Чтение онлайн

И парень, услышав, как его одёрнули, стыдливо опустил взгляд. Ещё бы ножкой в земле поковырял. О боги всех миров! Тот самый Сокол?

— Ясного неба, господа, — пришлось постараться, чтобы голос звучал уверенно. Я переводила взгляд с одного побитого гостя на другого, особое внимание уделяя их глазам. Кеннет, кажется, говорил о происхождении прозвища одного из своих наёмников. — Не помню, чтобы задолжала кому-нибудь. Следуйте за мной, здесь могут ходить дети. Не хочу, чтобы они видели… Нечто подобное.

Я вернулась в трактир, раздумывая над ситуацией. Может, это и есть убийцы, которых подослала Паучиха? И "долг" чисто метафорический? Или отец перед смертью вляпался во что-то, а отдуваться придётся мне?

Привела гостей в трапезную, радуясь, что постояльцы съехали, а дети в приюте. Работники остались там же. "Медвежий угол" уже сидел на чемоданах.

— Итак, — я обвела взглядом незваных гостей. — О каком долге говорит уважаемый лин?

Побитые мужчины уже вдвоём промычали что-то невразумительное, а один всё пытался стереть кровь со щеки. Их силой заставили сесть. Я почти начала переживать, что придётся просить кого-то из работников заново мыть трапезный зал. Сейчас всё мне здесь кровью заляпают.

— Тогда я расскажу, с вашего позволения, — кудрявый Сокол вздохнул, опёрся на столешницу и начал: — Выловили мы двух наших рыбок аккурат на границе вашей земли. Они так бесстрашно лезли напролом, что я решил — торговцы. Сейчас начнут трясти товаром и зазывать на ярмарку. “Налетай, не скупись, раскупай живопись”. Но не тут-то было. Вместо шедевров искусства, они притащили обычные бумажки.

— Брат ваш умер, лина Хельда, — сказал соратник Сокола. — Примите наши искренние соболезнования. Его карточные долги и пришли требовать эти ребята.

— Виктор? — я прикусила губу. Нет, лить слезы по сводному брату я не собиралась. Но новость о его смерти выбила из колеи. Только недавно получала от него гневные послания о том, какая я бессердечная стерва. Договорились о мировом соглашении. А тут — умер. — Как это случилось? И какое отношение я имею к его долгам?

— Как наследница, — пояснил “обычный” убийца, а потом слово снова взял Сокол.

— Мы сами сначала ничего не поняли. Долго выжимали из ребят правду. Попортили им лица слегка, вы уж простите. Узнать их теперь сложно, да и говорят они неохотно. Зубов не хватает, прокушенные языки болят. Зачем упирались? Допускаю, что образования мало, толком сформулировать не могли. Но оскорбление невесты уважаемого лина Делири — это было лишнее. Итак, в чём суть. Виктор Винсер в последние дни своей жизни решил ни в чём себе не отказывать. Мотался по кабакам, играл в кости, карты и другие азартные игры. Обещал продажным женщинам много золота за их ласки, но вероломно обманул. А потом в одну безлунную ночь напился и упал с моста.

— Утонул, — спутник Сокола уже привычно подводил итог его красочной речи. — Три дня проболтался в реке, уплыл из столицы, а потом его фермер багром вытащил. Река в том месте поворачивала, вашего брата к лодочному причалу и прибило.

— Но причём тут долги, спросите вы и будете правы, — Сокол заправил светлый локон за ухо. — Мы читали бумаги, продолжали спрашивать ребят, и картинка сложилась. Виктор умер, не составив завещание. А ближайший наследник — вы. Та самая лина Беринская, чью свадьбу с главой Клана Смерти благословил сам король. “О, какой будет куш”, — подумали наши ребята и побежали со своими долговыми расписками в суд. Знали, паршивцы, что имущество их должник давным давно продал и пропил. “Но есть же богатая сестра! С неё можно стребовать”. Самое обидное ,что суд решил так же. И вроде правда на их стороне, но думать же надо хоть чуть-чуть. Куда полезли? Ой, я не знаю.

Голубоглазый убийца разочарованно махнул рукой и поджал губы.

— Продал? Пропил? Поместье, завод в Трезде, три счета в банке, родовая сокровищница, четыре домика в разных городах королевства и сеть продуктовых лавок… Боги! Ему повезло, что утонул! Сама бы убила, — я прикрыла глаза.

— Увы, лина Беринская. Пропил и прогулял. Столичные продажные чаровницы очень дорого стоят, — смущенно ответил Сокол.

— В Бездну Виктора, ему там будут рады, — я отмела эмоции и взяла себя в руки. В конце концов, не моё имущество он разбазарил. Да, наследие моего рода, но лин Беринский сам его завещал сыну второй жены. А я ведь говорила, что он без куска хлеба останется! — Бумаги у вас? Судебное решение, сами расписки?

— Конечно, — третий из наёмников Клана Смерти достал из-за пазухи слегка помятый конверт и протянул мне. — Прошу.

— Благодарю, — я забрала бумаги у самого молчаливого охранника.

Конверт, разумеется, вскрыли. Содержимое внимательно изучили. Толстая стопка расписок, некоторые из которых были составлены чужим почерком. И только подпись в углу — моего братца. Тут он был настолько пьян, что водить рукой самостоятельно не мог. Кретин. Боги, простите мою душу, но вы сами видите, каким идиотом был усопший. А это постановление? Даже мне, мало что смыслящей в законах, понятно, что рассмотреть дело без извещения меня не могли. Подкупили судью? Впрочем, неважно.

Уверена, Артур найдёт ещё сотню нарушений. Платить по долгам Виктора я точно не намерена.

— Вы уже связывались с лином Делири?

— Да, мы доложили главе Клана о гостях, как только они появились, — соратник Сокола отвечал мне, но смотрел на кредиторов. — И после, когда выяснилось, что они не работают на Паучиху. Сами по себе. И больше ничего полезного рассказать не могут.

— Убрать бы их, — фыркнул Сокол. — И плевать на суд с его бумажками. Но лин Делири велел доставить гостей сначала к вам. Решайте, что с ними делать. Мы выполним любой ваш приказ.

Я задумчиво посмотрела на людей Кеннета. Почему-то не возникло даже мысли, что они поступят иначе, чем я скажу, а вот в себе я сомневалась. В параллельной вселенной Хельда Беринская, наверное, могла бы хладнокровно отдать приказ убить. Добавить потом, как Делири: "Я хочу, чтобы он страдал" и дальше заниматься своими делами. Но трактирщица, обитающая на окраине королевства, увы, таким талантом похвастаться не могла.

— Думаю, наши гости осознали, что платить по чужим долгам я не намерена. Передам документы своему законнику, мы без труда выиграем апелляцию, — я сложила долговые расписки обратно в конверт. — Так что господа могут быть свободны. Хотела бы стать для них радушной хозяйкой, но увы, не могу. Сегодня номеров в трактире нет. Я вынуждена попрощаться и пожелать доброго пути. И спасибо за помощь.

— Мы рады служить будущей лине Делири, — Сокол ответил изящным поклоном. — Не извольте беспокоиться, отправим гостей-кредиторов обратно в ту дыру, из которой они вылезли. Можем даже положить в ту же канаву, где лежал Виктор. Как говорится, в дань светлой памяти вашего брата.

— Это лишнее, — я нервно улыбнулась. Что-то мне подсказывало, в дань светлой памяти Сокол мог и утопить неудачливых золотоискателей. В той же реке, под тем же мостом. — Просто проводите до границы моих земель. Дальше дорогу найдут самостоятельно. Не так ли?