Чтение онлайн

С. 421. Тогда Мережковские Блока // Считали за подлеца. — В 1918 г., после выхода в свет статьи А. Блока «Интеллигенция и революция», а вслед за ней поэмы «Двенадцать», Мережковские — Зинаида Николаевна Гиппиус (1869–1945) и ее муж Дмитрий Сергеевич Мережковский (1866–1941), — занимавшие откровенно контрреволюционную позицию) возглавили кампанию бойкота и травли Блока. 22 января 1918 г. Блок отметил в записной книжке: «Звонил Есенин, рассказывал о вчерашнем „утре России“ в Тенишевском зале. Гизетти и толпа кричали по адресу его, А. Белого и моему: „изменники“. Не подают руки. Кадеты и Мережковские злятся на меня страшно. Статья «искренняя, но „нельзя“ простить». — Господа, вы никогда не знали России и никогда ее не любили! Правда глаза колет» (Блок А. Записные книжки. 1901–1920. М., 1965, с. 385). Первое печатное выступление Гиппиус против художественной интеллигенции, вставшей на сторону Октября, состоялось в начале апреля. 10 апреля в вечерней газете «Новые ведомости» (Пг., 1918, № 43) за подписью Антон Крайний (один из псевдонимов Гиппиус, который был в то время широко известен в литературных кругах) был опубликован литературный фельетон под названием «Люди и нелюди», в котором она писала о Блоке, Есенине и А. Бенуа: «Они не ответственны. Они — не люди». По поводу этого фельетона Блок написал 13 апреля: «…З. Н. Гиппиус меня и за человека не считает (см. вечернюю биржевку 10 апреля)» (Блок А. Записные книжки, с. 399).

С. 422. И я с ним бродя по Галерной… — Галерная ул. в Петрограде упомянута в черновике неслучайно, она дорога Есенину по многим причинам. На Галерной, 40 находилась редакция известной по всей России газеты «Биржевые ведомости» (СПб., 1880–1917), где публиковали свои произведения Блок и Есенин, где Есенин встречался с сотрудниками «Биржевых ведомостей» и других изданий, находящихся там же (см. в письме к Иванову-Разумнику от мая 1921 г.: «Помните, я Вам кой-что об этом говорил еще на Галерной, 40?»). В редакции «Биржевых ведомостей» работал друг Есенина М. П. Мурашев (о Мурашеве см. т. 4 наст. изд., с. 129–130, 383–384). Ранее в доме № 41 по Галерной улице жил Блок. Дом № 53 по Галерной — известный пушкинский адрес (Дитц В. Ф. Есенин в Петрограде — Ленинграде. Л., 1990, с. 17–19).

С. 422–423. «Скотом» тогда некий писака // [Назвал] [Окликал] Озвал всю [сермяжную Русь] [мужицкую Русь] мужицкую голь. — Ср. в «Железном Миргороде»: «Народ наш мне показался именно тем 150 000 000-ым рогатым скотом, о котором писал когда-то в „Летописи“ Горького некий Тальников» (см. т. 5, с. 407 наст. изд., где названы следующие источники: заглавие поэмы Маяковского «150 000 000», эссе М. Горького «О русском крестьянстве» (Берлин, 1922) и статья Д. Тальникова «При свете культуры (Чехов, Бунин, С. Подъячев, Ив. Вольнов)» — журн. «Летопись», Пг., 1916, № 1, янв., с. 275–299).

В поэме эта инвектива имеет более широкий смысл. Один из ее источников — слова И. Бунина из стихотворения «22 декабря 1918 г.»: «Смири скота, низвергни демагога», которые были откомментированы Г. Ф. Устиновым в статье «Литература и революция», содержавшей высокую оценку есенинского «Пугачева»: «„Скот“ — это, конечно, русский крестьянин, „демагог“ — разумеется, пролетариат и его вожди.

Что писали про Советскую Россию Куприн, Гиппиус, Мережковский и все остальные русские писатели, бежавшие от пролетарской революции за границу вместе со своими поклонниками и содержателями из лагеря капиталистов и помещиков, — теперь мы можем прочитать в их газетах. Все они, эти русские писатели, блестяще доказали, насколько „аполитично“ искусство и насколько оно стоит вне классовой борьбы… И было бы незаконно, было бы прямо противоестественно, если все это было бы иначе» (журн. «Вестник работников искусств». М., 1921, № 10–11, с. 25).

