Чтение онлайн

Девушка пересекла холл и вошла в переднюю гостиную. Свежевыкрашенные желтоватые стены с яблочно-зеленой лепниной выглядели строго и элегантно, новые занавески из шелковой тафты слегка колыхались на легком ветерке, врывавшемся в открытые окна. Правда, мебель осталась прежней, старомодной, хотя-обивку на стульях и диванах сменили и в комнате пахло не плесенью, а лимонным маслом и воском. Темный налет больше не портал серебряные подсвечники, а большие напольные часы ходили — впервые на памяти Кит. Приветливое ритмичное тиканье должно било бы успокоить ее, но этого не случилось. Слишком хорошо выполняла Софрония свою работу. Кит чувствовала себя чужой в собственном доме.

Кейн смотрел вслед конюху, уводящему на конюшню Вандала, его нового гнедого жеребца. Неплохой конь, но Магнус просто на стену лез, когда Кейн избавился от Аполлона и купил Вандала. В отличие от Магнуса Кейн не позволял себе привязываться к своим лошадям. Он с детства был приучен бояться каких бы то ни было теплых чувств.

Направляясь к дому, он думал о том, сколько всего сделано за последние три года. Несмотря на трудности жизни, рядом с презиравшими его соседями, он ни разу не пожалел о решении продать дом в Нью-Йорке и переехать в «Райзен глори». У него был небольшой опыт выращивания хлопка в Техасе, еще до войны, да и Магнус вырос на хлопковой плантации. С помощью многочисленных сельскохозяйственных пособий они умудрились вырастить в прошлом году неплохой урожай. Кейн не претендовал на глубокую любовь к труду на земле, точно так же как не изводил сантиментов с животными, но ему нравилось подвергать себя испытаниям, в числе которых входила нелегкая задача возрождения «Райзен глори». Кейна особенно радовала постройка новой прядильни на северо-восточной границе плантации. Он вложил в нее все деньги и никогда еще со времен молодости не был так близок к разорению, но риск только подогревал кровь. Пока что на душе было легко и спокойно.

Он старательно вытирал ноги у черного хода, когда из двери вылетела Люси, горничная, недавно нанятая Софронией.

— Я не виновата, майор! Миз Софрония не сказала мне, что кто-то приедет, когда уходила повидать Магическую Женщину. Эта леди спросила вас, а потом без лишних слов уселась в гостиной, будто все ей нипочем!

— Она все еще там?

— Да. И это не все. Она привезла…

— Черт!

Только на прошлой неделе Кейн получил письмо с сообщением, что члены Общества защиты вдов и сирот Конфедерации приедут за пожертвованием. Респектабельные семьи в округе обычно игнорировали его, кроме тех случаев, когда нуждались в деньгах, — тогда они присылали очередную матрону с поджатыми губами. Та вплывала в комнату с надменным видом и, нервно поглядывая на хозяина, всеми силами пыталась облегчить его кошелек. Постепенно Кейн заподозрил, что благотворительные сборы — всего лишь удобный предлог посмотреть на логово преступного героя Мишинери-Ридж. Его ужасно забавляло, что эти же самые женщины пытались пресечь робкие попытки флирта со стороны своих дочерей всякий раз, когда Кейн появлялся в городе. Впрочем, кокетливые взгляды оставляли его равнодушным: он предпочитал более опытных женщин Чарльстона, которых изредка навещал.

Кейн вошел в дом и решительно зашагал к гостиной, не заботясь о том, что по-прежнему одет в табачного цвета брюки и белую рубашку, в которых целый день провел на полях. Будь он проклят, если станет переодеваться для разговора с очередной надоедливой ведьмой!

Он уже примерно знал, что увидит. Только на этот раз ошибся. Такого он не предполагал…

Незнакомка стояла у окна, глядя вдаль. Даже со спины было заметно, как хорошо она одета — необычное явление для здешних мест. Заслышав шаги, она обернулась. Плотный шелк юбки едва слышно зашуршал.

У Кейна захватило дух.

Она была самим совершенством.

Изысканная. Утонченная. Изящная.

