Чтение онлайн

Никогда раньше он не бывал в здании Министерства внутренних дел. Из всех трансбалканцев здесь бывали лишь те, кто работал в МВД, или же те, на ком останавливался внимательный взгляд министерства.

Двери распахнулись перед ним и закрылись, как только он прошел. Иосип Пекич несколько удивился, когда увидел, что изнутри здание обильно украшено бесчисленными бронзовыми и мраморными статуями, картинами и гобеленами. Оно напоминало безвкусные музеи Загуреста.

Прошли через анфиладу залов и огромных комнат и наконец очутились в небольшом помещении, где за письменным столом в одиночестве сидел худощавый самоуверенный человек и нервно чиркал что-то электронной компьютерной ручкой в бумагах, стопкой лежавших перед ним. Он был одет в безукоризненно выглаженный костюм и курил сигарету, вставленную в маленький, похожий на трубку мундштук – из тех, что ввел в употребление по всем Балканам маршал Тито.

Все трое, как по команде, остановились перед ним: и на лицах зомби появилось выражение почтения с примесью робости. Перед ними, очевидно, был человек, наделенный властью.

Сидевший за столом дописал лист и бросил его в отверстие в столе, откуда лист по желобу попадал в автоматический перфоратор, а затем регистрировался. Человек взглянул на них раздраженно, – но тут же быстро встал и, к величайшему изумлению Иосипа Пекича, на его лице появилась вкрадчивая улыбка. Иосипу и в голову не могло прийти, что в Министерстве внутренних дел кто-то будет ему улыбаться.

– Александр Кардель, – представился человек, сунув Иосипу узкую ладонь для рукопожатия. – Вы ведь Пекич? Мы вас ждем.

Иосип в недоумении пожал протянутую ему руку и растерянно взглянул на стоявшего рядом зомби.

Кардель перевел понимающий взгляд с Иосипа на конвоиров и спросил:

– В чем дело? Эти головорезы напугали вас?

В словах Карделя слышались одновременно отвращение и мягкая насмешка.

Иосип нервным движением потер подбородок.

– Конечно, нет.

Зомби щелкнул каблуками:

– Мы всего лишь исполняли приказ.

Кардель удивленно поморщился.

– Представляю себе, – проворчал он. – Милка, ты смотришь слишком много западных боевиков по телевизору. Мне кажется, ты воображаешь себя трансбалканским агентом 007.

– Да, товарищ, – сказал Милка, вскинув голову.

– О, замолчите и убирайтесь вон, – сказал Кардель. Он выбил большим пальцем окурок из мундштука, достал новую сигарету из ящика стола и вставил ее в чашечку мундштука, взглянул на Иосипа и снова улыбнулся, отчего его лицо приняло по-юношески простодушное выражение.

– Вы и представить себе не можете, как я рад наконец познакомиться с вами, – сказал он. – Я уже несколько месяцев вас разыскиваю.

Иосип Пекич смотрел, широко раскрыв глаза. Он только теперь понял, кто перед ним. Имя Александра Карделя почти не упоминалось в новостях, он крайне редко появлялся на фотографиях, да и то лишь на заднем плане вместе с группой партийных функционеров. Но его знала вся страна, да и за рубежом он был известен. Александр Кардель был Вторым. Правая рука самого Зорана Янкеза. О нем говорили, что он-то и руководит страной, стоя за троном.

Зомби торопливо вышли.

– Разыскиваете меня? – тупо повторил Иосип. – Но я не прятался. Вы ошибаетесь. Я простой студент…

– Конечно, конечно, – сказал Кардель в шутливом нетерпении. Он взял со стола папку и рассеянно помахал ею перед Иосипом.

– Я тщательно изучил ваше дело.

Он вскинул глаза на стенные часы.

– Идемте. Товарищ Янкез ждет вас. Там мы вам все объясним.

Удивленный, Иосип Пекич последовал за ним.

Товарищ Янкез, Первый, Зоран Янкез, Генеральный секретарь партии, Президент СБСР, Союза Балканских Советских Республик. Первый.

Иосип едва ли мог вспомнить те времена, когда Зоран Янкез еще не стоял во главе партии, когда его портреты и бюсты не украшали магазины, банки, железнодорожные вокзалы, парикмахерские и бары. В каждом киножурнале хотя бы один сюжет был посвящен товарищу Янкезу, телевизионные программы новостей обязательно рассказывали о Первом. Он пришел к власти спокойно и бескровно, после смерти своего предшественника, и находился на своем посту на протяжении жизни целого поколения.

Изумленный, Иосип Пекич прошел вслед за Александром Карделем через дверь в глубине кабинета и оказался в комнате больших размеров, где почти не было мебели, если не считать массивного стола с дюжиной стульев вокруг. За столом сидел Зоран Янкез, выглядевший на десять лет старше, чем на фотографиях, которые Иосипу доводилось видеть.

Он выглядел на десять лет старше, и лицо его было серым и усталым – на официальных фотографиях это не было заметно. Он оторвался от бумаг, лежавших перед ним, и проворчал что-то вроде приветствия.

Кардель сказал с приятным энтузиазмом:

– А вот и он, Зоран. Наш товарищ Иосип Пекич. Рядовой молодой гражданин Трансбалкании.

Первый опять что-то проворчал и оглядел не слишком внушительную фигуру Иосипа Пекича. Иосипу захотелось укусить себя за палец, но он подавил это желание. Он недавно бросил курить, и когда нервничал, не знал, куда девать руки.

Зоран Янкез прорычал им предложение садиться, и Кардель, расправив брюки, чтобы не помять складки, и вытянув одну ногу вдоль массивного стола, опустился на ягодицы и расслабился, но так, чтобы быть готовым вскочить в любой момент.

Иосип пристроился на тяжелом дубовом стуле, глядя во все глаза на двух самых могущественных людей его родины. С тех пор, как час назад его вытащили из постели, и до настоящего момента, он не понимал ничего из того, что ему говорили.

Зоран Янкез проскрипел:

– Я изучил ваше дело, товарищ. Я обратил внимание на то, что вы – сын Героя Народной Демократической Диктатуры Любо Пекича.

– Да, товарищ Янкез, – Иосип встал. Он нервно потер руки, но решил, что сунуть их в карманы будет неприлично.

Первый проворчал:

– Я хорошо знал Любо. Вы понимаете, что он был арестован еще до меня. Я не мог ему ничем помочь. Но, конечно, после того, как меня избрали Генеральным секретарем, он был реабилитирован и его имя вернули в число тех, кто верой и правдой служил государству. Но вы, разумеется, не станете держать камень за пазухой. Любо был посмертно удостоен звания Героя.