Чтение онлайн

– Все равно я ничего не понимаю, - зло сказал Арви.
– Какой код? Какой энкаунтер? Чья эта реклама, и при чем тут Захария? Кто-нибудь объяснит мне в конце концов, что происходит?

– Ваш дядя был председателем европейского клуба энкаунтменов, - сказала Мерс, словно объясняла нечто необычайно тривиальное.

– А какое это имеет отношение к наследству?

– Самое прямое.

Арвидас покосился на смуглое ушко юристки.

– Понимаете, Арви, ваш дядя не оставил основную часть своих капиталов кому-то конкретно.
– Мерседес подняла меховой воротничок короткой кожаной куртки, очень похожей на натуральную.
– Наследство оформлено, так сказать, на предъявителя...

– На предъявителя?
– переспросил Арви.
– Что это означает?

– Это означает здоровую спортивную конкуренцию. В вашем мире что, совсем не играют в каунтер?

Арвидас помотал головой:

– Нет. Объясните, наконец, в чем суть.

Мерседес сделала рукой неопределенное движение:

– Суть в игре, в интеллектуальной охоте, в соревновании. Кто-то прячет, кто-то - ищет. Хозяин игры оставляет на маршруте заковыристые ребусы-загадки. Разгадываешь ребус, узнаешь путь к следующей подсказке, потом к следующей, и так до конечного пункта. Самый быстрый и догадливый из игроков получает приз. У нас это очень популярное, очень мобильное развлечение. Бывает, играют на деньги, бывает - на машины, бывает, играют тихо, бывает - со стрельбой и таранами...

– И что же мой дядя?

– Ваш дядя, - сказала Мерседес, - оставил тридцати пяти родственникам по тридцать пять тысяч ньюбов и по именному инси с поисковой программой. Каждый из вас получил шанс найти и зарегистрировать на свое имя остальные тридцать два миллиарда. Как говорится, пусть победит сильнейший.

– Стойте, - мрачно проговорил Арвидас, который уже чувствовал себя обманутым, - но дядя умер почти три года назад. Выходит, три дюжины моих троюродных родичей уже три года как выкапывают пиастры?

Брови Мерс на мгновение удивленно приподнялись.

– Нет-нет, - поспешно заверила она, видимо, сообразив о чем речь.
– Деньги пока никем не найдены.

"Черти что", - сердито подумал Арви.

– И теперь настала моя очередь?

– Вроде того.
– Мерс пожала плечами.
– Первый год вообще искали все кому не лень.

Теперь на лоб полезли брови Арвидаса:

– Выходит, степень родства тут роли не играет? (Мерседес серьезно помотала головой). И наследство может получить вообще посторонний человек?

– Ну, да.
– Гладкая шапочка-шлем из искусственной кожи качнулась.
– Награда достается победителю. Эксцентрично, но вполне законно. Ваш дядя был настоящим мастером энкаунтера и большим любителем загадок...

– Антре, - пробормотал Арви.

– Сейчас ажиотаж уже спал, - продолжала Мерседес, - а раньше за вашим роллсом уже тащилась бы колонна страждущих.

Арвидас с некоторой опаской вытащил из кармана драгоценный инсишник.

– Он кодирован, конечно, по Мазурскому, - сказал он рассматривая приборчик, - чтобы нельзя было взломать...

Мерс кивнула, и у Арви появилось ощущение, что он сказал глупость.

– У нас пять минут, - сказал подошедший сзади Нэш.
– Потом придется платить.

– Заплатим, - пробурчал Арви.
– Нэш, а вы играли в этот каунтер?

– В той или иной мере, - неопределенно сказал Нэш, разглядывая плакат.
– А что? Сомневаетесь в своих силах?

Арви мрачно промолчал.

– И напрасно, - сказал Нэш.
– По мне так грех не попробовать...

Арвидас взорвался:

– Да я даже не понимаю, в чем смысл этой подсказки!
– Он ткнул длинным пальцем в кристогласс.
– Какое солнце? Какие тройки?

– Подумаешь...
– проговорил сзади голос Турбо.
– Великая загадка...

Арви оглянулся. Мальчишка стоял, руки в брюки, возле дверей припаркованного роллса.

– Солнце, всходящее в середине - это гигвэй Центр-Восток. Тридцатка - кольцетрасса С30. Считать взад потому, что ехать нужно против часовой стрелки, в сторону западно-русской драйв-зоны. Самый высокий круг - это кольцевой сплит R15, у него есть шестнадцатый ярус. А дальше имеется в виду третья остановка для публичных экспрессов на третьем горизонте. Что тут непонятного?

– Тише ты, - сказал Нэш, оглядываясь на припаркованную с краю площадки черную юмако, и добавил, как бы между прочим.
– До тридцатой кольцетрассы гигвэя Центр-Восток недалеко, часов за двенадцать доедем. Не судите с разгона, сэр, выспитесь в дороге, нервы утрясете, развеетесь. А за такие деньги и поиграть не грех.

– По EU Центр-Восток ходит один из офисов нашей конторы, - задумчиво сказала Мерс.

– Цент-восток, так центр-восток,- проговорил Арвидас ворчливо.
– С чего вы решили, будто я отказываюсь?

Нэш широко улыбнулся.

– Тогда поехали, - сказал он.
– Раньше старт - ближе финиш. Только щит сфотографируйте. А то вдруг чего забудется.

Турбо, сплюнув в темноту, откатил двери и полез в салон. Арви разложил инсишник, сделал три снимка и, хмурясь, поспешил к роллсу вслед за тоненькой и прямой Мерседес.

***

Всю ночь Арвидасу снился дядя. Дудя что-то легкомысленное, Захария Страйкус вворачивал в голову Арви золотые винты. Не то чтобы это было больно или жутко, но как-то удивительно и непривычно.

Арви проснулся в смешанных и сложных чувствах. Уснуть снова не получалось и он лежал, глядя в потолок. В голове бежали путаные мысли. То думалось о выкрутасах судьбы и о том, что с покупкой "Энштейн-нуми" придется пока обождать, то о том, что он все же застрял на этой чертовой автопланете на неопределенный срок, то вспоминались гипники с С-П, то в голову лезли мысли о Мерседес. Единственное, о чем он не беспокоился, так это о поиске новой подсказки. Нэш оказался прав. Сон пошел Арви на пользу, и сегодня его переполняла энергичная уверенность и желание действовать.