Чтение онлайн

Биару было больно за друга. Всего несколько часов назад поговорив со своим отцом и испытав любовь и гордость, которые исходили от таких чистых, незамысловатых отношений, он не мог себе представить, что чувствует Джордан.

— Прости, приятель, — сказал Биар. — Хотел бы я, чтобы было что-то, что я мог бы сказать, что помогло бы.

— И я хотел бы, чтобы я мог что-то сделать, чтобы все это стало лучше, — ответил Джордан. — Я чувствую, что… как будто это моя вина, понимаешь? Как будто он был там только потому, что каким-то образом знал, что я буду там. И он хотел заставить меня заплатить.

— Выбрось это из головы, — твердо сказал Биар. — Ты не несешь ответственности за действия своего отца так же, как я не несу ответственности за то, что Эйвен сделает дальше.

Джордан замолчал, и Биар не был уверен, слушает ли он или слишком погружен в собственные страдания, чтобы расслышать, что говорит Биар.

Когда это затянулось дольше, Биар в конце концов сказал:

— Ты действительно хочешь сделать что-то, что могло бы улучшить ситуацию?

Джордан издал утвердительный звук.

— Тогда у меня есть план, — сказал Биар. — Но нам обоим нужно немного поспать, если мы хотим, чтобы это сработало, так как когда наступит утро, мы должны быть готовы.

— К чему? — спросил Джордан, его одеяло зашуршало, когда он перевернулся лицом к Биару.

— Завтра мы возвращаемся в Грейвел, — сказал Биар. — И мы сделаем все возможное, чтобы убедить старейшин прислушаться к нам.

Джордан немного помолчал, а затем произнес:

— Я всегда знал, что есть причина, по которой ты был моим лучшим другом, ты сумасшедший, отчаявшийся дурак.

— Аналогично, приятель. — Биар ухмыльнулся в темноту. — Аналогично.

— 8-

Несмотря на заявления о том, что им нужно было немного поспать, Биар беспокоился всю оставшуюся ночь, не в состоянии справиться с чем-то большим, чем легкая дремота. Еще даже не рассвело, когда он, наконец, сдался и откинул одеяло, а Джордан уже проснулся и тоже был в движении.

Одевшись и приготовившись, они вдвоем обсуждали, стоит ли будить Алекс и Д.К., чтобы они взяли их с собой, когда раздался стук в дверь. Учитывая ранний час, они вопросительно посмотрели друг на друга, прежде чем открыть его, чтобы увидеть Д.К..

— Алекс не вернулась в наше общежитие прошлой ночью, — сказала она без предисловий. — Сорайя тоже.

Биар почувствовал укол беспокойства, но он подавил страх и предложил самое логичное заключение.

— Она, вероятно, осталась с Кией и Заином в Драэкоре. Они заметили, что она расстроена… должно быть, хотели присмотреть за ней. И Сорайя будет рядом, где бы ни была Алекс, оберегая ее.

Д.К. кивала в знак согласия, вероятно, предполагая то же самое, но Джордан все еще выглядел обеспокоенным. После всего, через что он прошел с Эйвеном, он теперь больше защищал их всех. Особенно Алекс, поскольку ее жизнь, казалось, находилась под постоянной угрозой. Но Биар знал, что нет смысла беспокоиться, пока у них не будет причин для беспокойства, и он выдержал взгляд Джордана, молча сообщая ему об этом. Джордан вздохнул и кивнул, его напряжение несколько ослабло.

Д.К. наблюдала за ними обоими, а затем выгнула бровь, указывая на них, полностью одетых.

— Дайте угадаю… мы возвращаемся в Грейвел?

Биар не смог скрыть своего удивления. Как и Джордан.

Д.К. фыркнула, заметив их реакцию.

— Пожалуйста. Как будто я до сих пор не знаю, что вы оба думаете.

— Это страшно, — пробормотал Джордан, но, несмотря на это, он притянул ее в свои объятия и поцеловал в висок.

— Вы планировали пригласить меня с собой, верно? — спросила Д.К., ее интонация была достаточно резкой, чтобы они могли дать только один ответ.

— Мы как раз направлялись за тобой, — быстро сказал ей Джордан… почти слишком быстро.

Если бы Деклан был с ними, он бы почувствовал обман, но, к счастью, у Д.К. не было собственного внутреннего детектора лжи.

Однако… каким-то образом она, казалось, все еще знала, что это не вся правда, потому что все, что она сказала, было:

— Хм…

— Давайте, э-э, начнем, — сказал Джордан, явно стремясь сохранить благосклонность Д.К..

— Как именно ты планируешь доставить нас всех в Грейвел? — спросила она. — Особенно без Алекс здесь, чтобы открыть дверь Библиотеки?

У Биара уже был ответ на этот вопрос… в основном потому, что он проводил мозговой штурм вариантов в те часы, когда ему следовало спать.

— Каспар Леннокс, — сказал он. — Мы идем прямо к нему и убеждаем его отвезти нас всех туда.

— Ему это понравится, — сказала Д.К. сухим тоном.

— Может быть, он рано встает, — сказал Джордан.

— Это не имеет значения, — сказал Биар. — Потому что мы не принимаем «нет» в качестве ответа.

Каспар Леннокс, как оказалось, не вставал рано. На самом деле он не был человеком в любое время суток, но особенно он не был человеком до рассвета.

Обычно Биар сам не был жаворонком- и Джордан определенно тоже — но они вдвоем с Д.К. все еще спешили по темной территории, небо только начинало светлеть на горизонте. До восхода солнца было еще далеко, но Биар не хотел больше ждать того, что им нужно было сделать.

И это именно то, что он сказал учителю, когда они постучали в его дверь внутри здания Башни достаточно громко, чтобы разбудить мертвого.

Каспар Леннокс либо спал в своем Плаще-Тени, либо уже проснулся, потому что, несмотря на ранний час, он открыл дверь полностью одетым и бодрым, хотя и угрюмым. Это настроение только усилилось, когда Биар, Д.К. и Джордан ворвались в его комнату, умоляя отвезти их обратно в Грейвел.

Они спорили десять минут подряд, когда, наконец, Биар сказал:

— Сэр, вы не понимаете. Мы должны что-то сделать.

— Ты ничего не можешь сделать, Барнольд Ронниган, — коротко ответил Каспар Леннокс. — Решение старейшин является окончательным.