Чтение онлайн

— Жить-то всем надо! А если наказывать, то сначала ветеранов! Ударников комтруда! Ведь так?

Игумнов был с ним согласен, но сейчас его интересовали Голубоглазый и его партнер.

— Что им надо было на вокзале?

— Приехали вроде к директору ресторана.

Игумнов понял, что носильщик в курсе.

— В чем там дело?

— Меня достает этот… — Авторитет хотел определенности. — Молодой! Из камеры хранения… И отец его тоже ходит. Как два телка, честное слово. «Помоги да помоги!»… Могу я им сказать, что вопрос решится положительно?

Он предлагал сделку.

Работать на контору из одного чувства патриотизма охотников находилось мало. Нормальных средств, чтобы расплатиться за получаемые сведения, как водится во всех полициях мира, у милиции никогда не было. Оставалось выручать засыпавшихся жуликов.

Игумнов кивнул.

— Лучше бы уже на этой неделе! — Носильщик сразу успокоился. — А с Голубоглазым вот что… Кто-то сказал, что через директора ресторана можно достать товар.

— Он назвал его?

— Японские головные платки.

— Понял.

С час назад он уже слышал об импортных платках. В отделе разборов ГАИ. Было ли это простым совпадением?

Носильщик бросил монету в автомат, налил еще стакан. За оградой музея-депо показалась крупная высокая женщина, стрелок ВОХРа — форменная юбка облегала ее, как опорную колонну.

— Вообще-то они достали было платки… Но контора накрыла, отобрала товар. Еле ноги унесли…

— Давно? — как перед тем носильщик у Андижанца, спросил Игумнов.

— Чуть не повязали! Вчера.

«Если узнать, кто задерживал, можно попытаться установить бригаду. Надо дать ориентировку по городу…»

— Кто из них об этом рассказал?

— Русак…

Игумнов отметил правдоподобность.

«Верно. Голубоглазого накануне не было в Москве!»

С Голубоглазым вообще выходила неувязка: он выскочил из поезда, хотя не имел никакого отношения к краже у Больших Боссов… А тут, на вокзале, кроме всего, ударял по другому ведомству… Это была родная вотчина ОБХСС!

— Они ходили к директору ресторана?

— По-моему, нет… — Носильщик ни словом не обмолвился о своей роли в происшедшем. — Такие вот дела… — Носильщик для

приличия помолчал. — Так я могу успокоить этого телка?

— Пусть подойдет к начальнику станции. Я позвоню.

Носильщик достал из кармана спичечный коробок.

— Это Голубоглазый оставил. Там номер машины…

Игумнов взял купленный товар. «Томская спичечная фабрика… Из Сибири!» На обратной стороне стояло выведенное шариковым стержнем: «ММТ 71-31».

«Такси… Седьмой парк! Первая колонна!» Игумнов задумался.

— Много платков у них отобрали?

— Не говорили.

— А кто адресовал в ресторан?

— Тоже…

Нового директора ресторана Игумнов не знал. Тот появился в общей волне, хлынувшей на места, освободившиеся с началом Большого московского разбора в торговле.

« Пора и познакомиться!»

В коридоре перед кабинетом стояло несколько человек, все — проштрафившиеся работяги вокзального общепита, ожидавшие выволочку. Никто из них не возвысил голос, когда Игумнов решительно открыл дверь в предбанник.

— Да-а…

При новом хозяине тут стало еще теснее. Разнокалиберная мебель. Стол с пишущей машинкой. Кресло. Вешалка. Перед зеркалом висел дамский длиннющий плащ, предполагавший под собою в носке короткую юбку-мини.

Так и оказалось.

Владелица мини — высокая девица, перегнувшись через стол, поливала цветы, стоявшие на низкой подставке, на полу. Нижняя часть ее туловища находилась на уровне письменного стола.

— Вам директора? — спросила от пола.

— Хочу с ним поговорить. Я начальник розыска.

Девица разогнулась. В узком проходе они почти касались друг друга.

— Он занят.

— Я, между прочим, тоже.

Он с ходу открыл дверь. Лысоватый насупленный человек за столом листал бумаги. Взглянул недовольно. Игумнов, не ожидая приглашения, придвинул кресло. Представился. Начал резко:

— Я по поводу людей, которые интересовались у вас платками. Дело это серьезное!

Он почувствовал, что попал в точку.

— Вы их давно знаете?

— Мы вообще незнакомы… — Директор держал себя уверенно.

— Почему они обратились к вам?

Ответ прозвучал неожиданный:

— Я не могу обсуждать этот вопрос… Меня предупредили.

Игумнов узнал высокий слог инструктажа смежной службы: у кагэбэшников даже для вокзального ресторана существовала совершенно особая государственная тайна.

Директор был не первый, кто пытался играть на взаимоотношениях обоих ведомств.

— Если мы не найдем общий язык, я попрошу вас официально…

Разговор с уголовным розыском оказался тяжелее, чем с чекистами.

— Со мной разговаривал один человек… Я слышал его впервые.

— О каком товаре шла речь?

— Импортные платки.

— Он наверняка вам представился! Кто он или откуда, или кто вас рекомендовал…

— Верно! — Директор вспомнил: — Он сказал, что он из Андижана…

«Снова Центральная Азия!..»

— Вы его видели?

— Он гак и не пришел.

— Кому вы сообщили о звонке?

— Вот телефон… — директор ткнул в календарь.

Мизантропическое настроение, в котором он находился до прихода Игумнова, его быстро покинуло; теперь он был заинтересован в том, чтобы его жизнь на вокзале была такой же, как до этого визита.