Чтение онлайн

— Кое-кто пошел бы за мной. Те, кто воевал со мной в Иберии, кто знает меня много лет. Но большинство — нет. А Карфаген всегда готов к встрече победоносных генералов, возвращающихся, чтобы сбросить короля-калифа.

— Могла бы попробовать! — Аш усмехнулась самой себе и горестно тряхнула головой. — Ладно, намек поняла. Но если бы ты уничтожила каменного голема, мне бы не пришлось теперь мучаться, гадая, следует ли убить собственную сестру.

— Нельзя убивать! — сердито вскинулась Аделиза. Аш удивленно опустила взгляд. Виоланта сидела рядом с матерью, обнимая ее и, по-видимому, нашептывая на ухо перевод беседы; полоумная женщина погрозила пальцем Аш, потом Фарис.

— Нельзя убивать! — повторила она.

Аш вздрогнула от физической боли в груди, подумала:

«Что-то у меня неладно с сердцем». Руки, сжатые в кулаки, невольно прижались к пластине нагрудника, словно это могло облегчить боль. Снова толчок острой, сосущей боли.

Она нагнулась и потрепала Виоланту по голове. Девочка отшатнулась. Аш погладила руку Аделизы и, спотыкаясь, вышла из комнаты, нырнула под притолоку, прошагала мимо тощего монаха, молча прошла сквозь эскорт, ожидавший во дворе, молча дошла до дворца и прошла в покои герцогини.

— Мне нужно повидать Флориан.

Яркие как бусины глазки Джин Шалон блеснули из-за резной дубовой двери.

— Она нездорова. Не принимает.

— Меня примет. — Аш уперлась в резное дерево стальным локтем. — Или вы рассчитываете меня остановить?

Тильда, одна из фрейлин, выглянула из-за плеча Джин.

— Она нездорова, мадам капитан. Нам пришлось просить милорда де Ла Марша прийти утром.

— Нездорова? — Аш толчком пришла в себя, мысли прояснились, собрались. Она коротко рявкнула: — Что с ней?

Тильда смущенно покосилась на Джин Шалон, пролепетала:

— Капитан-генерал…

— Я спросила, что с ней? Чем она больна? А, ладно… — Аш протолкнулась мимо них, ворвалась в покои, оставив стаю возмущенных служанок и фрейлин разбираться с эскортом, бросилась к кровати и откинула занавеси балдахина.

В лицо ей ударила вонь перегара. Аш закашлялась.

Герцогиня Флориан, во всей одежде, в мужском камзоле, рубахе и штанах, ничком распростерлась на постели. Из открытого рта на простыню стекала струйка слюны. Дыхание пропиталось алкоголем. Пока Аш стояла у кровати, растерянно уставившись на нее, Флориан начала яростно храпеть.

— Она что, была сегодня днем на стене?

Белое личико Джин Шалон возникло совсем рядом с Аш.

— Я ей говорила не ходить. Я ей говорила, что не подобает женщине смотреть на такое, от чего сам Господь отворачивает лик свой. Но разве она меня послушает? Никогда она меня не слушает!

— Очень рада это слышать. — Аш нагнулась и заботливо укутала ноги Флориан волчьей шкурой. — Если не считать сегодняшнего случая. И долго она упивалась до бесчувствия?

— С заката.

«С часа убийства заложников».

— Ну, больше это не повторится, — губы Аш дрогнули. — Выпивка кончилась. Ладно. Если проснется, пошлите за мной. Если нет — не тревожьте ее.

Она вышла из дворца в задумчивости, мельком отмечая болтовню эскорта Людмилы Ростовной, боль в обожженном бедре и натруженных мышцах ног. От усталости все вокруг плавало в смутной дымке. Только ночной мороз, встретивший на улице, заставил ее полностью очнуться.

Ковш успел повернуться вокруг небесной оси. Через несколько часов кончится Рождество и наступит рассвет Стефанова дня.

В темном небе полыхнула яростная голубая вспышка.

Началось!

Снаряд с греческим огнем прочертил над ними крутую дугу, заливая мостовую сполохами адского пламени. В холодном голубом сиянии метнулась человеческая тень, кто-то торопился потушить смолу, пролившуюся у самой стены.

«Зараза! Уже? Гелимер расстался с надеждой заполучить обратно своего генерала и плюнул на перемирие?..»

Еще один снаряд промелькнул высоко в небе и скрылся за стенами Дижона.

— В укрытие, — приказала Аш, поспешно отступая под арку дворцовых ворот. Еще одно ядро, на этот раз каменное, ударило в мостовую. Аш ступнями почувствовала, как содрогнулась земля.

— Мудососы, — пробормотала Людмила, прибавив пару нелестных слов насчет меткости визиготских пушкарей. Отряд согласно заворчал. — Да еще и на самое Рождество! Босс, разве перемирие не должно продлиться до завтрашнего возвращения лорда Фернандо?

Аш прислушалась — всюду тихо, и обстрел прекратился…

«Визиготские осадные машины и боеприпасы, порядок пехотных штурмовых отрядов?» — Аш мысленно сформулировала вопрос и, покачав головой, решила не произносить его вслух.

Какой смысл спрашивать каменного голема — он сам получает донесения через гонцов, а значит, с опозданием на две-три недели.

По крайней мере, значит, и Гелимер не сможет использовать его тактические советы против нас. Может, Дикие Машины и говорят с големом, но Гелимеру от этого толку нет. Да и Годфри бы его услышал. Хоть что-то…

Она застыла на месте.

— Капитан? — окликнула Ростовная, как видно, уже не в первый раз обращаясь к ней.

— Что?

Аш смутно отметила, что обстрел не возобновился — стало быть, это не подготовка к штурму, а просто выходка заскучавшей пушечной команды, возможно, пьяных франкских наемников Гелимера. От этой мысли сразу исчезло облегчение, которое испытала Аш, поняв, что перемирие продолжается.

— Возвращаемся в башню? — Людмила вглядывалась в темноту проулка, обманчиво освещенного брызгами догорающего греческого огня. — Капитан, что с вами?

Аш прошептала непослушными губами:

— Я… только что поняла. Как я раньше не додумалась?!

Полосатый поросенок копался рыльцем в снегу, усердно виляя веревочным хвостиком. Аш смотрела, как осколки заледеневшей корки разлетаются над его головой. Вот он прорылся сквозь мягкую белизну под настом. Показались бурые прошлогодние листья. Поросенок захрустел желудями и удовлетворенно хрюкнул.