Чтение онлайн

Я тут уже три недели, еще неделя, и все — начинается новая официальная миссия.

С огромным нежеланием собираюсь выйти в город. Неудача — тоже результат, о котором нужно сообщить начальству. Неприятная процедура, выматывающая, как и сами провалы. Связываться с шефом в мотеле по меньшей мере глупо, так как наверняка тут все основательно накрыто средствами слежения. Да и невежливо обсуждать убийство человека, прекрасно зная, что он слышит каждое твое слово.

Выезжаю в центр города, на всякий случай полностью меняю одежду и только потом связываюсь с боссом. Терминал отвечает практически сразу же, отражая знакомую недовольную физиономию.

— Провал? — приветствует меня шеф.

Остается только кивнуть и сделать скорбный вид лица.

— Ладно. — Лич на минуту задумывается. Его лицо застывает безжизненной маской, правдиво отражая его внутреннюю сущность. В диалогах со мной немертвый уже не старается маскировать свою природу. — Попробуй просто выгнать его из башни, хотя бы на пару дней. Остальное доделают за тебя.

— Могу взорвать ядерный фугас рядом с его домом, — мрачно отшучиваюсь. Такая возможность действительно есть, но фразу произношу, только чтобы разрядить напряженную обстановку.

— Хм, — к моему ужасу, босс воспринимает предложение всерьез и вновь замирает, обдумывая, — заманчиво, но нет.

Уф, от сердца прямо-таки отлегло! Впредь надо быть осторожнее со словами и четко представлять, с кем говорю.

— Осталась неделя? — уточняю.

— Дней десять. До связи, — прощается собеседник и отключается.

Вот и поговорили. В унынии еду через весь город обратно. На этот раз выбираю один из регулярных автобусов, что ходят через китайский квартал. Путь занимает два часа, в течение которых бездумно рассматриваю панораму огромного города. Где-то там вдалеке отчетливо видны ромбы ливней, согласно графику обходящих город.

На каждый небоскреб реагирую по-новому, сразу же представляя себе логово очередного мага, это уже какая-то профессиональная деформация.

После двух часов тишины в голове остается довольно простая мысль-вопрос: что может быть сильнее мага в месте его предельной мощи и защищенности?

Делаю очередной шаг по направлению к своему жилью, взгляд равнодушно наталкивается на щит-объявление — и тут меня озаряет!

На аэротакси стрелой несусь обратно в город, перелетая от здания к зданию, провожу десятки бесед, но все равно не успеваю за один день.

Трое суток занимает реализация плана, но под конец я уже уверен — все получится. На этот раз беру себе приличный номер в центре и отключаюсь. Организм влетает в объятия сна, словно ныряльщик в воду. Семьдесят два часа на ногах — не шутка, но результат стоит того. Кого-то ждет очень неприятный сюрприз…

Хозяин единственного высотного здания в квартале удивленно рассматривал пластиковый прямоугольник с текстом. Таким взглядом вполне мог быть удостоен инопланетянин, внезапно заговоривший пес, честный чиновник, но никак не листок с эмблемой города в шапке. Ладно бы в тексте завещалось крупное состояние или было отражено иное приятное событие, так нет же! Впервые за десятки лет хранитель традиций, а по совместительству — главный ликвидатор Синдиката, почувствовал себя беспомощным. Армии, флот, боевые дроны, безумные архимаги — все это было привычным и преодолимым. За безумно долгую жизнь всего этого хватало, но никогда раньше сильнейшего в круге не пытались вышвырнуть из его дома столь бесцеремонно. Официальное письмо администрации Лондон-сити сообщало домовладельцу, что в связи со строительством многофункционального центра его дом будет снесен. Компенсация рыночной стоимости здания и возмещения морального вреда уже перечислена на расчетный счет. Работы по демонтажу сооружений начнутся через восемь часов, в течение которых рекомендовалось съехать и забрать свои вещи. Последний абзац желал приятного дня. Да уж, приятный будет денек. Пластик в руках Мито оплавился и закапал на мраморный пол, маг был в ярости.

