Чтение онлайн

— Мэтт, я говорю не о ресторане.

Мэтт сунул руки в карманы.

— Я знаю, о чем ты говоришь.

— Она остынет.

— Не думаю. И, честно говоря, не смогу винить ее, если она возненавидит меня навсегда. Я только и делал, что подводил ее с тех пор, как вернулся. Я сам все испортил.

— На самом деле виноват я. Не надо было мне совать свой нос. Пусть бы у тебя с Эмили все шло само собой.

— Само собой? То есть ты знал, что между нами…

— А кто этого не знал? С восьмилетнего возраста вы были как сиамские близнецы. Ух, как я ревновал! Будто у вас был некий секретный клуб, в который меня не пригласили. Когда ты уехал в колледж, она не находила себе места. Я знал, что между вами что-то произошло. Тебя все не было, а она тратила слишком много сил, пробуя притвориться, что ей все равно. Сделать так, чтобы вы снова встретились, было чертовски сложно. Почти невозможно.

Мэтт не мог поверить своим ушам.

— Так это ты все устроил?

— Более или менее.

— А как же ее друг? Это тоже было частью твоего плана?

— Нет, я действительно подозревал его, но только не знал, что они никогда не были вместе. Однако я чувствовал, что тут что-то не так. Она не выглядела счастливой.

— А то, что он замешан в чем-то незаконном?

Тайлер усмехнулся.

— Ну, это я выдумал. Пришлось назвать тебе серьезную причину, чтобы ты захотел помогать нам. Ты достиг успеха, но у тебя в жизни не было совсем никакого направления. Бизнесмены, с которыми ты обедал, женщины, с которыми ты встречался — это все не твое. А Эмили, знаешь ли, стала совсем невыносима после того, как ты уехал.

— Не говори ей этого.

— Уже сказал.

Мэтт поднял брови от изумления.

— И ушел целым и невредимым? Как тебе удалось? Она больше всего на свете ненавидит то, как ваши родители распоряжаются ее жизнью.

— Я сказал ей, что сделал это, потому что устал смотреть, какие вы оба несчастные. А я слишком люблю вас обоих, чтобы не попытаться помочь вам.

Очень редко Тайлер или Мэтт выказывали друг другу чувства привязанности, и Мэтт ощутил неловкость.

— И что тебе ответила Эмили?

— Вмазала мне кулаком в живот. А потом стала плакать и обнимать меня.

На парковке возле ресторана послышался шум, и, повернувшись, Мэтт увидел, что прибыл автокран, который будет ломать здание.

— Вот и все, — сказал Мэтт.

— Ты действительно позволишь им победить тебя?

— Дело не в победе или поражении. Правда в том, что мне все равно, как в этом городе думают обо мне. Я устал непрерывно доказывать свою состоятельность. Я знаю, чего достиг, а остальное для меня не имеет значения.

— А что ты собираешься делать потом? Строить новый ресторан где-нибудь еще?

— Пожалуй, я продам все мои рестораны. У меня уже есть пара приличных предложений. Немного передохну, а там посмотрим, чем мне захочется заняться. Но когда я думаю, что всю жизнь так и буду один… без Эмили… — Он покачал головой, не в силах говорить от волнения, сжавшего ему горло.

Тайлер сжал рукой плечо друга.

— Дай ей время. Она придет.

Бригадир крикнул, чтобы люди вышли из опасной зоны. Мэтт бросил последний взгляд на недостроенный ресторан и отвернулся.

— Насколько все плохо? — спросил Алекс, сидевший на углу стола Эмили.

— Если мы будем экономить, то, может быть, до конца лета продержимся.

Алекс поднес к губам бутылку с диетической содовой и сделал глоток.

— Неприятно…

— Неприятно? — повторила Эмили, едва сдерживая раздражение. Если бы у нее не болела рука после того, как она стукнула брата, то она разбила бы Алексу нос. — Я говорю тебе, что нам придется закрыться, оставив весь персонал без работы, и ты только можешь сказать «неприятно»? Я совсем выбилась из сил, пытаясь удержать на плаву наш бизнес!

— Чего ты переживаешь? Твои родители продают тебе землю, и у тебя скоро будет собственный цветочный магазин.

— Да, — неохотно согласилась Эмили.

Она должна бы быть в восторге. Родители оформят документы на ее имя, как только она заплатит три четверти цены; остальное надо будет выплатить в течение двух лет.

Они наконец-то приняли ее всерьез. Эмили получила все, к чему стремилась, но почему-то совсем не испытывала удовлетворения.

Сначала она решила, что в этом виноват Конвей. Но после утреннего разговора с Тайлером ей стало трудно продолжать сердиться на Мэтта. Парень, конечно, виноват, хотя и был обманут.

Значит, дело не в Мэтте? И вдруг Эмили поняла, почему ее не радует цветочный магазин. Ей не хочется расставаться с «Марлетт Лэндскейп». Иногда бывало трудно, иногда не хватало сил, но Эмили любила свою работу, и, даже если она уйдет, ей хотелось быть уверенной, что питомник будет открыт и в будущем году.

А Алексу, казалось, питомник был совсем безразличен.

— Вот скажи мне, — произнес Алекс, наклоняясь ближе к Эмили. — Если бы ты могла бы иметь все в мире, что бы ты выбрала?

Она ответила не задумываясь:

— Я бы хотела иметь такой питомник, как «Марлетт Лэндскейп».

— А если бы у тебя был шанс купить его? Купила бы?

— Я разорюсь, не успев начать работу. У нас больше нет заказчиков.

— А если бы у тебя было достаточно заказчиков, чтобы не разориться?

Хотела бы она знать, к чему он клонит. Он был похож на фокусника, что-то прячущего в рукаве.

— Алекс, в чем дело? К чему эти вопросы? Ты что-то знаешь о потерянных заказах?

Алекс усмехнулся с очень довольным видом.

— Напряги мозги, Эм. Как ты думаешь, откуда я знаю, что твой миллионер не обращался в другие питомники? Кто имел доступ ко всей информации о тех заказах, которые мы потеряли?

— Это сделал ты? — спросила Эмили, не веря своим ушам. — Так это через тебя утекала информация?

— Странно, что ты до сих пор не сообразила этого.

Его предательство было столь страшно, что Эмили оцепенела.

— Почему ты сделал это? Я так тяжело работала, чтобы…

— Компании всегда лучше покупают, когда им угрожает банкротство. Моя мать сыта делами по горло, и она хочет продать питомник. Ты купишь его буквально за гроши.