Чтение онлайн

– Хорошая работа, Сеня, – похвалил Семена Чарли, выслушав его рассказ. – Дождемся коллег и вместе составим дальнейший план действий. Надеюсь, наши друзья не слишком задержатся… А вот кстати и кавалерия.

В отель вошел энергичный высокий мужчина с седыми зализанными волосами. Одет он был в модный костюм и лакированные туфли, рядом же с ним трусил белый американский бульдог.

– Франклин Рузвельт, президент США, – пояснил Чарли.

– Ну и в чью страну мне принести демократию, чтобы мне налили?! – возопил Рузвельт, а после направился прямо к Черчиллю, которого заключил в крепкие объятия.

– Капитан-лейтенант Сэм Фишер, Управление Стратегических Служб, – представился подошедший к ним бульдог. – Слышал, тут намечается горячая заварушка.

– Семен. Горячее некуда, – согласился Семен. – Так что помощь нам будет весьма кстати.

– Кто из наших уже прибыл? – спросил Сэм.

– Никто, ты первый, – ответил Чарли.

Не успел он закончить, как двери снова хлопнули – и в холл прошла невысокая женщина с суровым взглядом. За ней же гордо вышагивал кокер-спаниель, чей ошейник был украшен драгоценными камнями. Женщина, не мешкая, тут же направилась в сторону Черчилля, который, громко икнув и густо покраснев, тут же затушил сигару в кофе и спрятал бутылку коньяка за пазухой.

– Клементина Черчилль, супруга Уинстона, – пояснил Чарли.

– Семен, специалист по связям с общественностью. Можно просто Сеня, – представился Семен, когда к их компании присоединился кокер-спаниель.

– Альфонсо Монтгомери, граф Уэльский, Скотленд-Ярд, – благосклонно кивнул их новый знакомый. – Можно просто Альфонсо Монтгомери, граф Уэльский. Как я понимаю, вы опять провалили задание, раз мне пришлось покинуть свой уютный особняк и прибыть в эту богом забытую дыру? Здесь хотя бы подают вишневый пудинг? Если нет, мне необходимо вызывать личного повара.

– Проклятые англичашки, – проворчал Чарли и в ответ на недоуменный взгляд Семена пояснил: – По правде сказать, я наполовину шотландец, – он поднял голос: – Просто никто не предполагал, что в операцию вмешается сам Распутин.

– Распутин? Он же мертв, – нахмурился Альфонсо.

– Как оказалось – нет, – сказал Семен. – Живее всех живых. Грозит окружающим смертными карами, испепеляет людей, таскает за собой целую роту солдат и занимается киднеппингом.

Пока Чарли вводил Альфонсо и Сэма в курсе дела, Семен оглядывал холл. Черчилль, состряпав виноватую физиономию, получал взбучку от жены, дыша на нее перегаром. Рузвельт, стоявший неподалеку, делал вид, что он вообще тут не причем, пытаясь спрятаться за фикусом. Соседний диван облюбовали смуглые мужчины в тюрбанах, о чем-то горячо спорящие, напротив них читал газету сухой старичок, рядом с ним сидел снежный человек, неподалеку от входа…

Стоп.

Семен закрыл глаза и медленно досчитал до десяти.

Однако когда он открыл их, снежный человек никуда не делся. И, что самое интересное, похоже ни у кого из окружающих не возникало ни единого вопроса по поводу того, а что здесь собственно делает двухметровая покрытая коричневой шерстью махина, неторопливо попивающая чаек из изысканного стакана, который в ее лапе смотрелся просто детской игрушкой. Семен потрепал Чарли по плечу:

– Что такое? – оторвался он от спора с Альфонсо,

– Тебе никто здесь не кажется подозрительным? – спросил Семен, ткнув лапой в сторону снежного человека.

– Ты прав, – нахмурился Чарли. – Вот тот пожилой мистер явно замышляет что-то нехорошее. С таким интересом изучать позавчерашнюю прессу – не к добру. Нужно следить за ним в оба глаза.

– Я не о нем, а о той огромной обезьяне, – произнес Семен. – Это же снежный человек, он же бигфут. Я точно такого по телеку видел, он в Саратовской области картошку воровал.

– Вообще-то это Уолтер Уайт, ученый из Австралии. Приехал в Польшу выступить на энтомологической конференции с докладом о недавно открытом им новом виде бабочек, – с укором покачал головой Альфонсо.

– Это. Снежный. Человек, – с нажимом повторил Семен.

– А еще англичан обвиняют в шовинизме, – фыркнул Альфонсо. – Мы должны уважать культурные особенности других народов. Во всяком случае напоказ.

– Парни, кажется у нас сейчас есть проблемы посерьезней, нежели спорить о том, откуда прибыл какой-то там ученый, – в примиряющем жесте поднял лапу Сэм. – Я вот лично австралийцев никогда в жизни не видел – может они все такие.

На том они и порешили, хотя Семена все еще не покидало ощущение, что этот «Уолтер Уайт» не так-то прост как кажется и явно что-то скрывает. Однако со снежным человеком они успеют разобраться позже, сейчас же необходимо было кровь из носу найти Кроули и философский камень. Но не могут же они прочесать всю Румынию на своих двоих.

– Ты прав, – согласился Чарли в ответ на справедливое замечание Семена. – Это займет слишком много времени, которого у нас нет. План такой: ты проникаешь в кабинет этого вашего Берии и находишь любые сведения о том, где может быть Кроули, я же стою на стреме.

– А что я-то сразу? – спросил Семен.

– Во-первых, ты кот, – закатил глаза Альфонсо. – А коты любят совать нос в любые щели. Во-вторых, ты, как местный, не вызовешь подозрений, если тебя вдруг застукают. В-третьих, предлагаю отставить споры, так как через полчаса у меня запись к парикмахеру. В-четвертых, я здесь единственный представитель высшего сословия и…

Семен поспешил согласиться со всеми доводами, чтобы не услышать «в-пятых, в-десятых, в-тридцать третьих». Кабинет Берии располагался на втором этаже, в самом закутке. Ничего лишнего: стол с телефоном, стул, пара шкафов, аккуратно заправленная кровать. К счастью, дверь оказалась незапертой, так что пробрался в номер Семен без каких-либо проблем. Проблемы начались уже внутри, так как бумаг повсюду было видимо-невидимо и найти нужные оказалось достаточно нетривиальной задачей.

В коридоре два раза гавкнули – то Чарли подал условный сигнал, что кто-то идет и нужно прятаться подобру-поздорову. Поначалу Семен хотел юркнуть под кровать, но потом передумал и прыгнул на шкаф, откуда он мог наблюдать за всем, что происходит в номере.

Семен притаился. В номер же через пару минут вошел Берия. А за ним, согнувшись в три погибели, протиснулся снежный человек, он же ученый-энтомолог. Похоже, Семен был не единственный, у кого легенда бигфута вызвала вопросы. Усевшийся за стол Берия был здоров, свеж, светел, собран и подтянут. На губах его застыла легкая улыбка, но вот глаза походили на два кусочка льда. Занявший место напротив снежный человек, маскирующийся под делегата из Австралии, был огромен, волосат, молчалив и… в общем, он был снежным человеком и выглядел соответствующе.