Торт в небе
Шрифт:
– А где ты была вчера вечером в десять часов?
– Во Франции она была вчера, прокатилась в Париж! – отвечала за девочку мать. – Где же ей еще быть в это время, как не в постели! У меня свидетелей сколько угодно! Спросите хотя бы синьора Густаво, что живет напротив: вчера он весь вечер сидел у нас, смотрел телевизор.
Синьор Густаво подтверждал. И «путешествие» Хитроумного Одиссея продолжалось.
– И все же, – ворчал себе в усы добрый Мелетти, – сдается мне, что эту туфельку я уже где-то видел! Да, да, видел! Могу поклясться! И вот эти две дырки на ней! Кстати, про какие дырки мне говорила сегодня утром жена? Ах да, Рите опять надо покупать новые туфли. У этой девчонки просто горят подметки!
Так, обходя двор за двором, синьор Мелетти оказался наконец у своего дома. Прежде всего он постучал к привратнице, у которой была дочка лет пяти или шести. Женщина все еще сердилась на синьора Мелетти, а заодно и на всех полицейских вообще, за то, что года два назад он оштрафовал ее мужа за превышение скорости.
– Синьора Матильда, ваша девочка уже проснулась?
– А что, вам не терпится оштрафовать ее? – зло ответила синьора Матильда.
– Что вы, никаких штрафов! Дело в том, что…
И Хитроумный Одиссей принялся объяснять ей цель своего прихода. Тем временем на лестничную площадку высыпали другие жильцы – женщины и дети, – наблюдая за происходящим. Ведь всегда было над чем посмеяться, когда сталкивались синьор Мелетти и синьора Матильда.
– Ах вот в чем дело! – передразнила синьора Матильда. – По-вашему, моя девочка марсианская шпионка?!
– Нет, я этого не говорю!
– Ну да, вы этого не говорите, но вы так думаете!
– Короче, не я сочиняю приказы.
– Но штрафуете, однако, вы!
– Я исполняю свой долг! – воскликнул оскорбленный синьор Мелетти.
– Ну так и быть! Давай, Мария-Грация, примерь туфельку… Она тебе велика, не так ли, мое сокровище? Иди обратно в постельку, моя крошка. А теперь туфельку примерю я сама!
– Но, синьора Матильда, приказ касается только детей!
– Ах вот что! Измываться над бедным ребенком – это просто!… Посмотрим, как вы со мной справитесь!
– Ради бога, не надо! Вы испортите туфлю!
– Это я-то?! Да я легка как пушинка! Всего сто двадцать килограммов. Вот возьму и открою на ярмарке балаган под вывеской «Женщина-пушинка». Заработаю куда больше денег, чем убирая тут за всякими!
Смех раскатился по лестнице. На площадки выглянули другие жильцы, которые еще не принимали участия в этом спектакле. Вышли и синьора Чечилия, Паоло и Рита.
Синьора Чечилия, увидев, что муж воюет с привратницей, бросилась ему на подмогу. Паоло побежал за нею, а Рита, конечно, следом за Паоло. Девочку уже мучили недобрые предчувствия. Она первая увидела, что предметом спора была ее туфля.
– Нет, теперь-то я ее примерю во что бы то ни стало! – объявила синьора Матильда на весь дом.
Сбросив домашнюю туфлю, она стала втискивать свою слоновую ногу в маленькую детскую туфельку.
– Палец влез! – торжествующе доложила она. – А теперь, увидите, влезут и остальные.
Тут вдруг вмешалась синьора Чечилия.
– Стой, что ты делаешь? – закричала она.
– Примеряю туфлю – по приказу твоего мужа!
– Да разве ты не видишь, что это туфелька Риты?! Что за глупые шутки вы тут устраиваете?
Синьор Мелетти так и застыл на месте, словно громом пораженный.
А синьора Матильда, напротив, принялась так хохотать, что чуть не задохнулась от смеха, и соседке пришлось принести ей стакан воды.
– Ты мне объяснишь, что тут происходит? – закричала синьора Чечилия, тряся мужа за плечо.
– Военная тайна… – пробормотал Хитроумный Одиссей.
– Где ты нашел эту туфлю? И что значит весь этот цирк?
– Молчи! Не вынуждай меня говорить!
Полицейский пришел наконец в себя и, осмотревшись вокруг с профессиональной строгостью, воскликнул:
– Освободить помещение! Разойтись! Спектакль окончен!
Первым, кто беспрекословно повиновался ему, был Паоло. Он незаметно прошмыгнул в дверь и пустился наутек.
– А ну-ка, пойдем домой, разберемся как следует!
Рита пыталась увильнуть от отца и пряталась за маму. Та, ничего не понимая, продолжала сердиться:
– Нет, вы только посмотрите, как эта толстуха испортила туфельку нашей Риты! Ничего, смеется тот, кто смеется последним!
В жертву науке
Синьор Мелетти еще несколько минут разгонял любопытных и наводил порядок на лестнице, а когда поднялся к своей квартире, то оказалось, что дверь закрыта изнутри на цепочку.
– Открой! – закричал он жене. – Именем закона!
– Какого еще закона! Что ты хочешь с ней сделать, с бедной девочкой?
– Ты лучше у нее спроси, что она натворила! Спроси-ка у нее, где и когда она потеряла свою туфлю! Да впусти же меня, а то соседи услышат!
Это убедило синьору Чечилию. Она сняла цепочку и приоткрыла дверь, но прежде чем впустить мужа, внимательно посмотрела на него, стараясь понять его намерения. Лицо синьора Мелетти было обычным, только, может быть, немного более озабоченным, чем всегда, но все-таки без видимых следов сумасшествия.
– Ну ладно, входи! А ты перестань реветь!
Последние слова были обращены к Рите, которая отчаянно плакала.
– Наша дочь – шпионка! – заявил синьор Мелетти. Он тяжело опустился на стул и, размахивая туфелькой, добавил: – И вот доказательство!
– Какое еще доказательство? Дырки? Они доказывают только, что бедной Ритучче давно уже пора купить новые туфли!
– Да нет, ты не понимаешь…
– А чего же это я не понимаю?
Синьор Мелетти рассказал жене все, что касалось туфельки, как ее нашли в запретной зоне, как заподозрили, будто марсиане через детей собирают сведения, как он ходил по домам, – примеряя туфельку.