Чтение онлайн

— О какой войне ты говоришь?

— О той, которая никогда не заканчивается, — сказал Магистр. — Как говорил один мой знакомый полководец, вся жизнь — война, и мы на поле боя.

— Долго ли можно прожить с такой философией?

— Ты удивишься, но достаточно долго, — сказал Магистр. — По крайней мере, тот мой знакомый полководец все еще жив и все еще где-то полководит. Что же касается этого моего знакомого…

— Виталика, — подсказала банши.

— Виталика, — согласился Магистр. — Тут все очень непросто. Во-первых, и об этом я подумал с самого начала, вся его история может оказаться враньем, которое он использовал в качестве предлога, чтобы наведаться ко мне и начать вынюхивать, не замышляю ли я.

— А ты замышляешь?

— Вы все сговорились, что ли? — поинтересовался Магистр. — Почему никто не верит, что я просто ушел на пенсию в поисках тишины и покоя?

— Наверное, потому что ты не похож на любителя тишины и покоя, — предположила банши.

— Я вообще похож на кузнеца, но, как говорил старик Квазимодо, кто мы такие, чтобы судить по внешности? — поинтересовался Магистр. — Во-вторых, если он не врет, и весь этот цикл смертей действительно имеет место, я бы предпочел считать его каким-то очень странным совпадением.

— Почему?

— Потому что мне доподлинно известно, что никаких высших сил, способных играть его судьбой, как листиком на ветру, и дергать его за ниточки, словно марионетку в театре кукол, не существует. Он равен мне. Ну, почти, — быстро поправился Магистр. — Он, в каком-то смысле, мой потомок. Если кто-то может так играть с ним, значит, он может играть и со мной, а этого быть не может.

— Опять же, почему?

— Потому что я видел творение этого мира и даже немного приложил к нему руку, — сказал Магистр. — И если бы кто-то из Архитекторов умудрился вписать в него такую могущественную сущность (хотя я и не понимаю, на кой черт бы он это сделал) от моего внимательного взора это обстоятельство бы не укрылось. К тому же, он говорил, что такая же фигня произошла с его двойником в параллельной вселенной, а тут уж точно не может быть никакой связи, потому что разные вселенные живут по разным законам.

— Выглядит, как интересная задачка.

— Выглядит, как полная фигня, — не согласился Магистр. — Даже если я найду способ заглянуть в прошлое, а далеко не факт, что я этот способ найду, учитывая, как он и его приятели это прошлое перелопатили, информация о его первой смерти вряд ли прольет свет на происходящее. Так что я склонен обозвать эту проблему «феноменом Виталика» и отложить ее в ящик с названием «правды мы никогда не узнаем».

— Звучит, как пораженческая стратегия.

— Пусть так, — сказал Магистр. — Я уже достаточно стар и мудр, и понимаю, что не все битвы могут быть выиграны, и не все вопросы могут получить ответы.

— Кстати, о битвах, — сказала банши. — Из подслушанного разговора я поняла, что как раз ему ты и проиграл одну из них.

— Ему и нескольким его соратникам, — согласился Магистр.

— Из-за чего она случилась?

— Ты точно хочешь это знать?

— Почему нет? Ночь достаточно длинная.

— А история-то довольно короткая, — сказал Магистр. — Это было обычное столкновение философских концепций. Мы немного подрались и выяснилось, что их модель будущего более жизнеспособна, чем моя, и они претворили ее в жизнь. Во что все это выльется в конечном итоге, разумеется, никому не известно. Может, все будет идти, как оно идет сейчас. А может, случится вселенская катастрофа и всех нас затянет в черную дыру.

— А что было бы, если бы ты тогда победил?

— История не знает сослагательных наклонений, — сказал Магистр.

Он вдруг с удивлением обнаружил, что его кружка пуста, и бутылка, из которой он ее наполнял, тоже, если не принимать во внимание несколько капель, которые выкатились из ее горлышка, когда он перевернул ее и потряс.

— Кто-то слишком много пьет, — заметила банши.

— Чем еще заниматься после честного трудового дня? — поинтересовался Магистр. Идти в домик за бутылкой ему было лень, и он достал новую из инвентаря. По вкусу и крепости она ничем не отличалась.

Пока он откупоривал новый сосуд и наливал себе в кружку, над верхушками деревьев скользнула черная тень.

Большая черная тень.

Огромная черная тень.

У нее были крылья и хвост, и довольно уродливая голова на длинной шее. А еще ее кто-то оседлал.

Кто-то не менее зловещий.

— Еще нежить, — сказал банши.

— На этот раз вполне ожидаемая, — сказал Магистр.

— Неприятности?

— Не думаю, — сказал Магистр. — Но ты на всякий случай лучше зайди в дом.

— Не хочешь, чтобы я помогла тебе в драке?

— Не будет никакой драки, — сказал Магистр. — А если и будет, то весьма скоротечная, ты и завопить толком не успеешь.

— А…

— В дом, — сказал Магистр.

Дверь за банши не успела закрыться, как на лужайку перед домом со странным металлическим лязгом приземлилась здоровенная виверна. Магистр разбирался в вивернах, и это был весьма впечатляющий экземпляр. Метров пятнадцать от уродливой башки до кончика уродливого хвоста, соответствующий размах крыльев, массивные лапы с длинными, кривыми и острым когтями, которые вспахали утоптанную площадку с легкостью широкозахватного культиватора, прикреплённого к «Джону Диру». Ну, и зловоние, конечно же. От виверны разило болотными газами и мертвечиной.

Наездник легко спрыгнул с мощной спины твари, и стало понятно, что источником металлического лязга были его доспехи.

Наездник был высок, худощав и слегка сутулился под весом черной, покрытой ржавчиной, брони. На поясе у наездника висели ножны с длинным мечом и кинжалом.

Верховный назгул, худший из них, смекнул Магистр. Признаться, он ждал другого, но готов был сыграть и в эту игру.

Назгул аккуратно открыл калитку и, продолжая лязгать броней, прошел по дорожке до самого крыльца. Он уставился на Магистра безжизненным взглядом своих пустых глазниц. От этого взгляда вздрагивали видавшие виды воины, ветераны множества битв, безусые юнцы и женщины теряли сознание, а старикам и вовсе был гарантирован инфаркт, но Магистр и бровью не повел, только глотнул еще бренди и выпустил клуб дыма в темные небеса.

— Тени удлинились, — сказал он.

Назгул смерил его еще одним взглядом, а потом уставился на пальцы Магистра, украшенные несколькими перстнями. Но нужного кольца, разумеется, среди них не было.

— Отдаю тебе должное, нависать ты умеешь, — констатировал Магистр. — От твоей фигуры так и веет угрозой. Твоей способности производить впечатление я дам десять баллов из десяти. Будь на моем месте кто-то более впечатлительны…

— Ты забрал кольцо у полурослика, — обвиняющим тоном прогудел назгул из-под черного рогатого шлема.