Чтение онлайн

– Уютно у вас. Жить можно. Я никогда не был в общаге, – признался Игорь, нелепо засунув руки в карманы.

– И я предпочитаю спать дома, – призналась Алена. – Хотя тут провожу много времени. Тут веселее и знакомых много.

– Туса у нас кипит круглосуточно, – подтвердил Гена, блестя угревой сыпью и болезненным видом, отчего Игорь усомнился в спортивных способностях громилы.

– А вы на кого учитесь? – учтиво спросил Игорь. – Я «Бауманку» закончил.

– Значит, свой! – вмешался Артем. – Я на мехмате.

– А я с химфака, – промямлил Гена. – Химичим потихоньку. На нас сейчас опала пошла. Слышали о взрывах в корпусах? Наши ребята постарались, я многих лично знал, кого-то отчислили, кого-то отмазали.

– Так это давно было, – важно заметил Артем.

– Вот время летит! – свистнул Гена. – Я уже два академа отгулял. Ушел бы служить, но команда не отпускает.

«Значит, верно баскетболист», – прикинул Игорь.

– А чем займешься после диплома? – с подвохом спросила Алена, – кому сейчас химики нужны? Пойдешь на казенное предприятие за вредность сидеть?

– Разберусь как-нибудь! А кому нужны психологи? – огрызнулся Гена. – Пользы от вас ноль! Вы вообще в людях не разбираетесь. Развелось вас, как тараканов, и куда вы все расползаетесь? Морить вас надо или давить! Химия – наука, а психология – фуфло. Ее потрогать нельзя. Кому она сдалась?

– Вот не разбираешься в психологии, поэтому тебя все за хвост и вертят, – спокойно парировала Алена, всегда готовая к любым нападкам. – Почему ты два года числился в академе и не вылетел – психология деканата. И почему ты в резервном составе постоянно лямку тянешь – психология тренера. А почему ты все это терпишь ? – твоя убыточная психология личности.

– Ты в мою душу не лезь. Чужая душа – потемки! Слышала афоризм?! А незваный психолог – хуже татарина.

– Да, согласна, просто хотела помочь, – зевнула Алена. – Такая у меня профессия – помогать людям, открывать глаза на ошибки, но если не хочешь, как хочешь.

– А я считаю, что психологи очень полезны, – встал Игорь на защиту подруги. – Они позволяют взглянуть на себя со стороны. И каждый сам по себе рано или поздно становится психологом, кто-то быстрее, кто-то медленнее, по индивидуальной дистанции.

Алена поглядывала на компанию свысока. Игорь не знал, что сказать, а от него ждали остроумных фраз, ведь он старший и имеет официальное высшее образование. Но он ощущал себя глупцом, слегка дефективным, почти стариком, от которого отвернулась прогрессивная часть общества, отказавшись брать на броненосец «Потемкин», чтобы громить неугодных преподавателей. А джинсовая толстушка глазеет на него чуть ли не с отвращением, удивляясь, зачем этот халуй сдался ее прекрасной подруге?

Нестерпимо хотелось уйти, но смелости на поступок не доставало. Игорь преданно глядел на Алену и успокаивал себя, что он умнее разнузданных малолеток. Нужно показать класс и доказать, что после института жизнь только начинается, хоть он и волочит жалкое существование, но ни в коем случае нельзя признаваться в слабости. Они заклюют, опустят, задавят, выгонят прочь, и он обязательно окажется виноватым. Придется что-то вещать поколению «X», но в этом сквозит прореха.

Вдруг как по волшебству на столе появились граненые стаканы. Артем откупорил бутылку водку. Света ехидно понюхала пробку. Гена залпом выдул сто грамм и запил пивом. Под нажимом общественности Игорь опрокинул стакан до дна, чуть не поперхнувшись. Гена тут же подлил остаток и произнес тост про удачную сессию и незабываемое лето в Крыму. Игорь поддержал рвение активиста и заметил, что как-то подозрительно быстро опьянел и уже еле держится на ногах.

Резкое чувство невесомости охватило тело. Он пытался вгрызаться ногтями в пол, хватался за половик, но отчетливо виделось, что он улетает в сторону форточки, а Генка то удлинялся, то сплющивался и курсировал из угла в угол, а Артем разделялся на части, расползаясь по обоям волнистыми ужами. Затем Игорь увидел себя изнутри, как по пищеводу медленно сползает гремучая смесь, ошпаривая слизистую, и плавно перетекает в желудок, обжигая стенки боксерскими ударами и распадаясь на жукообразные фрагменты под воздействием кислоты и ферментов.

Алена облизывала губы и жадно впивалась в Игоря, пытавшегося спастись от парения, хватая стулья и Генку, превратившегося в чумазого крокодила, отбрыкиваясь волосатыми щупальцами с липкими ногтями.

– Вот теперь вы абсолютно расслаблены, – с облегчением произнесла Алена. – В таком состоянии и начинается медитация.

– Медитация? – спросил Артем, – что это?

– То, что происходит с тобой сейчас, – легко пояснила Алена. – Медитация похожа на транс – особое состояние сознания, которое в том числе может быть обусловлено употреблением особых веществ и привести к непредсказуемым последствиям. Гораздо безопаснее управляемое состояние, используемое гипнотизером с помощью набора внушений, значимых для гипнотизируемого. Так испытуемый даже не знает, что находится в трансе. Сейчас особой популярностью пользуются эриксоновские техники – транс без транса. Гипноз без гипноза. Так нас учил профессор, точнее, будет учить. Я опережаю программу. В трансе используется живой язык, звуки образов, а не хрестоматийное повторение банальных паттернов.

– Я снова выпил лишнего, – признал Артем. – Опять не попаду на зачет.

– Зато к тебе пришла благодать, – причитала Алена. – Цени и действуй.

– Уж лучше медитировать, чем на паре сидеть, – вторила Света. – Я улетаю в космос…

Она взметнулась к потолку и тут же приземлилась, а Игорь прочно сидел на полу, прилипнув к мокрому коврику пятой точкой. Его будто придавливало к полу, и если бы не бетонные перекрытия, он бы проломил этажи и пробил грунт, просочившись до карстовых пород или даже до земного ядра.

– Подумайте о приятном. Что вы хотите? – предложила Алена, подогнув под себя колени.

– Я уже ничего не хочу, – прошептал Артем.

– Я хочу Артема, – прошептала Света.

– Ты хочешь меня?

– Да, очень.

– А почему раньше молчала?

– Стеснялась.

– У меня никогда не было женщины, – беспощадно прошипел светило науки.

– А у меня не было мужчины.

– И то, и другое очень даже приятно, – сладко вещала Алена, окутывая трансом душную комнату.

Под лампой нависали клубы табачного дыма, а за окном по-прежнему расцветала осень с моросящим дождем. Где-то возле карниза протекала крыша, и капля за каплей тарабанили по ржавому подоконнику, просачиваясь в щели как в игольные ушки.

Игорь сосредоточенно думал о данностях мироздания, стараясь познать дзен, словно это новое психологическое задание, созданное исключительно для него.

– Вы в особом состоянии сознания, – звучал пронизывающий голос. – Чувствуйте, как все ваши клеточки наполняются теплом, вы отданы сами себе, вы слушайте только мой голос, и вы принадлежите мне. Настраивайтесь на неповторимый ритм. Я слышу, как бьется ваше сердце. Оно просит отдыха, оно отдыхает. И ваши сердца стучат в такт моим словам.