ТораДора
Шрифт:
– Это моя ошибка!
– Ради Китамуры-куна, который пытается извиниться, давай сначала. И почему ты извиняешься? Давай, научи меня быстренько, что делать с яйцами. Да, и чтобы Китамура-кун не заметил, что ты меня учишь.
Рюдзи с трудом сглотнул. Теперь ему предстояло по секрету учить неумеху Тайгу, одновременно жаря свиные отбивные. Рюдзи чувствовал, что эта задача невыполнима. Но раз уж дело до этого дошло, пути назад нет.
– Подумаем… Доставай сковородку. Знаешь, какую надо? Плоскую…
– Конечно, такие вещи я знаю.
Рюдзи запихнул капусту в корзинку и отставил в сторону. Положил на разделочную доску три куска свинины, вырезая сухожилия между постной и жирной частью и шепча уголком рта…
– Разбей яйцо и вылей его в чашку. Т-ты знаешь, как надо разбивать яйца?
– Вероятность успеха пятьдесят процентов… Давай разобьём вместе?
Подготовленное постное мясо шлёпнулось на мелкую тарелку, покрываясь солью, перцем и мукой.
– Ой… Первое ёк…
Рюдзи быстро забрал чашку с неудачным результатом и достал из холодильника новое яйцо.
– Пойдёт в панировочные сухари. Это последнее, не вздумай ещё одно испортить.
– Хо-хо-хо-хорошо!…
Теперь всё в божьих руках. Рюдзи разобрался с неудачной попыткой Тайги и немного посыпал это яйцо панко [традиционная японская панировочная смесь для жарки во фритюре – прим. ред.]. Быстрый взгляд на Тайгу подтвердил, что она справилась. Желток уже плавал в чашке.
– Ха… Ха…
Даже на этом этапе Тайга была вся в поту. Рюдзи окунул отбивную в яйцо и положил на тарелку с панко.
– Зажигай плиту и плесни немного масла на сковородку. Масло здесь. Ты должна добиться, чтобы оно всю сковородку покрывало.
– Ха… Ха…
– Да не нервничай ты так, успокойся. Слишком большой огонь! Прикрути его, прикрути! Ох, и поосторожнее с моей сковородкой!
– Как, как его прикрутить?! А, вот это?!
Тайга с силой крутанула ручку плиты не в ту сторону. Конечно, пламя увеличилось.
– Да не туда, дубина! В другую сторону! Крути в другую сторону!
– Ой, ой, я масла не налила.
– Не трогай пока масло! Крути ручку в другую сторону! Вот, а теперь можно и маслом озаботиться.
– Угу… Ой, масло пролила!
– Плюнь! Не беспокойся об этом! Просто добавь огня!… Да не то! Это ручка другой конфорки!
– Х-х-х-ха?!
– Да! Эта! Распусти масло по сковородке! Крути! Эй, не лезь туда мокрыми палочками!
– Ой, го-го-го-горячо! Что такое!
Тайга схватила мокрые палочки, которыми перекладывали капусту, и попыталась размешать ими масло. Вода мгновенно вскипела, разбрызгивая капельки раскалённого масла. Тайга в страхе отпрыгнула.
– Дура! Нельзя бросать плиту! – голос Рюдзи напоминал учителя из ада…
– Покрути сковородку, пусть масло по всей поверхности растечётся! Стоп!
– Ай! Горячо! Горячо, горячо! Оно всё ещё брызгается!
– Сама виновата! Теперь быстро лей туда яйцо! Быстро, быстро!
– Ай! Опять брызгается! Я до смерти зажарюсь!
– Не помрёшь! Держи сковородку в одной руке, прикрути огонь… Крышка! Приготовь немного воды! Налей в стакан и держи в другой руке!
– К-крышка?! Про какую крышку ты говоришь?! Вода?! Дай подумать, ох, огонь?! Огонь… А?! Вода, вода?! Огонь, что делать с огнём?!
– А ты здесь видишь ещё какую-то другую крышку от сковородки?! Эй! Ты что с огнём делаешь?!
– А?! Что это?!
Огонь снова горел на полную. Это был последний толчок. Инстинктивная боязнь огня и напряжённые нервы Тайги слились в мысли: «Огонь = опасно = погасить = вода».
– Поняла! Сюда надо плеснуть воды!
– Не-е-е-ет!!!
Заорал Рюдзи. Тайга выплеснула на сковородку целый стакан воды, хотя там было слишком много масла, и чтобы приготовить яйцо, воды надо было совсем чуть-чуть.
– Ай!!!
– Ой!!!
Страшный взрыв масла окутал кухню густыми клубами дыма. В сочетании с тем, что Тайга раньше пролила часть масла мимо сковородки… Над плитой взвился толстый столб огня.
– А-а-а-а-а-а!!!
– Крышка!
Рюдзи бросил отбивные и захлопнул сковородку крышкой, отсекая столб пламени. Он чувствовал, как по ней ужасно громко барабанит кипящая внутри вода, но решительно держал её. Он погасил плиту и теперь ждал, пока внутри выгорит весь кислород.
Через какое-то время…
– Эй… Эй, Такасу, Айсака, вы в порядке?
– …
– …
Кухня погрузилась в тишину.
Через какое-то время они осознали, что позади них стоит встревоженный Китамура. Ни слова не говоря, Рюдзи и Тайга встали лицом друг к другу и посмотрели друг другу в глаза. Затем…
– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
– А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!
Оба плечом к плечу осели на пол. Китамура тоже присел, обеспокоенно положив руки им на плечи и яростно кивая…
– Айсака действительно хорошо жарит яйца! Да, здорово! Это словно магия! Пламя так рванулось к потолку… Правда здорово! Ты действительно это умеешь! Понимаю!
– Хлип… Хлип…
– А-а-а-а-а-а!
Испуганный плач Тайги и мужественные всхлипывания Рюдзи заполняли кухню ещё минут пять. К счастью, домохозяйка не заметила, как они едва не спалили весь дом… Но если бы дом действительно сгорел, это в чистом виде была бы их вина.
Свежеприготовленный рис с супом мисо, хрустящие и сочные свиные отбивные, гора резаной капусты и…
– Ох! Эти штуки словно излучают агрессию!…
– Чего охаешь! Разве не ты это готовила?
Ставшие коричневыми яйца хрустели. Они не только изменились внешне, но и стали совершенно твёрдыми. Попросту говоря, совсем обуглились. В любом случае, этот продукт мог бы свести курицу, отложившую то яйцо, с ума. Он добавил квартире Такасу некоторые неожиданные цвета и запах гари.