Чтение онлайн

В результате всего этого — отрыв ряда партийных и профессиональных организаций от широких масс рабочего класса и конфликты на предприятиях. Известно, что недавние конфликты, разыгравшиеся в текстильном районе, вскрыли наличие всех этих язв в целом ряде наших партийных и профессиональных организаций.

Таковы характерные черты пятой трудности на путях нашего строительства.

Для того, чтобы преодолеть эти трудности, необходимо, прежде всего, добиться того, чтобы освободить наши партийные и профессиональные организации от явно бюрократических элементов, приступить к обновлению состава фабзавкомов, обязательно оживить производственные совещания, перенести центр тяжести партийной работы на крупные производственные ячейки и снабдить их лучшими партийными работниками.

Побольше внимания и вдумчивости к запросам и нуждам рабочего класса, поменьше бюрократического формализма в практике наших партийно-профессиональных организаций, побольше чуткости и отзывчивости к чувству классового достоинства рабочего класса — такова теперь задача.

Так обстоит дело с десятым вопросом.

“Правда” №№ 139, 141, 142 и 145, 21, 24, 25 и 28 июня 1925 г.

Свердловский университет является одним из наиболее мощных орудий в деле выработки командного состава партии по руководству массами.

За годы своего существования Свердловский университет успел уже дать партии целые отряды активных работников, действующих на всех фронтах социалистического строительства.

Ныне Университет вновь передает на работу партии отряд в 214 студентов, — в большинстве своем рабочих.

Для того, чтобы предстоящая работа этого отряда была плодотворной при сложных задачах строительства, стоящих перед партией, — необходимо, чтобы отряд этот помнил о некоторых новых обстоятельствах в нашей обстановке, имеющих в данный момент решающее значение.

Что это за обстоятельства?

Это, во-первых, тот факт, что основные классы нашей страны, пролетариат и крестьянство, существенно изменились за последнее время, стали более активными и в политическом и в хозяйственном отношении, ввиду чего и требуют к себе нового подхода со стороны партии. Деклассированного рабочего класса уже нет больше у нас, — теперь это вполне сложившийся и полнокровный класс пролетариев, культурно и политически выросший и требующий ввиду этого со стороны партии более гибкого и более обдуманного руководства. То же самое можно сказать о крестьянстве. Это уже не старое крестьянство, загнанное старыми скорпионами и объятое страхом потери бывшей помещичьей земли, или пришибленное рогатками продразверстки. Это новое крестьянство, культурно выросшее, забывшее уже про помещика и продразверстку, требующее дешевых товаров и высоких цен на хлеб и умеющее использовать до дна лозунг партии об оживлении Советов. Максимальная гибкость в отношении нынешнего крестьянства, — вот что требуется теперь от партии. Завоевать вновь крестьянство на сторону пролетариата, — в этом теперь задача партии.

Это, во-вторых, то обстоятельство, что в целом ряде районов середняк оказался в блоке с кулаком. Это основной факт, о котором нельзя забывать ни на одну минуту. Диктатура пролетариата, с точки зрения союза рабочих и крестьян, есть руководство крестьянством со стороны пролетариата. А что значит руководить крестьянством? Это значит восстановить полностью доверие основной массы крестьянства к рабочему классу и его партии. Без такого доверия нет пролетарского руководства, без такого руководства нет диктатуры пролетариата. Поэтому вести работу по линии восстановления полного доверия основной массы крестьянства к рабочему классу, — в этом задача партии и партийных работников.

Это, в-третьих, то обстоятельство, что в последнее время наши партийные работники из-за лозунга “лицом к деревне” стали помаленьку забывать о рабочих, упустили из виду, что, оборачиваясь лицом к деревне, мы не можем стать спиной к городу и, прежде всего, к пролетариату. Это тоже новый факт, о котором нельзя забывать ни на одну минуту. Следует помнить, что за последнее время у рабочего класса особенно развилось и усилилось чувство силы и чувство своего достоинства. Это есть возросшее чувство хозяина у класса, представляющего в нашей стране господствующий класс. Это, товарищи, величайшее достижение во всей нашей работе, ибо рабочий класс, чувствующий себя не только классом работающим, но и классом управляющим, — такой класс способен на чудеса. Но из этого следует, что кто из коммунистов не считается в своей работе с этим чувством хозяина у класса пролетариев, тот ничего не понял в новой обстановке, тот, строго говоря, не коммунист, тот наверняка должен сломить себе шею. Поэтому, говори о лозунге “лицом к деревне”, надо вместе с тем помнить о том, что основным классом, призванным провести этот лозунг, является рабочий класс, что лозунг этот можно провести в жизнь лишь постольку, поскольку рабочий класс становится действительно руководящей силой в стране. Вот почему очередная задача партии состоит в том, чтобы наши партийные работники на местах поняли, наконец, абсолютную необходимость самого внимательного и самого вдумчивого отношения ко всем без исключения запросам рабочего класса, как материальным, так и культурным.

Задача вашего отряда выпускников состоит в том, чтобы учесть все эти обстоятельства в своей работе на местах.

Я не сомневаюсь, что вы сумеете выполнить эту задачу.

Позвольте пожелать вам полного успеха в предстоящей работе.

С коммунистическим приветом

И. Сталин

“Правда” № 132, 13 июня 1925 г.

Можно лишь приветствовать, что Семич теперь, после проделанной дискуссии в югославской комиссии, присоединяется в своей статье целиком и полностью к позиции делегации РКП(б) в Коминтерне, но было бы неправильно думать, на этом основании, что между делегацией РКП(б), с одной стороны, и Семичем — с другой, не было разногласий до дискуссии или во время дискуссии в югославской комиссии. Семич склонен, по-видимому, так именно думать о разногласиях по национальному вопросу, стараясь свести их к недоразумениям. Но он, к сожалению, глубоко ошибается. Он утверждает в своей статье, что полемика с ним основана на “ряде недоразумений”, вызванных “одной, не полностью переведенной”, его речью в югославской комиссии. Иначе говоря, выходит, что виноват тут стрелочник, почему-то переведший речь Семича не полностью. Я вынужден заявить, в интересах истины, что это утверждение Семича совершенно не соответствует действительности. Было бы, конечно, лучше, если бы Семич подкрепил это свое заявление цитатами из своей речи в югославской комиссии, хранящейся в архиве Коминтерна. Но он этого не сделал почему-то. Ввиду этого я вынужден проделать за Семича эту, не очень приятную, но совершенно необходимую процедуру.

Это тем более необходимо, что неясностей в нынешней позиции Семича даже теперь, когда он целиком солидаризуется с позицией делегации РКП(б), осталось все-таки немало.

Я говорил в своей речи на югославской комиссии (см. “Большевик” [43] № 7) (см. настоящий том, стр. 69–76. — Ред.) о разногласиях по трем вопросам: 1) по вопросу о путях разрешения национального вопроса, 2) по вопросу о внутреннем социальном содержании национального движения в данную историческую эпоху и 3) по вопросу о роли международного момента в национальном вопросе.

По первому вопросу я утверждал, что Семич “не вполне уяснил себе основную суть постановки национального вопроса у большевиков”, что он отрывает национальный вопрос от общего вопроса о революции, что он становится, таким образом, на путь, сводящий национальный вопрос к вопросу конституционному.

Верно ли все это?

Читайте следующие места из речи Семича в югославской комиссии (30 марта 1925 г.) и судите сами: