно вот так манипулировать.

– Взорвали мозг, правильно?

– Типа того.

– То есть мы можем считать, что биологический компьютер уничтожен?

– Это вряд ли, – усмехнулся я. – То, что я взорвал, скорее всего, лишь крохотный отросток. Вы не понимаете одного: эта система контролирует всё живое на планете. Зверей, растения, насекомых…

– Постойте, – прервал меня Монахов и пробежался пальцами по экрану планшета. – Вот здесь вы говорили, что биологический компьютер не управляет сознанием, в отличие от искусственного интеллекта.

– Так утверждал он.

– А он – это кто, простите?

– Бля, биологический интеллект.

– Ясно, – кивнул Монахов и снова пробежался по экрану.

– А можно вопрос? – Я покосился на него.

– Да, – сухо разрешил он.

– Каким образом я оказался на ковчеге?

– Чистый рандом, – точно так же, без эмоций, ответил он.

– То есть вы не выбирали лучших из лучших?

– Верно. Всё решил случай, лотерея, если угодно. Только так мы могли избежать хаоса и недовольства среди людей.

– Ясно, – пробормотал я. – Но вы всё равно первым делом решили избавиться от нежелательных элементов общества.

– Лично я ничего не решал. Так, значит, Семецкого убили вы?

– А что ещё мне оставалось? Он хотел уничтожить планету и нас вместе с ней. Я же не знал, что это было частью вашего плана.

– А скажите, данная информация могла бы повлиять на ваше решение?

– Что случилось с нашей планетой?

– Что, простите?

– Земля, – терпеливо повторил я. – Что с ней? Почему мы её покинули?

– Вы не ответили на вопрос.

– Как и вы, – резонно заметил я.

– Евгений… – Монахов сделал небольшую паузу, словно пытался подобрать правильные слова. – Простите, как вас по отчеству?

– Неважно, – отмахнулся я.

– Как угодно, – согласился он и продолжил: – Я хочу, чтобы вы осознали всю серьёзность вашего положения. Вы обвиняетесь в предательстве человеческого рода. Данное преступление карается смертью.

Я внимательно посмотрел в глаза Монахову, пытаясь понять: шутит он, или на полном серьёзе задвигает мне о несуществующих законах и их нарушениях. О каком, мать его, «предательстве» он сейчас говорит? Да я сделал для спасения людей больше, чем кто-либо на всей этой грёбаной планете!

– Вы это сейчас серьёзно? – всё же не сдержался и спросил я.

– Более чем, – кивнул собеседник. – Ваши действия помешали терраформированию планеты. Вы убили ведущего учёного в области древних технологий, чем нанесли непоправимый ущерб. Из-за вас мы вынуждены были спустить ковчег на поверхность, и теперь нам придётся производить её зачистку имеющимися силами.