Что делать? Разорвать роботов-строителей? Пришлют новых и выставят счет. Держать оборону? Подключат войска, все выльется в открытый конфликт, и в итоге — башню все равно придется покинуть. Опротестовать письмо? Да уже, запрос в юридическую службу отправлен по получении письма, но искины-юристы дают негативный прогноз. Земля в городе принадлежит государству, а сам маг владеет лишь каменной коробкой над ней. Подкупить? Легко и эффективно, дайте месяц, а лучше два, и гору денег. С деньгами все просто, а вот времени нет совсем.

Мито обвел вид из окна глазами, словно высматривая противника. Впрочем, не стоило гадать, потрепанное здание мотеля напротив башни было идеальной обзорной точкой для его убийц, так что именно там они и обретались. А ведь все было просто замечательно! Всем недоброжелателям вывешивалась жирная мишень — два кибера с внешностью Мито и его помощника, играющих в го. Врагам давалась точка для нанесения удара — мотель. И этих двух пунктов хватало, чтобы девяносто процентов наймитов атаковали самую защищенную точку в здании. Те, кто поумнее, также не добивались своего, но все они, абсолютно все, попадали в список Мито. Зачем убивать противника сразу? Куда проще запомнить его, проследить его действия, зафиксировать связи и аккуратно сложить материал в папочку. А там придет день, когда тот или иной соперник сильно провинится, и подготовленная папочка послужит ему надгробием. Так было уже неоднократно, так будет всегда. Не для этого Мито собирал Синдикат, чтобы дорвавшиеся до власти тщеславные ублюдки разрушили его труд.

— Всех закопаем, — прошипел Мито, возвращаясь мыслями к реальности, — а начнем мы с виновника сегодняшнего торжества.

Мито вывел на экран терминала информацию, которую добыли консультанты по ситуации с домом. Всю операцию провернул один человек, что, с одной стороны, было достойно уважения, а с другой — максимально упрощало возмездие. Агенты уже выехали к гостинице за телом.

Мито телепортировался в сад перед небоскребом и с тоской в последний раз оглядел плод многолетнего труда. Руки начали неторопливый танец, пальцы ежесекундно складывались в причудливые узоры, оставляя за собой еле видимый оранжевый след. Под тихую мантру на мертвом языке языки пламени начали прожигать в траве, земле, асфальте и камне вокруг башни монструозную центумграмму. Наконец, последние слова сорвались с губ Мито. Лепестки желтого, алого и белого пламени, словно молодой цветочный бутон, моментально объяли башню и сплелись друг с другом, а затем так же стремительно опали. Через несколько мгновений ветер унес огромный столб пепла, что еще недавно был цитаделью мага. Мито опечаленно вздохнул. Свою обитель он не отдал, но толика уважения к нему будет безвозвратно утеряна. Хотя… может, страшная месть отрезвит насмешников?

Мир кружится перед глазами, металл врезается в руки и ноги, каждый шорох отзывается звоном в ушах, глаза болят от яркого света, бьющего по нервам через закрытые веки. Не лучшее пробуждение — впрочем, как и вчера. Когда-то давным-давно, может быть месяц, может год назад, я умер. Заснул в мягкой кровати фешенебельного люкса и проснулся в аду холодной бетонной коробки. В первый день никто так и не пришел, что позволило мне осмотреть себя, проверить надежность креплений и оглядеться.

Мое тело оказалось прикованным к металлическому стулу, одежды не было. В спину впивались асимметричные прутья палаческого кресла. Кроме меня — никого. В ярком свете прожектора сложно было определить размер помещения. Комната вне яркого круга света иногда казалась бесконечным черным залом без конца и края, но порою будто сжималась до площади в несколько квадратных метров — так разнообразно слышалось эхо моих криков. Никто не приходил, не требовал ответа. Я был уверен в огромном числе видеокамер и звукозаписывающей аппаратуры, но меня будто забыли. Любые мои слова, обещания, мольбы оставались без ответа. Я придумывал диалоги со своим пленителем, обыгрывал развитие беседы, ежечасно пытаясь дозваться до него. Вскоре пришло осознание собственной смерти и смирение. Все подчинялось твердой логике — нейросети нет, голода нет, но есть бесконечная боль в затекших суставах, иглами разбегающаяся от любого движения, прожигающий яркий свет и одиночество. Организм на автомате борется, двигая то одной мышцей, то другой, не давая телу омертветь от неподвижности.