Третье небо
Шрифт:
Некоторое время ничего не происходило. В водительское окно коротко стукнули. Водитель молча опустил его.
– Лейтенант Петренко. Здесь стоянка…
Внутрь заглянуло лицо и уставилось на Демьяна: это был тот самый полицейский, которого он в прыжке пнул, освобождая заключённого. Демьян инстинктивно попробовал скрыться за подголовником, но его уже узнали.
– Из машины, – сказал полицейский. – Немедленно.
Водитель поманил полицейского двумя пальцами, а потом показал себе за спину.
– Он со мной, лейтенант, – сказал Андрей Валерьевич.
– Прошу прощения, – сказал полицейский после длинной паузы. – Работа такая.
Демьян прикрыл глаза.
«Работа такая»!
Всё. Он – на стороне силы. Это нужно использовать по максимуму.
По максимуму.
Отомстить. Заработать.
Но нужно быть осторожным. Очень. Эти ребята… Если полицейский отстал, только увидев их, значит, с ними нужно быть очень внимательным. Ничему не верить. Помнить про свои цели.
И вовремя слиться.
Былые места: помещения, улицы, города, которые сохранены в памяти человека, которые важны для него, все они хранят призрачный слепок прошлого, и зайти в привычные прежде стены – всё равно что соединиться с собой, тем самым, из тех времён. Это как переместиться в прошлое, одеться в наряды тех эмоций.
Переместиться, вспомнить и заново обрести себя.
Внутри всё было почти таким же, как запомнил Демьян.
Почти.
У дверей стоял боец: защитного цвета форма, чёрные налокотники, перчатки, разгрузка. Калаш. Лицо его было скрыто под балаклавой. Он переминался, поглядывая на Руту.
Рута!
Та самая низкая смуглая девушка, что была здесь при побеге Асмиры.
Рута стояла за прилавком. Руки она подняла за голову, и от этого Демьян непроизвольно сглотнул.
Подошёл ближе.
– Внутрь, – сказал Андрей Валерьевич.
Демьян протянул ладонь.
Потрогал её грудь. Потом вторую.
Она стояла, отведя покатые свои плечи назад, и глядела на Демьяна. Безмятежно, высокомерно – как это у неё выходит с таким ростом?
– Шлюха, – зачем-то сказал Демьян.
Рута насмешливо блеснула глазами, но ничего не ответила.
«Я вам тут разнесу всё к чертям, а потом будь что будет», – весело подумал Демьян, и зашёл за прилавки. Он чувствовал, как слабость и безразличие его прошли, а на их место накатили пружинящие у сердца ярость и бешенство: теперь они ответят.
Месть: пункт первый.
А там поглядим.
В коридоре уже убрались: картины развешаны были на стены, скульптуры поставлены вдоль прохода, реквизит в виде вычурной ювелирки выложен на полках. Как и тогда. Во время импровизированной экскурсии Герхарда Рихардовича.
В зале, там, где на экране продолжала крутиться реклама, лежали люди.
Их было четверо, все они держали руки на затылках, уткнувшись лицами в пол. Не шевелились. Рядом переминались двое бойцов. Им было скучно.
Демьян присел, чтобы разглядеть лежащих.
Тот медведь. Местный их начальник охраны. Упустивший и Асмиру, и дробовик. Макс. И пара незнакомых ему охранников.
– Привет, Макс, – ласково шепнул он, а потом поднялся и саданул ему со всех сил ногой в рёбра.
Макс сжался.
У Демьяна остро заныли пальцы ноги.
Приятные ощущения.
– Выпрямился, – сказал боец.
Макс, натужно извиваясь, кое-как растянулся и замер. Демьян пнул его ещё раз, в задницу, и прошёл в приёмную.
Андрей Валерьевич держался у него за спиной.
Они двинулись по коридору: вот здесь у них стоит кресло… да… вот здесь ещё одно… правильно… не всё, значит, стёрли, сволочи… а вот здесь когда-то сидел он сам… должен был сидеть, если бы не ворвавшаяся и освободившая его тем самым Асмира.
Перед одной из дверей их ожидали. Ещё один боец и полная рыжеволосая тётка на инвалидной коляске: лет тридцати, а может, чуть больше.
– Шик! Наконец-то пришли! – сходу заявила тётка и кивнула на бойца. – Не прошло и полугода. Уберите этого. Меня не пускают.
***
Чтобы получить желаемое, нужно придерживать себя, не быть слишком напористым, иначе можно спугнуть удачу, ведь она, на самом деле – сумма настроя и правильных выборов, и очень поэтому чувствительна к интенсивности тех усилий, которые прилагаются для её достижения.
Боец ненадолго, на полминуты, придержал Демьяна, и когда он вошёл внутрь, дальняя часть кабинета оказалась перегороженной ширмой. Там разговаривали.
– Я вам во второй раз повторяю! – услышал Демьян голос Герхарда Рихардовича, и сел на одинокий стул у двери. – Это частная компания! На каком основании вы здесь находитесь? Вы из налоговой? У нас всё в порядке. Давайте пригласим бухгалтера. И юриста.
– Не нужно, – сказал Андрей Валерьевич. – Мы не из налоговой.
– Тогда что…
– Где шарики? – спросил Андрей Валерьевич. – Они здесь, в кабинете?
– Какие ещё шарики? Вы о чём вообще?
– Покажите шарики.
– Да вы… кто вы такой? У меня нет времени. Нет. И я не буду вести тут с вами бессмысленные беседы. Если нужно попасть на приём, запишитесь у Руты. Это там, на входе. А сейчас прошу не задерживать меня. Прекратите… Не трогайте меня!
– Сядьте. Да. Вот так. Давайте начнём сначала. Притворимся, что мы вот только что увидели друг друга. Вы можете это сделать?