Чтение онлайн

Точи свой меч об этот оселок, Не знай покоя, распаляйся гневом.

Макдуф

Не надо бесноваться на словах И слезы лить, как женщина. О боже, Скорей сведи меня лицом к лицу С моим врагом и демоном шотландцев, И если от меня уйдет он цел, Прости и ты ему!

Малькольм

Мужские речи! Теперь пойдем скорее к королю. Поход обдуман, надо лишь проститься. Макбет созрел для гибели, и меч Небесной кары поднят над злодеем: Длиннейшей ночи долгая пора Продлиться может только до утра.

Уходят.

Входят врач и придворная дама.

Врач. Я уже две ночи дежурю с вами и не мог проверить ваших показаний. Когда в последний раз бродила спящая?

Придворная дама. После отъезда его величества к войску я это видела довольно часто. Она встает с постели, накидывает ночное платье, отпирает письменный стол, берет бумагу, раскладывает, что-то пишет, перечитывает написанное, запечатывает и снова ложится в постель. И все это не просыпаясь.

Врач. Какое раздвоение всей нашей природы! Пользоваться покоем ночного сна и быть охваченной дневной заботой! Скажите, в этом сонном возбуждении, кроме таких прогулок и названных вами движений, вы не слыхали, чтобы она что-нибудь говорила?

Придворная дама. Этого, сэр, я никому не повторю.

Врач. Напрасно. Мне бы вы могли это сказать не колеблясь.

Придворная дама. Не скажу ни вам, ни кому другому, потому что нет свидетеля, который подтвердил бы мои слова.

Входит леди Макбет со свечою.

Смотрите, вот она идет! Это ее обычный вид. И, клянусь вам, она крепко спит. Наблюдайте за ней. Станьте ближе.

Врач. Где взяла она свечу?

Придворная дама. Свеча стояла около ее постели. Спальня всегда освещена. Это ее приказание.

Врач. Видите, глаза ее смотрят на нас!

Придворная дама. Да, но они ничего не видят.

Врач. Что это она делает? Как беспокойно она трет свои руки!

Придворная дама. Это ее привычка. Ей кажется, будто она их моет. Иногда это продолжается целые четверть часа.

Леди Макбет. Вот еще пятно.

Врач. Тсс, она говорит! Я запишу все, что она скажет, для памяти.

Леди Макбет. Ах ты, проклятое пятно! Ну когда же ты сойдешь? Раз, два… Ну что же ты? Пора за работу. Ада испугался? Фу, фу, солдат, а такой трус! Кого бояться? После того как это будет сделано, кто осмелится нас спрашивать? Но кто бы мог думать, что в старике окажется столько крови!

"Макбет", акт пятый

А. Гончаров

Врач. Вы слышали?

Леди Макбет. У тана файфского была жена. Где она теперь? Что это, неужели больше никогда я не отмою этих рук дочиста? Довольно, довольно, милый мой! Ты все погубишь этим вздрагиваньем.

Врач. Дальше, дальше. В жизни ты познала что-то недозволенное.

Придворная дама. Она выдала, чего не должна была говорить. Одно небо знает, какие у нее тайны.

Леди Макбет. И рука все еще пахнет кровью. Никакие ароматы Аравии не отобьют этого запаха у этой маленькой ручки! О, о, о!

Врач. Вы слышали этот вздох? Как отягощено ее сердце!

Придворная дама. Я бы не согласилась носить его в груди ни за какие выгоды ее положения.

Врач. Еще бы, еще бы!

Придворная дама. Помоги ей, господи!

Врач. Ее недуг не по моей части. Но я знал лунатиков, ни в чем не повинных, которые спокойно умирали в своих постелях.

Леди Макбет. Вымой руки. Надень ночное платье. Почему ты такой бледный? Повторяю тебе, Банко похоронили. Он не может выйти из могилы.

Врач. Скажите пожалуйста!

Леди Макбет. В постель, в постель. Слышишь, стучат в ворота. Идем, идем, идем. Дай мне руку. Сделанного не воротишь. В постель, в постель, в постель. (Уходит.)

Врач. Теперь она ляжет?

Придворная дама. Немедленно.

Врач

Недобрая молва кругом. Насилья Всегда ведут к насильственным концам. Больная совесть лишь глухой подушке Свои секреты смеет поверять. Священник больше нужен ей, чем доктор. Прости нас, грешных, господи! За ней Смотреть необходимо. Удалите Все острые предметы. Потрясен Услышанным сейчас! Спокойной ночи. От страшных дум захватывает дух, Но не осмелюсь высказать их вслух.

Придворная дама. Спокойной ночи, доктор.

(Уходит.)

Входят Ментейс, Кэтнес, Ангус, Ленокс и солдаты.

Ментейс

Отряды англичан недалеко. Малькольм, Макдуф, Малькольмов дядя Сивард Начальствуют над войском. Все полны Непримиримости. Их огорченья Могли бы мертвого расшевелить.