Торлор
Шрифт:
– Я научился контролировать силу искры - с вызовом в голосе проговорил Чуу-ур - твой учитель так мог и теперь так могу и я.
– Пробивать тела насквозь, да еще с прочнейшим доспехом лортов, такого он никогда не мог.
– А я, значит, могу - отрезал Джек, завершая спор.
– Ладно - согласился лоль - это удивительно и я за тебя искренне рад.
– Действительно рад - протягивая руку, примирительно проговорил он - в этом ты превзошел и меня и старого Локатра.
– Во мне растет гордость, за такого смышленого ученика - видя отстраненность Джека, с серьезным видом заявил он, и пряча улыбку в уголках глаз.
– Гордость, это конечно хорошо - закончив смывать грязной жижей, кровь лортов, проговорил Чуу-ур - только тревожно мне за мою бывшую хозяйку.
– Почему?
– По их тону - кивок в сторону затихших тел - ей сейчас не до встреч.
– Я не о том. Тебе-то какое до нее дело?
Немного подумав, Чуу-ур ответил с едва заметной странной улыбкой:
– Соскучился.
– А..
– ухмыльнулся лоль - только когда встретишь, не забудь ей об этом сказать, перед тем как она постарается тебя в нижний мир отправить.
– Не забуду.
Наконец выбравшись из зловонного стока, они крадучись двинулись дальше.
– Сначала за лепестком - жестко глядя в глаза лолю, заявил Джек.
Митар промолчал, только приподняв брови в немом вопросе.
– Мой меч, конечно кулаки стали крепкие, но думаю, он нам еще пригодиться.
– Ладно. Далеко?
– Нет. Совсем рядом - обрадовался бывший ученик - это комната со всяким хламом, там и охраны то нет.
– Веди. Только тихо.
Действительно, на всем протяжении их короткого пути им не встретился ни один из лортов. Остановившись у запертой двери, Чуу-ур попросил Митара посторожить, а сам, превратив в пыль засов на двери, быстро зашел в кладовую. Среди множества вещей небрежно разложенных на широких полках, он сразу заметил лепесток. Камешек на его рукояти призывно горел, привлекая взор своего хозяина.
– Вот и я - Чуу-ур вытянул Раджхарад из под тяжелого тюка, набитого какими-то глиняными плошками. Повесив перевязь на плечо, он провел ладонью по рукояти с рисунком.
– Больше не теряйся - обратился он к клинку, словно к живому существу, чувствуя охватившую его радость, как от встречи со старым другом.
Найдя на этой же полке свой нож, он взял его в левую руку.
Острая боль, молнией, пробила предплечье. Сразу ощутив на своей руке тяжесть, нарисованной птицы, он резко выдохнул, борясь с внезапно возникшей слабостью.
Словно воск, под пламенем свечи, малый ключ предела стал таять в его руке. Черная, покалывающая масса, слилась с татуировкой, полностью впитавшись в рисунок птицы. Наконец с трудом вздохнув, Чуу-ур вытер со лба выступивший пот. Боль постепенно отступала, также постепенно уходила и тяжесть в поглотившей Жшант татуировке.
– Да что же со мной такое?
– задал сам себе вопрос Чуу-ур, начав искать на полках, трактат метра.
Сдержанно выругавшись, он отбросил в сторону обложку книги. Все страницы в ней были вырваны, легкий запах и частички Шоро, не двусмысленно говорили, что листы нашли свое применение в самокрутках любителей опасного дурмана. Не тратя больше времени, он присоединился к лолю, застывшему у стены словно камень.
– Нашел?
– Вот - с гордостью показал свой клинок Чуу-ур - не смотри что ржавый, на самом деле он молочно-белый.
– Хорош - протянул лоль, разглядывая меч - редкая диковина, где достал?
– В яме, на территории школы, там еще чудище живет.
– И там побывал?
– усмехнулся лоль - яма серьезное наказание.
– Пришлось, зато теперь есть клинок.
– Повезло - коротко ответил Митар - теперь куда?
– На право - указал дорогу, острием лепестка, Чуу-ур - там длинный коридор, потом три комнаты и зал собраний.
Медленно ступая, по расписанному орнаментами коридору, Митар пригибался все больше и больше, стараясь понять причину возникшей тяжести.
– Темнота стала гуще.
– Чего?
– не понял Чуу-ур.
– Темнота, она становиться темнее и тяжелее - тихо прошептал лоль, словно боясь, что его услышат.
– Не показалось?
– на всякий случай задал вопрос Чуу-ур.
– Нет, такое не кажется. Ты не чувствуешь что воздух и темнота в отдалении густеет.
– Мне камешек светит.
– Какой камушек?
– Да вот на рукояти который, видишь, паучок лапками держит - Чуу-ур подошел ближе к остановившемуся лолю.
– Паучок?
– голос Митара изменился - тени его не останавливают?
– Наверно нет, с ним вижу все как при свете горящего факела, только свет не такой яркий. Бледно беловатый, какой-то.
– Это хорошо, значит пойдем дальше, только ты его не прикрывай ничем, чтобы этот свет не исчез.
– Об этом не беспокойся, он просвечивает через все, чем бы его не накрыть. А что случилось?
– Чувствую прорыв, как когда Рейтары появляются, только в разы сильнее. Если тьма нас накроет, то не выберемся. А клинок твой видать может с этим бороться, раз он для тебя светит.
– Да он всегда светит. Я такие камешки уже встречал.
– Потом расскажешь - оборвал его лоль - идем дальше, а то что-то нехорошо мне. Место здесь плохое.
Пригнувшись еще сильнее, он осторожно двинулся дальше.
Чуу-ур попробовал понять, что беспокоит лоля. Положив правую руку на рукоять лепестка, он стал вглядываться и вслушиваться в окружающее.