Чтение онлайн

– Откуда ты все знаешь?

Почти признался:

– Специально для вас, дамы, выучил.

Не поверили. Но это уже их дело... И с Наташей Валерия ровно себя вела, только раз сорвалась, когда девочка оступилась, набрала полный сапог воды.

– Ты что, не видишь, куда ступаешь?
– "Срыв" вполне в стиле Валерии: сухо, жестко, обличающе, но голоса не повышая.

– Я нечаянно, - оправдывалась Наташа.

Александр Павлович не вмешивался, ждал продолжения: как-то все будет, когда "портсигар" выключен? Было обычно.

– Вину на нечаянные обстоятельства сваливают только беспомощные и слабые люди. Я не хотела бы считать тебя таковой... Ну и что ты собираешься делать? Тут Александр Павлович счел дальнейшее воспитание неуместным. Поставил ногу на мокрый валун, посадил на колено Наташу, придержал рукой.

– Снимай сапог и носок. Помочь?

– Я сама...

– Еще бы не сама, - все-таки вставила Валерия, однако мешать не стала.

Наташа вылила из сапога воду, выжала носок.

– Не надевай его, - сказал Александр Павлович.
– Давай на босу ногу. В машине высушим.

В машине он включил печку и положил сапог и носок под струю горячего воздуха. Валерия его действия не комментировала. Согласилась на его опеку над дочерью?.. Не зная точного ответа, Александр Павлович все-таки решился: нащупал в кармане "портсигар" и нажал кнопку. Пусть поработает: Валерии не повредит, а Наташе, да и самому Александру Павловичу спокойнее будет. И потом: эксперимент-то надо продолжать.

Надо или не надо?..

Здесь Александр Павлович тоже не знал точного ответа.

– Конфликт улажен?
– спросил он.

– Какой конфликт?
– удивилась Валерия.

– С водой в сапоге.

– Я тебя не понимаю, Саша, - довольно раздраженно сказала Валерия. Конфликта...
– она выделила слово, - не было. Было обыкновенное замечание... Наташа, ты поняла?

– Поняла, - Наташа вытянула босую ногу между передними сиденьями, рядом с ручником - ловила горячий воздух из печки.

– Вот и все, - подвела итог Валерия.

Конфликта не было, подумал Александр Павлович. Верно: для Валерии это не конфликт. Ерунда, повседневность, обычность, обычный "воспитательный" эпизод. Не включи Александр Павлович "портсигар", все равно тема была бы исчерпана.

Но "портсигара-то включен...

Тогда откуда раздраженность в голосе Валерии? По логике, она должна кроткой стать, мягкой и ласковой - ни тени агрессивности. А Почему, кстати, ни тени?.. Вполне женская черта характера. Нормальная Валерия, без влияния "портсигара", по пустым поводам раздражаться не стала бы, она, даже когда злится, ни за что не выйдет из себя, голоса не повысит.

...Александр Павлович глянул на указатель уровня топлива: батюшки светы, красная лампочка загорелась, эдак не только до Москвы - до Абрамцева не дотянуть... Помнится, где-то на выезде из города заправочная колонка стояла; талоны на бензин есть, там и заправимся.

– Тронулись?..

Ответа Александр Павлович не ждал, сам "тронулся", без согласия общественности. Общественность в лице Наташи взяла из-под печки носок, сказала ликующе:

– Совсем высох!
– оделась, ногой притопнула: - И ничего страшного.

– Никто и не боялся, - заявила Валерия. Дождь кончился, в обложном небе появились голубые прорехи, в одну из которых выглянуло солнце, высветлило мокрую траву вдоль шоссе, зажгло ее.

Валерия приспустила стекло.

– Где твоя колонка?

– С километр отсюда. Или чуть больше.

– Останови, мы с Наташкой пройдемся. Там небось очередь; пока ты заправишься, мы до колонки и дойдем. А то обидно: были за городом, а лесом даже не подышали.

Александр Павлович выехал на обочину, затормозил. Валерия и Наташа вышли - обе в одинаковых красных куртках, в красно-синих резиновых сапожках, обе тоненькие, - и Александр Павлович впервые отметил, что они похожи. А собственно, что удивляться: не чужие ведь...

– На все про все вам - полчаса. Хватит?.. Только к колонке идти не надо. Здесь гуляйте. Леса навалом.

– Почему не идти?

– Я этот километр от фонаря взял. А если три? Или пять? Нет уж, так спокойнее: выйдете через полчасика на дорогу, я и подъеду. А вы по лесу погуляйте, а не вдоль шоссе.

– Уговорил, - засмеялась Валерия.
– Только полчаса, не дольше...

Александр Павлович был прав: до колонки оказалось пять с лишним километров. Они бы их час пехом одолевали... Заправился он быстро, выехал на шоссе, развернулся, погнал назад. Думал: успеет своих дам отыскать и сам с ними по лесу пройдется, сто лет на природу не вылезал, плесенью покрылся. Впереди газовал "МАЗ" с прицепом, ничем, видимо, не груженным: его болтало из стороны в сторону. Александр Павлович включил "мигалку" и приноровился пойти на обгон, но в это время сзади на встречную полосу выскочила серая "Волга", громко сигналя, рванулась вперед, стремительно опережая и Александра Павловича, и "МАЗ". Она бы успела это сделать, но вдруг навстречу, из-за поворота, из-за лесного островка, возник автобус, и "волгарь" резко принял вправо, трудно втискиваясь между "МАЗом" и "жигуленком" Александра Павловича, притормозил, чтобы - не дай бог!
– не "поцеловаться" с автобусом. Серый багажник "Волги" внезапно очутился в опасной близости от капота "жигуленка", Александр Павлович несколько раз прижал педаль тормоза, "покачал" его чуть-чуть, отлично помнил он о мокром и скользком дорожном покрытии, но полысевшая резина не смогла удержать машину; "жигуленок" легко, как на лыжах, понесло вперед, и Александр Павлович еще успел выкрутить руль, увести машину к обочине, и все же не избежал столкновения, мазнул своим передним крылом по заднему "волгаря".

"Волга" проехала еще метров десять и встала. "МАЗ" маячил где-то далеко впереди, его водитель даже не заметил, наверно, что случилось. Или углядел в зеркальце, но задерживаться не стал: он-то тут при чем?..

Шофер "Волги", казенной, судя по номеру, - здоровенный мордастый парень в ковбойке - сначала обошел свою машину, оглядел крыло, на корточки присел, изучая вмятину, потом направился к Александру Павловичу, который так же сидел на корточках перед смятым в гармошку левым крылом "Жигулей", тупо смотрел на рваное железо, на причудливо изогнутое кольцо от фары, на ее осколки на черном асфальте.

– Чего делать будем?
– спросил "волгарь". Он был настроен миролюбиво, понимал, что виноват в аварии больше, чем Александр Павлович, но еще он прекрасно понимал, что вину эту вряд ли докажешь: свидетели разъехались от греха подальше, а для милиции - кто сзади, тот и ответ держи, соблюдать дистанцию надо, о том в правилах написано.

Александр Павлович правила помнил, но гнев собственника, которым он был сейчас обуян, почему-то невероятно усиливал веру в святую справедливость.

– Разберутся, - мстительно сказал он.