Тотем
Шрифт:
Юра начал ошарашено оглядываться. Партнерши по танцу отдернули его от этого.
– Искренне рада вам! Я рада тому, что вам удалось осознать совершенное бессилие того, кому ваши отцы ныне служат. Вы смогли понять, что мир ужасен именно потому, что разделен. Бедность одних и богатство других, религиозный и идеологический фанатизм, царящая нетерпимость – все это продлевает правление бога пустыни, явившегося разделять и властвовать, способствовать богатым и унижать бедных. Сын Черного Змея явится объединять, даровать всем мир и благополучие. Одно лишь условие: без бога! Мы должны подготовить престол для Сына, подготовить общество. Многих из вас смутила бы мысль, что вы поклонились Сатане. Нет, вы не поклонились Ему. Вы просто пришли к согласию с Ним. Вы смогли увидеть, что единственный выход из всего того религиозного накала, который царит в мире – Содружество! Я понимаю уже возникшие причины вашего спора о том, по какому пути должен складываться этот союз: у чаши ли протестантов, у Мекки, у Стены ли Плача, у ног папы римского? Прошу оставить эти ничего не значащие споры. Главное, чтобы человечество научилось договариваться и жить в мире. Это держите целью и учитесь друг другу уступать. Черный Змей не может послать Сына Своего в этот бардак, в эту кучу мусора, которой стал мир под гнетом бога пустыни. Благодарю вас за внимание. Танцуйте! Эта музыка играет сегодня для вас!
Крики восторга проводили Веру Киле, скрывшуюся в дверях балкончика.
– Вот тебе раз! – сказал сам себе потрясенный Юра. – Сатанисты. Все здесь – сатанисты. Скажите, а тут нет сатанинских блогеров: Астры, Ворракса и Яны Лукьяновой? – спросил он новых подруг.
Вместо ответа девицы поволокли изумленного Юрия к барной стойке, где остались недопитыми их коктейли. Тот немного охмелел, но вел себя скромно. Ко всему, его не оставляла досада, что одеваясь, он оставил на себе неуклюжие домашние трусы с долларами. Поэтому об интимной близости с красотками пришлось забыть. Такого зрелища они бы не пережили!
Вдруг одна из них посмотрев в сторону балкончика, потащила Юрия. Тот поплелся за ними.
– Какие вы не терпеливые…
Они вывели его из зала, поднялись по лестнице на второй этаж, где их встретил нивх. Он открыл двери в кабинет. Юрий вошел один и сразу вспомнил, зачем он здесь. За большим столом из темного дерева сидела сама Вера Киле. Позади нее на стене высился массивный барельеф с Черным Змеем, обвивавшим посох шаманки. Это был тот самый барельеф, под которым Киле поздравляла этим утром епископа. Юра задрожал от неуверенности и страха.
– Садись, – раздался холодный голос Киле.
Юра сел напротив нее в кресло. Он глазам не верил, что говорит с самой загадочной женщиной страны, признанной еще и иконой красоты.
– Ты знаешь, кем ты стал? – задала она вопрос.
– Нет.
– Почему же ты пишешь, что я смогла помочь тебе разобраться?
Юра неуверенно и стесненно стал пожимать плечами, проглотив ответ. Киле поднялась с кресла и вышла изо стола. Подойдя к стеллажу с книгами, она погладила их старинные обложки и сказала, повернувшись к перепуганному гостю:
– Ты чувствуешь себя «сверхчеловеком»? В тебе стало много физической силы. Но не спеши радоваться. Как ты думаешь, кто в тебе?
Юра набравшись смелости, выдавил:
– Медведь. Дух медведя.
Его опасения не оправдались. Киле не высмеяла его догадки, а вполне серьезно ответила:
– В тебе Тотем. Тотемный дух медведя, убитого Добренко.
– Я видел его лицо, – вспоминал Юра, ощущая большую уверенность в себе. – Я знаю, что он стрелял.
Конец ознакомительного фрагмента.