Чтение онлайн

Девушка поймала одеяло и стиснула его в руках. Она буквально пригвоздила Райдера к месту горящим взглядом, однако предпочла держать свои мысли при себе, предоставив своему мучителю толковать выражение на ее лице, как ему будет угодно.

Райдер развалился в кресле, скрестив длинные ноги, в то время как Мэри возилась с одеялом. Ему все еще оставались видны ее головка и ноги до колен, но он не утруждал себя наблюдением за пленницей. Вместо этого он откинулся поудобнее на спинку кресла и запрокинул голову.

Раздеваясь, девушка украдкой наблюдала за Райдером. Нет, он не издевался над нею. Его губы не кривились от усмешки, а взгляд серых глаз оставался серьезным. И очень усталым. Это открытие повернуло ее мысли в совершенно неожиданную и нежеланную сторону. Не хватало только раскиснуть от жалости к своему тюремщику! Однако Мэри ничего не могла с этим поделать…

— Я закончила, — сказала она.

— Ложитесь, — велел он. — Я сейчас тоже лягу.

Девушка нерешительно уселась на край кровати, пока Райдер возился с одеждой. Ключей от сундука у него не было, однако он с успехом заменил замок, поставив на крышку ящик с порохом. Мэри заметила, каких усилий стоило этому далеко не слабому мужчине сдвинуть ящик с места, и поняла, что не сможет сделать то же самое — по крайней мере быстро и бесшумно.

Тем временем Райдер задул одну из горевших ламп, а вторую поставил над изголовьем.

— Я велел вам ложиться.

— Вы собираетесь снова привязать меня? — шепнула Мэри, мышкой скользнув под одеяло.

— Это же не сработало в первый раз, — ответил он, устраиваясь рядом. — Вот почему теперь вы остались раздетой. — С этими словами он повернулся на бок, обнял Мэри за талию и привлек к себе. Он почувствовал, как участилось ее дыхание от испуга, и прошептал в самое ухо:

— Попытаетесь бежать снова, я отберу у вас и одеяло.

— Если поймаете.

— Я непременно поймаю вас, Мэри, — поспешил заверить ее он. — Я всегда вас поймаю.

Засыпая, Мэри все еще гадала, отчего в последней фразе ей послышалась не столько угроза, сколько обещание.

Проснувшись, Райдер позволил Мэри одеться. Так повторялось изо дня в день с изматывающим однообразием. Здесь, под землей, не существовало ни дня, ни ночи. Они ложились спать, когда уставали, и поднимались, когда считали себя отдохнувшими. В тех случаях, когда их внутренние часы работали вразнобой, Мэри была вынуждена подчиняться желаниям Райдера. Как только ему казалось, что пора спать, она должна была раздеться и улечься рядом с ним. Прежде чем заснуть, он никогда не забывал спрятать ее одежду в сундук и обнять одной рукой за талию.

Мэри безуспешно твердила себе, что должна работать над собой и не засыпать, когда прикажут и где прикажут. Она безропотно принимала руку, обвивавшуюся вокруг ее талии, и это было удобно и приятно. И через некоторое время она, пожалуй, даже стала с нетерпением дожидаться прикосновения этой руки — хотя и не желала признаваться в этом самой себе.

Чтобы время тянулось не так томительно, пленница много читала. Райдер часто исчезал на несколько часов, однако Мэри не пыталась его выследить. Они непременно столкнулись бы на обратном пути — ведь из пещеры был только один выход. Конечно, она завидовала Райдеру, имеющему возможность наслаждаться солнечным теплом и звездным сиянием, но ни разу не сподобилась получить приглашение на прогулку. А унижаться до просьбы, на которую запросто можно было получить отказ, она не желала.

Мэри полагала, что Райдер выходит наружу, дабы следить за действиями поисковых партий и обеспечивать безопасность их укрытия, хотя сам разведчик ни разу не соизволил поделиться с ней последними новостями. А расспрашивать самой Мэри не позволяла все та же гордость. Райдер никогда не возвращался в пещеру с пустыми руками. Всякий раз он клал ей на колени какой-нибудь небольшой подарок. Девушка сидела, уткнувшись в книгу и стараясь делать вид, что ей безразличны знаки его внимания, но это у нее плохо получалось. Один раз он принес горсть лесных орехов, другой — сладкую дикую вишню. А потом — кусочек самородной бирюзы, отполированной в гладкий овал, величиной в человеческий ноготь. Когда Мэри убеждалась, что Райдер на нее не смотрит, она вынимала бирюзу и любовалась ею, пытаясь разобраться в странном поведении своего тюремщика.

Он позволил пленнице участвовать в экспедициях в дальние части пещеры. Вообще в его присутствии она вольна была гулять по туннелям, ведущим в глубину гор. Мэри часто ходила напиться прямо из источника, в котором они брали свежую воду. Райдер показал ей укромную пещеру, отвечавшую многократным эхом на малейшие шорохи. Отважно подобрав юбки, юная пленница ловко карабкалась по камням в гвете высоко поднятой Райдером лампы.

Ее держали в каком-то странном заточении. Здесь не было ни решеток, ни цепей, и в то же время она чувствовала себя еще более отрезанной от мира, чем в монастыре. Иной раз, проснувшись, она обнаруживала вдруг, что ей трудно дышать в этом плену.

Примерно такое же ощущение испытала Мэри и сейчас — но уже по иной причине. Сильная рука Райдера прижала к ее нежной коже грубое сукно одеяла.

— Что случилось? — спросил он.

Вопрос оказался неожиданным. По какому-то нерушимому, хотя и молчаливому, соглашению, ложась в постель, они почти не говорили друг с другом. Им казалось, что в этой ситуации разговор становится более интимным и откровенным. Так что лучше было оставлять его на потом, до того г момента, когда их внутренние сторожа бодрствовали и были начеку. Мэри молча следила за игрой теней на каменных стенах и не знала, что ответить.

Как обычно, она не могла успокоиться, лежа рядом с Райдером. Тот приподнялся на локте и заглянул ей в лицо. Широко распахнутые глаза были устремлены куда-то в пространство.

— Ваше сердце колотится, как у пойманного кролика.

— Подождите минуту, — прошептала она. — Это пройдет.

Райдер оторвал руку от ее талии. Его пальцы легко, едва заметно коснулись ее лба и щек, отчего те мгновенно залились краской.

«Он не должен меня трогать, — думала Мэри. — Это нечестно».

Она заговорила, ибо слова в эту минуту казались менее опасными, чем прикосновения.

— Сколько мы уже здесь пробыли? — спросила она.

Пальцы Райдера соскользнули с ее щеки, слегка задели шелковистые волосы и переместились на бедро. У Мэри перехватило дыхание, однако она не решилась попросить Райдера убрать руку. Судя по всему, он даже не обратил на это внимания.

— Так сколько? — повторила Мэри.

— Двенадцать дней.

— Так долго, — прошептала она скорее себе, чем ему. — Значит, Рождество уже миновало. Вы это знаете?

Конечно, знал. Ведь он принес ей в подарок бирюзу.