Чтение онлайн

Мужчине, конечно же, этих вопросов я задавать не стала. Оперлась на руку парня и, когда Лев Владимирович, отвернувшись, пошел по направлению к серевшему за пеленой снежинок зданию, практически повисла на Диме. Уже сильно прихрамывая, я шла за ними.

В здании было пусто, на первом этаже в холле свет горел тускло и только в гардеробе.

– Тебе надо в медпункт, так не пойдет, – шикнул мне на ухо Дима, и я согласилась, потому что, пока доковыляла, поняла, что ногу просто выворачивает.

– Вы пока располагайтесь здесь, – оглядел всех мужчина, – сейчас спустятся старосты и проводят вас по комнатам. А ты, пошли за мной, – поманил он меня рукой, и мне, только усевшейся на лавочку, пришлось подтянуться и встать на ноги.

– Давай, помогу, – Дима вмиг оказался рядом, подхватил под локоть, и мы пошли за мужчиной, который, не сбавляя шага, быстро следовал вглубь помещения.

Всю ночь я ворочалась с боку на бок, и даже таблетки обезболивающие не помогли. Ногу выворачивало из сустава, и стоны я душила в подушке, чтобы девчонкам не мешать. Только под утро удалось задремать, и то, видимо, оттого, что боль вымотала.

– Есения, – слышу сквозь сон незнакомый голос, – пора на уроки собираться.

Но я дергаю плечом и говорю, что сегодня я никуда не пойду, а про себя думаю, что до медпункта все же стоит добраться, потому как такой боли, как была ночью, я больше не выдержу.

Прихрамывая, держусь за стенку и вспоминаю маршрут, по которому мы вчера шли сюда с Димой. Как ни странно, но боль отпустила, вот только на ступню я полноценно не могла опереться, только на носок.

Четыре лестничных пролета показались пыткой. В здании было пусто, и шаги отдавались эхом по длинным коридорам. Как я поняла, сейчас в этой части интерната мало кто остался, и оттого здесь много пустующих комнат. Но стоило спуститься этажом ниже, как сразу произошла разительная перемена. Туда-сюда сновали подростки и дети поменьше. Казалось, они совсем не замечают меня, занятые своими проблемами.

Сбоку послышался громкий смех и девичий взвизг. Я глянула в ту сторону и в пару шагов оказалась в углу лестничной площадки.

– Вась, ты че, совсем полоумная? Зачем ее за косу так сильно дернула? Опять Лева придет разбираться, – девушка с длинными ресницами шла задом, всматриваясь в бесстрастное лицо красавицы, что глядела сквозь нее.

– Мне пофиг на него, Света, – пропела она, и стайка девушек свернула в проход, который вел на лестничную площадку.

Фух, у меня от волнения даже на лбу капли пота выступили. Все же какое-то внутреннее чутье подсказало, что нужно не попадаться этим девчонкам на пути.

– Да я про эту кукушку вообще не говорю, – не унималась Света, – мне надоело, что Лев постоянно нас дергает, – она надула губы и обвела лестницу поверхностным взглядом, будто ища кого-то.

Я только сильнее вжалась в стену.

– Значит, надо вернуться, Света, и пригрозить этой дряни, чтобы язык свой не распускала, – равнодушно сказала красавица, сверкая синими глазами. – Давай иди, Свет.

– Вась, я уже замучилась за тобой подтирать, правда! – зло кинула девушка и, сделав оборот, через ступеньку стала подниматься вверх.

Шаг, еще один, и ее взгляд скользит по мне, а я опускаю глаза. Ни к чему мне их внимание, отворачиваюсь и делаю шаг в направлении лестницы. Дыхание сперло. Что ж, видимо, здесь все намного жестче, чем у нас. Мы в своем детдоме сами руки не распускали и никому не позволяли этого делать. Мы там все большая семья, все помогаем и поддерживаем друг друга. Конечно же, и у нас бывали стычки, но все по делу, а не просто взять и ради забавы дернуть девчонку за волосы.

Услышала, как за спиной усилился девичий плач, и по сердцу будто ножом полоснуло. По голосу было ясно, что плакала мелкая девчонка. Спускаюсь медленно, чтобы не догнать компанию, и ниже на лицо капюшон толстовки надвигаю.

– Ты что, хромаешь? – неожиданно раздался за плечом голос Светы.

– Я, э… – заикаюсь от неожиданности я и поворачиваю голову к девушке.

– А, ты, видимо, новенькая, – заулыбалась она, – я тебя раньше не видела. Медпункт нужен? Хочешь от уроков откосить? – она сверкает серыми глазами и внимательно разглядывает меня.

– Да нет, я ногу подвернула вчера, – честно отвечаю ей, отметая ее предположение.

– А, ясно, ну, тогда тебе вниз по лестнице и направо, дойдешь до конца коридора, повернешь налево и чуть вперед пройдешь, там и будет Ильинична. Только ты поторопись, а то она любит соскакивать раньше времени, – проговорила она, а я за это время успела спуститься на следующий пролет. – Ну, давай, не хворай, – она махнула мне на прощание и ускорила шаг, нагоняя своих подружек.

Я громко вздохнула.

«Так, все закончилось хорошо, главное, больше с ними не встречаться», – подумала про себя и уже из коридора услышала смех красавицы, к которому присоединились еще несколько девичьих голосов. Щеки тут же залились румянцем. Почему-то я была уверена, что они смеются надо мой.

– Люба, что там было сегодня на уроках? Много задавали? – я встаю с постели в тот момент, когда девчонки заходят после занятий в комнату.

– Ой, да нет, Ясь, все, что здесь проходят, мы прошли уже, только по истории немного припоздали. Но по расписанию урок на следующей неделе будет, сейчас дам задание, – девушка полезла в рюкзак, а Нина, что стояла рядом, в нетерпении поглядывала на меня.

Я вопросительно вскинула брови.

– Рассказывай, что же там такого необыкновенного произошло, – присаживаюсь на стул в ожидании.

– Да нечего рассказывать. Ты же знаешь, какая Нинка падкая на смазливые морды, – за девушку ответила Люба в тот момент, как Нина открыла уже рот, чтобы выплеснуть эмоции.

– Ты маленькая ханжа, – она обиженно поджала губы и скрестила руки на груди.

– Ага, скажи еще, что монахиня, – хмыкнула Люба и бросила на стол дневник. – Но про него и говорить-то нечего, ты видела, какой он весь лощеный? И девка у него есть, скорее всего, так что не вижу смысла вообще говорить о таких, как он. Сразу видно, что богатенький пижон, – выплюнула она.

Я сидела и слушала с застывшей полуулыбкой на губах. Интересно стало, чем спор их закончится.

– Да от него фонило за целый километр туалетной водой, и шмотки ты видела, таких обычные парни не носят, – поставила она точку в своем монологе.