Дорожный костюм цвета голубиного крыла был отделан розовой каймой. Водопад светло-серого кружева лился с высокого ворота на упругую округлую грудь. Небольшая шляпка того же оттенка, что и отделка, ловко сидела на чернильно-темных волосах. Кончик короткого серого пера свешивался с полей на лоб.

Лицо было скрыто черной вуалью, легкой, как паутинка. Крохотные сверкающие гагатовые мушки льнули к тонкой сетке, так что ясно видны были только влажные красные губы и пара гагатовых же сережек.

Он ее раньше не знал, иначе запомнил бы столь необычное создание. Должно быть, одна из соседских дочек, которых так старательно от него прятали.

Она оставалась совершенно спокойной под его открыто оценивающим взглядом. Спокойной и самоуверенной. Какое же несчастье заставило родителей послать такой лакомый кусочек прямо в пасть нечестивого янки?!

Он впился глазами в спелую ягоду ее рта. Прекрасная и интригующая. Ее родителям следовало бы держать дочь под замком.

Пока Кейн изучал ее, Кит под прикрытием вуали разглядывала его. Прошло три года. Она стала старше и смотрит на него теперь глазами взрослой женщины. К сожалению, увиденное мало ее утешило. Он просто возмутительно красив, куда красивее, чем она помнила. Солнце покрыло бронзовым загаром его лицо и выбелило жесткие рыжеватые пряди. Более темные волосы на висках придавали ему грубоватый вид человека, подолгу бывающего на свежем воздухе. Он не успел переодеться, и вид его мышц, играющих на руках и плечах, странно взволновал ее. Белая рубашка натянулась на могучей груди, рукава были закатаны, обнажая загорелые широкие запястья. Узкие брюки льнули к сильным бедрам.

Просторная комната внезапно стала тесной. Даже не двигаясь, он словно излучал опасность и мощь. Почему она умудрилась забыть об этом? Какой странный механизм самозащиты заставил ее низвести его в мыслях до уровня обыкновенных мужчин? Больше она эту ошибку не повторит.

Кейн всеми фибрами своего существа ощущал ее взгляд. Похоже, она не собиралась заговаривать первой, и такая сдержанность невольно интриговала. Интересно, до каких пределов дойдет ее самонадеянность?

— Вы хотели видеть меня? — намеренно резко осведомился он.

Кит едва не засмеялась от восторга. Ну вот, можно радоваться, он ее не узнал! Шляпка с вуалью дала ей преимущество перед ним, пусть и небольшое. Конечно, маскарад долго не продлится, но пока она получила возможность оценить своего противника глазами не восемнадцатилетней девочки, знающей одновременно слишком много и слишком мало, а взрослой, поумневшей женщины.

— Очень милая комната, — холодно обронила она.

— У меня прекрасная экономка.

— Вам повезло.

— Согласен.

Он шагнул в комнату легкой скользящей походкой человека, который большую часть времени проводит в седле.

— Обычно она принимает нежданных гостей, но на этот раз ушла по делу.

Интересно, за кого он ее принимает?

— Она пошла к Магической Женщине.

— К Магической Женщине?!

— К той, которая напускает порчу, делает амулеты и предсказывает будущее, — пояснила Кит. Подумать только, после трех лет жизни в «Райзен глори» он даже этого не знает! Разве одно это не доказывает, что ему здесь не место?! — Она заболела, и Софрония решила ее проведать.

— Вы знакомы с Софронией?

— Разумеется.

— Значит, живете поблизости?

Незнакомка кивнула, но не снизошла до более подробных объяснений. Кейн показал на стул.

— Вы не сообщили Люси своего имени.

— Люси? Имеете в виду горничную?

— Вижу, вы не всех здесь знаете.

Пройдя мимо стула, она приблизилась к камину и намеренно повернулась спиной к Кейну. Он заметил, что походка у нее более размашистая, чем у большинства женщин. Кроме того, она не пыталась принять какую-то особенную позу, чтобы показать свой модный наряд и фигуру в самом выгодном свете. Похоже, она не испытывает благоговейного трепета перед покроем и тканью и, надев с утра первое попавшееся платье и застегнув пуговицы, мгновенно забывает о своей внешности.