Черный человек (с. 188) — журн. «Новый мир», М, 1926, кн. 1, янв., с. 5–9; Красная газ. Веч. вып., Л., 1926, 26 янв., № 23, ст. 1-26, 103–110, 127–158; Бак. раб., 1926, 29 янв., № 25.

Печатается по наб. экз. (список, выполненный С. А. Толстой-Есениной) с учетом авторских интонационных знаков препинания, выявленных при сопоставлении автографа и имеющихся списков I–VI. Написание «чорный» не сохраняется (так же, как в словах «чорт», «Пугачов» и др.).

В наб. экз. имеется исправление в ст. 10: вместо «ноги» — «ночи», воспроизведенное в гранках Собр. ст. Это исправление в текст не вносится, так как неизвестно, кем оно сделано. В т. 3 Собр. ст. было напечатано «ноги», что соответствует беловому автографу (см. об этом ниже).

Известно восемь рукописных источников поэмы.

Черновой автограф одной из редакций заключительной части текста (ГЛМ), ст. 101–126, 143–158, начиная со слов «Приподняв свой цилиндр…», без заглавия, подписи и даты — на двух непронумерованных листках, представляющих собой неровно разорванный пополам лист двойного формата.

Судя по почерку, сначала отработаны ст. 101–112 на первом листке и 143–158 на втором, затем они дополнены ст. 113–126, вписанными на первом листке.

Беловой автограф с авторской правкой, без даты (РГАЛИ) выполнен карандашом. На последнем листе помета рукой С. А. Толстой-Есениной, сделанная чернилами: «Записано и закончено 12 и 13 ноября 1925 г. Москва». Первоначально текст поэмы был разделен на две части: после десятой строфы проставлена отбивка звездочками, которая затем зачеркнута вместе с одиннадцатой строфой — «Друг мой, друг мой, // Я знаю, что это бред…» (см. с. 432 наст. т.).

Исправления в ст. 131–132 «Жил мальчик // В простой крестьянской семье…» сделаны, вероятно, после записи всего текста. Тогда же на полях против шестой и после семнадцатой строф проставлены галочки, которыми автор указал намеченные им дальнейшие изменения текста, зафиксированные в списках, выполненных С. А. Толстой-Есениной.

Известно шесть списков поэмы, выполненных С. А. Толстой-Есениной. Три списка (I, II, VI) на нелинованной бумаге являются рабочими. Три других списка (III, IV, V) на линованной бумаге предназначались для печати. По наличию изменений текста, пунктуации, пометам, форме записи, палеографическим особенностям (в т. ч. сорту и формату бумаги) можно судить о последовательности их исполнения, что и легло в основу их нумерации, принятой в наст. изд.

Список I (ГЛМ) не датирован. На первой странице — помета С. А. Толстой-Есениной: «Переписано с первоначального черновика. Исправления (вставка и слитье строк) сделаны по приказанью Сергея. С. Е.» Эта помета проясняет изменения, внесенные в текст (появление одиннадцатой и восемнадцатой строф, возвращение к первоначальному варианту в ст. 131–132, объединение ст. 3 и 63, разделенных в автографе на полустишия, и окончательное графическое оформление композиции — строки точек после десятой и девятнадцатой строф).

Список II (ГЛМ) не датирован. Хранится в обложке из листа двойного формата с надписью С. А. Толстой-Есениной:

«Переписанные разными лицами:

1) Письмо Горькому

2) „Чорный человек“

3) „Такая ночь. Я не могу“

4) „Не гляди на меня с упреком“

5) „Ты меня не любишь“

6) „С головы упал мой первый волос“

7) Надпись на книге „Голубень“ Герасимову».

Позиции 1, 6, 7 зачеркнуты, 2, 3, 4, 5, 6 — взяты в скобку и помечены С. А. Толстой-Есениной: «Было проверено С. А. Есениным». В папке сохранился лишь список «Черного человека».

В тексте сделана одна поправка, которая была и в первом списке — объединение («слитье») ст. 3. В одиннадцатой строфе — рефрене первой — аналогичная поправка отсутствует (в автографе этой строфы не было).

Список II имеет помету карандашом на обороте последнего листа рукой С. А. Толстой-Есениной: «Из архива С. А. Есенина от Екатерины Александровны Есениной, 28 XII-29».

Списки III, IV и V предназначались для трех изданий: Бак. раб. (ныне собрание Ю. А. Паркаева), Собр. ст. (наб. экз., ГЛМ) и журн. «Новый мир» (ИМЛИ); выполнены вслед за списком II.