Чтение онлайн

— Сон?

— Ты словно приснился мне, — пробормотала она. — Образ, побеждающий кошмары, когда кажется, что все совсем плохо и уже не на что надеяться. Я не хотела, чтобы этот сон закончился. Я боялась проснуться и понять, что тебя никогда не существовало.

Тор удивленно посмотрел на нее.

— Ты… — Урд старалась взять себя в руки. — Ты бы остался с нами, знай об этом?

«Знай я… о чем?» — хотелось спросить ему, но Тор понимал, что на самом деле ему известен ответ на этот вопрос. Он повернулся к мертвой воительнице.

— Она была… твоей родственницей? — спросил он.

— Мы с ней одной крови, если ты об этом. — Урд протянула руку к лицу мертвой, словно хотела погладить ее по лицу, но тут же отдернула ее, будто испугавшись, что разбудит воительницу от ее вечного сна. — Наш народ мал, и так было всегда. Если перечислить предков моего народа, то, вероятно, можно узнать, что все мы произошли от одной семьи.

Но Тор спрашивал не о том, и Урд это знала.

— Ты должна была сказать мне, — пробормотал он.

Урд была права: это было лишь сном для них обоих, и теперь их ждало пробуждение, быстрое, неприятное, внезапное.

— Что я должна была сказать? — Урд почти кричала. Казалось, она злится на него, но Тор понимал, что это крик отчаяния. Женщина уже не могла сдерживаться. — Что я одна из Несущих Свет? Что я в родстве с теми, от кого я якобы бежала?

— Это действительно так? — мягко спросил Тор. — Ты и вправду лишь притворялась, будто бежишь от них?

В уголках глаз Урд блеснули слезы.

— Я не притворялась. Это правда, но поверил бы ты мне? Я была Несущей Свет, как и она. — Женщина указала на мертвую. — Я верила в то, что мне говорят. Я хотела в это верить, потому что всю жизнь меня растили в вере в бога огня и его власть. Я видела его, Тор.

— Кого видела? — опешил он. — Локи?

— Да. — Урд слабо улыбнулась. — Боги — это не какие-то там мифические существа, обитающие лишь в нашем воображении. Они действительно есть, они живые, и они люди, как ты или я, только намного могущественнее. Я… я верила в его обещания лучшей жизни, в которой не будет места страху и лишениям, как и мы все. Разве ты можешь упрекнуть меня в том, что я просто хотела счастья для себя и своих детей? — Она горестно покачала головой.

Тор промолчал. Сейчас ему нечего было сказать, чтобы уменьшить ее боль или хотя бы разделить ее горе.

«Боги — это люди, как ты или я, только намного могущественнее», — повторил он про себя. Может быть, он действительно бог? Эта мысль была заманчивой, ведь она давала ответы на все его вопросы, но почему-то Тору она казалась неправильной. Он чувствовал, что это не так, хотя и сам не мог бы объяснить почему. Нет, тайна его прошлого была намного сложнее. В каком-то смысле Тор был столь же одинок, как и Урд.

— Что же случилось? — тихо спросил он, сам удивившись мягкости своего голоса.

— Понимаешь, Эления и Лив… Однажды ко мне пришли, чтобы забрать их. Эления должна была стать жрицей Несущих Свет, а Лива отдали бы эйнхериям, чтобы они воспитали его.

Эйнхерии… Тор уже не первый раз слышал это слово и даже сам произносил его, но только сейчас понял его истинное значение. Вот только это знание вспыхнуло всего лишь на мгновение и тут же погасло, оставив легкий привкус на губах да слабое неприятное эхо в душе.

— Я знала, что этот день настанет, и убеждала себя, что буду гордиться судьбой моих детей. Но когда пришло время расстаться с ними, я поняла, что все это просто глупости. Я не могла отдать детей чужим людям. И мы бежали от своего же народа, пока наконец не попали в Скатсгард, где я повстречала Лассе. И об этом я должна была рассказать тебе, Тор? В тот самый первый день нашей встречи, когда один из моих соплеменников пытался убить тебя?

Тор не забыл, как обнаружил ее в хлеву с тем воином-гигантом, и сейчас перед его внутренним взором предстали ее глаза. Но он решил не говорить об этом.

— А дети?

— Они были еще совсем маленькими. И я позаботилась о том, чтобы они обо всем позабыли.

Наверняка Урд понимала, чем может обернуться такое ее решение.

— Значит, ты позаботилась о том, чтобы дети ни о чем не вспоминали? — повторил Тор, стараясь, чтобы в его голосе не прозвучал упрек.

— Да. Можешь спокойно сказать мне это, Тор. Я совершила глупость, а теперь расплачиваюсь за это. — Она пожала плечами, словно речь шла о мелкой оплошности, а не об ошибке, которая могла привести ее к гибели. — Как и мои дети.

— Наша судьба еще не предрешена наверняка, — попытался утешить ее Тор. — Никто не должен узнать об этом.

— Не будь глупцом, Тор, — прошептала Урд. — Сигислинда догадывается обо всем. И если сейчас она еще сомневается в том, кто я на самом деле, то вскоре выяснит это. Нужно поговорить с Бьерном. Он… умный человек. И он не причинит вреда детям.

— О да, — фыркнул Тор. — Если уж на то пошло, то давай сразу же расскажем обо всем Сверигу. Или можешь сама себе перерезать горло, чтобы Бьерн и его прихвостни не утруждались. — Он рассерженно махнул рукой. — Они ничего не должны знать, иначе ты погибнешь.

— Возможно, это даже к лучшему, — тихо ответила Урд. — Та женщина, которой я была раньше, не заслуживает того, чтобы жить.

Тору хотелось схватить ее за плечи, потрясти, призвать к рассудку.

— А как же твои дети? — нашелся он наконец. — Они тоже заслужили смерть?

— Бьерн не причинит им вреда.

— Бьерн, может, и не причинит. Но вот Свериг… — возразил Тор.

— Свериг не чудовище.

— Но он меня ненавидит. И он готов сделать что угодно, лишь бы мне было плохо. Никто не должен узнать правду. Настаивай на истории, которую ты рассказала раньше, в чем бы они тебя ни обвиняли. Завтра мы увидимся вновь.