Чтение онлайн

Может, тогда диалог получится?

Никита приподнимается с места, убирает ноги со столика и кладёт на него компьютер.

– Ты серьёзно хочешь это обсудить? – спрашивает Анисимов, и наши глаза всё-таки встречаются, так как я поддалась мимолётной слабости и развернулась к нему.

Пальцы инстинктивно сжимают в ладонях стакан, и я не знаю, куда деть возникшее эмоциональное напряжение. Мозг на секунду отключается от реальности, но я быстро нахожу путь обратно и вспоминаю свои задуманные реплики.

– Твоя сестра – такая умница, добрая, прибирает, я бы даже сказала, вылизывает дом. Не думаю, что она заслуживает твоей дерзости. Как минимум она. Вы же семья всё-таки. Боюсь представить твои неуважительные разговоры с мамой.

– Я и забыл, что ты ещё мозгоправ. Визитку оставишь? Чтобы я знал весь спектр твоих услуг, – не замечаю, как Никита подсаживается ближе.

– Визитка есть, но я там фигурирую только как создатель стильного образа, – искренне отвечаю, но всё же возвращаюсь к заданной теме: – Почему ты так груб со своей сестрой? Просто потому что она девушка?

– А ты ещё спорить пришла относительно моей теории! Ты уже моя ходячая проблема, что её только доказывает. Прилипла ко мне какого-то чёрта и пытаешься что-то кому-то доказать, – не сказать, что Никита кричал, но говорил довольно импульсивно.

– Я прилипла? Это ты меня унизил, написал жалобу и ещё заставил извиняться за это! Мои родные молятся на тебя, как на икону, не видя очевидного. Не слушают меня и пытаются переубедить, когда с твоей стороны я вижу только хамство. Думаешь, меня это не должно злить?! Да я в бешенстве! Только, как истинный мозгоправ, я пока пытаюсь в этом просто разобраться. Ведь рано или поздно я поставлю тебя на место. Как минимум на дядиных соревнованиях. И объявит нас соперниками он уже завтра, – его импульсивная волна речи передалась мне, и я выпустила этот заряд обратно.

– Я уже на своём месте. Не надо меня никуда переставлять. Будь добра, избавь себя от этих непосильных сложностей, – так и хочется съездить кулаком по его идеальной мордашке.

Когда Никита с такой уверенностью проговаривает подобные слова, меня прямо трясёт от несправедливости в этой жизни. В попытке заглушить прилив гнева собираюсь опустошить содержимое стакана, но меня опережают. Анисимов приближается ко мне и с лёгкостью вырывает алкоголь из моих рук. Осушив содержимое залпом, он с хлопком ставит стакан на столик.

Я, опешив от происходящего, пристально смотрю на него, хлопая глазами и с шумом вдыхая воздух. Его синие ледяные глаза, в свою очередь, не отрываются от моих. Вроде хочется что-то сказать, но его взгляд не даёт мне этого сделать, а от осознания того, что он близко, и вовсе пересыхает во рту. Какого чёрта происходит?

Казалось, в этот момент я забыла все слова русского языка, поэтому приняла решения дождаться его комментариев, но и их не последовало. Мы просто молча смотрели друг на друга со слишком интимного расстояния.

Следом под допингом в виде нетрезвого состояния пришли наводить суету гормоны. Ведь мозг стрелой пронзил вопрос: «А почему все так рвутся с ним переспать, несмотря на его унизительную для девушек теорию?». Непрошенные картины полезли в голову, закрепляя всё реальным образом безупречно сексуального Анисимова. Дыхание учащается, сердце начинает ходить ходуном, и я даже не замечаю, как, сводя ноги вместе, начинаю ёрзать, сидя на диване.

Чёрт. То, что у меня давно никого не было в интимном плане, нисколько не облегчает мне задачу. Только капкан под названием «Анисимов» ещё не закрылся, а значит, выход найти было можно. Только я пока не знала, как это сделать.

Разрывающее внутри меня притяжение наградило меня такой слабостью в теле, что просто невозможно было с этим справиться. Точнее, я не ощущала подобного ранее и совершенно не представляю, как поступать в таких случаях, ведь мозг откровенно помахал ручкой и ушёл в офлайн.

Стараясь удержать волну нахлынувшего возбуждения внутри, чувствую, как начинает ныть каждая клеточка тела, которая не может получить желаемого. Эти внутренние страдания начинают отзываться болью во всём теле, что я просто не готова принять, что это закончится так болезненно. Мне срочно нужна анестезия в виде его прикосновения. Мне срочно нужна разрядка.

Я вообще не понимаю, как такое может происходить. Каким образом это происходит? Я чувствую себя такой уязвимой, что ненавижу Никиту за это ещё больше.

Когда Анисимов медленно-медленно, по сантиметру начинает приближаться ко мне, в дело вступила паника и ещё сильнее стала разгонять и так разгорячённую кровь. Тело горело от сотни чувств и ощущений сразу. Не понимая, во что это вылить физически, я просто ушла в оцепенение.

Как только его губы остановились слишком близко от моих, Никита прошептал:

– И как ты собралась меня победить, если уже мне проиграла?

Что самое странное, в его голосе не было насмешки, Анисимов будто просто изложил очевидный факт. Правда, его фразы хватило, чтобы развязать мне язык.

– А ты уверен, что это я проиграла? – отвечаю, сглатывая слюну, чтобы хоть как-то увлажнить пересохшие голосовые связки.

– Да. Уверен, – говорит Никита бодрым голосом и как ни в чём не бывало отстраняется, встаёт с места, повернувшись к входу.

Мне словно приснилось, что минуту назад он и сам попал в этот капкан вместе со мной.

– Откуда такая уверенность? – рада, что Никита отвернулся, это даёт пару минут отдышаться и прийти в себя.

– Язык тела тебя выдаёт. А мои аналитические способности слишком хороши, что я просто не могу этого не заметить. Так что… Говори что угодно, но я всё видел, – подводит Никита итог и оборачивается.

Судя по виду, он и сам напряжён.

– Бред, – вскидываю руки и поднимаюсь с места. – С тобой переспать могут только те шалавы с первого этажа, которые ради тебя дали себе обет трезвости.