Чтение онлайн

Интересно, сколько артефактов потребовалось для создания одной-единственной камеры? Или ее можно считать одним гигантским артефактом? Ну-ка, посмотрим… Подавители пси-активности, ментальные блоки, гипноподавители, энергопоглотители, щиты различной конфигурации, покрытые многослойной композитной броней стены… В ментале постоянно находится прикормленный дух – на тот случай, если сидельцу удастся призвать кого-то из тонкого мира. Неплохо потрудились. В здании наверняка дежурит не менее взвода подготовленных бойцов, способных помешать побегу любого подозреваемого. Сергей Родионович вполне обоснованно сомневается в моей способности сбежать отсюда. Впрочем, насколько я его знаю, охрану он в любом случае утроит.

Телевизора или, на худой конец, радиоприемника в камере не было, поэтому о происходящих во внешнем мире событиях оставалось только гадать. Идеальные условия для пророка. Доступ информации из человеческих источников затруднен, зато грань с миром духов необычайно тонка и в то же время надежно прикрыта. Тишина, покой. К сожалению, я могу похвастаться лишь стандартной подготовкой аналитика, и не более. Однако даже тех огрызков предвидения, которыми обладает каждый псион и развить которые в полноценный талант никому пока должным образом не удается, хватает, чтобы почувствовать надвигающуюся угрозу. Опасность нависает либо надо мной, либо над моими близкими. Задерживаться здесь больше нельзя.

Ментал считается царством духов, в нем правят бал энергии. Тонкий мир существует по своим законам, отказываясь воспринимать понятие материи и привлекая бешеное любопытство исследователей. До недавних пор считалось, что перемещенный из нашей реальности предмет в ментале либо распадется, либо перейдет в иную, энергетическую форму, сохранив часть изначальных свойств или превратившись в их отражение. Сколько теорий выдвинули философы и физики, сколько копий поломали – не перечесть. Я же совсем недавно провел натурный эксперимент и, по сложившейся традиции, никому о нем не сказал. Решил, что раз уж здоровая паранойя выручала меня раньше, то и сейчас нужно ее послушаться.

Вызов Навьего Князя и последующий за ним провал в иное измерение ведь можно трактовать как удачный опыт, не правда ли?

Сейчас в ментале находится часть меня. Слепок с души, дополнительная личность, худо-бедно разбирающаяся в местных законах. Можно сказать, ребенок духовного мира и одновременно центр притяжения для многочисленных теней умерших, обитающих в нем. Опора, стержень созданного куска реальности с заданными свойствами. Я непрерывно связан с ним – примерно так, как мозг связан с рукой, – и вынужден постоянно отслеживать происходящие с моим альтер эго изменения. Иначе шизофрению заработаю… Впрочем, жаловаться грех. Хотя звучит сложно, на самом деле занятие это однообразное, занудное и отнимающее от силы минут десять в сутки.

Но ведь у каждой монеты есть две стороны. Любое явление имеет как свои плюсы, так и минусы.

Основным достоинством собственного домена в ментале является возможность полностью контролировать теней. Теперь призраки не крутились возле меня постоянно, а приходили исключительно по вызову. Причем приходили быстро. Однако заключенным с осколками человеческих душ пактом приобретенные мною выгоды не ограничивались, и сейчас я собирался воспользоваться еще одним полученным недавно призом. Полностью переместиться в ментал, с тем чтобы впоследствии вернуться в материальный мир в другой точке пространства. Однажды я уже проделывал нечто подобное, теоретическая база есть, но сознательно идти на столь рискованный шаг пока что нужды не возникало. Теперь – обстоятельства заставляют.

Дверь в камере стояла банковская, стальная, толщиной сантиметров двадцать. Я постучал по ней костяшками пальцев и с удовольствием почувствовал, как она содрогнулась. Если знаешь, как бить, особая сила не нужна. На той стороне заволновались, на вмонтированном в дверь маленьком мониторе немедленно возникла физиономия охранника:

– Да?

По крайней мере, обошлось без классического «чего нада?».

– Какие-нибудь сообщения от Иванова есть?

– Нет, он ничего не передавал.

– Жаль.

Что ж, спасибо этому дому – пойду к другому. Только дождусь, пока внимание к моей персоне чуть ослабнет. Для бегства не нужны сложные знаки или ритуалы – достаточно войти в правильное состояние. Тогда никакие блоки не смогут меня задержать, сущая в ментале частица сама притянет остальную часть к себе. Для перехода в тонкий мир не нужны ни операции с пространством, ни сложнейшие ритуалы по призыву духов. Только я сам, моя идея и воля.

Первый шаг. Сознание привычно очистилось от посторонних мыслей, превращаясь в чистую поверхность. Tabula rasa, новый лист, по которому можно писать все, что угодно. Разум ребенка, не скованный условностями воспитания и свободный от наложенных обществом догм.

Шаг второй. Из океана тишины и покоя словно бы всплывает сероватая пульсирующая точка. В том состоянии, которое сейчас овладело мной, ее отличие от окружающей действительности очевидно, хотя и не имеет никакого значения – ведь реальности не существует. Пространство и время превращаются в математические символы, доступные на интуитивном уровне и не осознаваемые разумом.

Третий шаг. Точка растет, поглощая несуществующие границы, заполняя собой все, превращаясь в единственно доступную реальность. Исчезают чувства, мысли становятся плоскими и одномерными, из множества вариантов развития событий допустимо возможными становятся единицы. Пространство превращается в равнину, наполненную разными оттенками серого, небо можно достать рукой, вокруг возникают сотни, тысячи теней… Здравствуй, ментал.

По сравнению с предыдущим разом и обстановка, и я сам изменились. Созданный моей волей домен обрел некоторое подобие привычных трех измерений, а мое тело получило кое-какую материальность. Пусть кажущуюся, зато удобную. Сознание переводило ощущения от местных реалий в привычные ему образы, понемногу адаптируясь к нечеловеческим условиям. С другой стороны, не дано псионам воспринимать пучки энергий частью себя, получая и перерабатывая колоссальные потоки информации. Исчезает промежуток между ответом и вопросом, они существуют в единой завершенности. Одно из двух – или я со временем перестану понимать разницу между миром смертных и менталом, или научусь четко отделять одно от другого, получив дополнительные органы чувств.

Мое сознание парило в пустоте, являясь центром и основой. Рядом кружился хоровод теней. Десятки, сотни, тысячи мертвецов, давно ушедших и еще не родившихся, слитых воедино и отличных от соседей, стремились засвидетельствовать свое почтение создателю этого места. Если бы я мог думать словами, то назвал бы их желание естественным – ведь у них наконец-то появился дом, маленькая псевдореальность, где ненадолго утихает их жажда жизни. Но сейчас я не мыслил, не чувствовал – в человеческом понимании – и даже не действовал, вместе с тем являясь пониманием и деянием во плоти.