Шрифт:
Олег Овчинников
Тот, который...
– Ы-ы-ы-ы-ы-ы!
Космодесантник Редуард Кинг обернулся на голос и сам не поверил собственной удаче.
В пяти шагах от него прямо в придорожной пыли сидел лингуампир и обращался явно именно к нему.
– Ы-ы-ы-ы! - повторил он и потыкал большим пальцем в середину своей лицевой повязки.
Редуард поспешно сошел с дороги.
– Пить? - спросил он и с запозданием отметил, что от волнения забыл задействовать транслитератор. Впрочем, в данном случае необходимости в переводе не возникло.
– Пить, пить! - отозвался лингуампир на русском языке, почти без акцента.
"Вот так, - подумал Редуард, - мой родной язык постепенно становится интерпланетным..."
– Держи! - он отстегнул болтавшуюся на поясе фляжку с водой и протянул ее лингуампиру.
Пока инопланетянин утолял жажду, Редуард еще раз поздравил себя с неожиданной удачей и мысленно потер руки. Сделать то же самое физически он не рискнул: установление первого контакта - процедура весьма тонкая и ответственная, любой неосторожный жест или не к месту сказанное слово может насторожить собеседника и свести на нет результаты всех предыдущих усилий.
И все-таки - какая удача! Пользуясь тем, что инопланетянин в данный момент не смотрит на него, Редуард позволил себе улыбнуться.
Эта планета, четвертая в системе теты Квадриги, пока не имела официального названия. Редуард Кинг про себя окрестил ее Редуардой честолюбие здесь было вовсе ни при чем, просто... надо же ее как-то называть. В конце концов, история знает несколько случаев, когда планету назвали по имени первого высадившегося на ее поверхность контактера. Успешного, разумеется, контактера.
Все разумное население планеты состояло из представителей двух рас, мало похожих друг на друга. В теорию о существовании у них общего биологического предка верилось с трудом.
Первая раса - шекери - забавные "хоботастые" коротышки-гуманоиды росточком не выше полутора метров. Весьма доверчивые и добродушные, они легко пошли на контакт. Открытые лица этих милых человечков украшали рудиментарные хоботки, отчего их речь даже в исполнении транслитератора звучала немного гнусаво. Шекери вели довольно примитивный образ жизни, имели домашний скот и хозяйство, пытались обрабатывать металлы, но все эти занятия им быстро наскучивали, и уже к середине дня вся взрослая часть населения разбредалась по многочисленным питейным заведениям, а Редуард Кинг спешил уменьшить громкость звука в наушниках, чтобы не оглохнуть от доносящихся со всей окрестности запевок: "Раз глоток и дуа глоток - подстауляй свой хоботок!.."
Словом, налицо обширнейшее, можно сказать, непаханое поле для деятельности - казалось бы, вызывай представителей из Комиссии по Установлению Взаимоотношений и передавай им инициативу, но... Была в этом деле одна маленькая юридическая тонкость.
Согласно Кодексу о межпланетных отношениях, представительство КУВ можно было размещать на какой-либо планете только после того, как все разумные расы, ее населяющие, недвусмысленно дадут знать о своем согласии. Обратите внимание: все разумные расы. То есть обе.
Представителями второй разумной расы на Редуарде были лингуампиры - так их называли шекери, при этом на лицах коротышек неизменно появлялось так не свойствен ное им озабоченное выражение. В лингуампирах, если можно так сказать, было гораздо больше человеческого, чем в шекери. Нормальный рост, обычной формы глаза и по пять пальцев на каждой руке. Получить более подробное представление об их внешности не представлялось возможным из-за своеобразной формы одежды лингуампиров; все они
были одеты одинаково: в длинные черные балахоны с капюшонами, опущенными до глаз, нижнюю часть лица скрывали тонкие белые повязки.
Кто такие лингуампиры, чем они живут и не являются ли представителями таинственной религиозной секты - все попытки найти ответы на эти вопросы с помощью шекери натыкались на стойкое непонимание. Сами же лингуампиры вообще предпочитали хранить полное молчание, несмотря на все старания Редуарда Кинга их разговорить, так что порой у него возникало сомнение, скрываются ли за белыми лицевыми повязками какие-нибудь органы речи. Лингуампиры никак не реагировали на присутствие Редуарда, не отвечали на его приветствия, попросту говоря, они его игнорировали. Безучастные к окружающему миру, лингуампиры просто сидели на земле вдоль дороги, как правило, поодиночке и сосредоточенно молчали. Застать их за каким-либо иным занятием Редуарду не удалось ни разу.
На фоне подобной необщительности лингуампиров особенно странно звучали предостережения, неоднократно слышанные Редуардом от шекери: "На уашем месте, добрый Редуард, мы бы не рискнули разгоуариуать с ними".
Редуард настолько привык к этим неподвижным черным силуэтам, что почти перестал обращать на них внимание и воспринимал их как часть окружающего пейзажа. Однако в глубине души он никогда не оставлял надежды... И, как оказалось, не зря!
– Оставь себе, - разрешил Редуард Кинг, когда инопланетянин закончил пить и протянул ему опустевшую фляжку.
Фляжка немедленно исчезла в складках черного балахона. Редуард помедлил еще секунду, освежая в памяти соответствующие страницы учебника по контактологии, и начал со стандартного приветствия:
– Здравствуй! Я прилетел издалека. Ты мог видеть корабль, который привез меня. Тот, что за лесом.
– Я... видеть корабль за лесом, - медленно произнес лингуампир. - Ты прилететь издалека.
– Меня зовут Редуард Кинг. Можно просто Редуард. А как... эээ... именуют тебя?
– Меня именуют... - инопланетянин задумался. - Меня зовут "Тот, Который..."
Редуард выдержал вежливую паузу, ожидая продолжения. Его собеседник истолковал молчание Редуарда по-своему. Он громко вздохнул и добавил:
– Можно просто "Тот".
"Ничего себе имечко!" - подумал про себя Редуард, с трудом сохраняя внешнюю невозмутимость.
– Моя родная планета... - Редуард поднял глаза к небу, но тут же зажмурил их от нестерпимого солнечного света. Нет, середина дня - не лучшее время для экскурса в астрономию. - Мы называем ее "Земля".
– Земля?.. - Глаза лингуампира недоверчиво сощурились. Он зачерпнул пригоршню пыли, просеял ее между пальцами и повторил: - Земля?