Три кило веселья
Шрифт:
– И летали на них?
– спросил кто-то из последнего ряда.
Семен Михайлович этот ядовитый вопрос пропустил мимо ушей.
– Мы помогали старшим. О старичках заботились. Кололи дрова, носили воду из колодцев, поливали огороды…
– А у нас дрова кончились, - пожаловался кто-то.
– А у нас колодец высох.
– А у нас огород отобрали.
– А у нас в доме ни одного старичка нет. Одни старушки.
Семен Михайлович шлепнул ладонью по столу:
– Отставить разговорчики! Слушать сюда! Никто вас не просит таскать дрова и колоть воду. Заговоришься тут с вами. Сами ищите применения своим юным силам. Вот в гимназии нашли! Взяли шефство над ветераном войны. Помогают ему в быту. Окружили заботой. А вы кого-нибудь окружили заботой?
– Я бабушку свою хотел окружить, - похвалился кто-то.
– Только она в Одессе живет. Никак не окружается.
Семен Михайлович грозно сверкнул очами из-под густых бровей.
– Вот Оболенские… Нашли нам адмирала. Пригласили на наш вечер. И что? Отбили у них гимназисты адмирала. Окружили его заботой. Даже его собачку выгуливают.
– Нет у него собачки, - сказал кто-то. Кажется, я.
– Будет!
– твердо и решительно, шлепнув в стол ладонью, выдал Семен Михайлович.
– Мне директор гимназии говорил: наши дети - наше будущее. И я с ним согласен. И хочу, чтобы и наши дети стали нашим будущим. Светлым и радостным.
В общем, мы никак не могли понять - чего же хочет от нас наш боевой директор? По-моему, он и сам еще не очень-то определился. По-моему, он очень завидовал, что у соседних гимназистов есть все, а у нас - ничего. Даже наш стадион, когда строили гимназию, весь порушили и захламили.
И, кажется, я не ошибся.
– Вы посмотрите, какой порядок у них на территории. Чисто, аккуратно. Как в казарме 176-го мотострелкового полка, когда я им командовал.
– Так у них - три дворника и мусорная машина, и поливалка.
– А вам, значит, тоже лакеи нужны? Вам самим, молодым, красивым и сильным, не по пупку стадион привести в порядок. Вам же это нужно!
Тут он попал в точку. У нас многие ребята любят спорт. И хотят заниматься. Но негде. На футбольном поле - обломки бетонных блоков, баскетбольная площадка завалена старыми трубами, в яме для прыжков - битый кирпич, турник и брусья безнадежно погнул какой-то самосвал во время строительства.
Словом, идея Михалыча многим пришлась по душе. Договорились устроить субботник.
– Я сам выйду с лопатой!
– пообещал директор.
– А я с совочком, - сказал кто-то.
– Сестренка даст на время. Она в субботу в детский сад не ходит.
Семен Михайлович посмеялся вместе со всеми, а потом строго напомнил:
– Однако главное для вас - учеба. Про нее не забывать ни во сне, ни наяву. Ни в будни, ни на субботниках.
Вот и пойми его.
Лешка опять ждал меня под березкой.
– Как дела?
– спросил я.
– Очень хорошо, - бодро отрапортовал братишка.
– Отметок не было, из класса не выгоняли. Только Мишка запись в дневнике сделал.
– Опять уснул на уроке?
– Нет, Дим, за правду.
Да, за правду люди часто страдают. И покруче, чем запись в дневнике.
– Он, Дим, на географии спросил: «Ну, кто знает путь из варяг в греки?» Я и сказал: «Никто!» Я и этих греческих варягов не знаю. Ну их! Давай делом заниматься.
– Каким?
– Забыл? Нужно ведь Степика обратно внедрить. Папа велел.
– Тебе велел?
– съязвил я.
– Через дырку в стене приказал?
Но вообще-то я и сам об этом думал. Оказывается, Лешка даже придумал, как это сделать. Оказывается, очень просто.
– Если они все там жулики, значит, и Степик должен быть жуликом. Пусть что-нибудь украдет в «Копейке»… Но не очень дорогое. А потом этому Льву похвалится. Тот хлопнет его по плечу и скажет: «Молодец! Наш человек! Какие тебе тайны нашего бизнеса открыть? Выбирай!»
– Идея хорошая.
– Я не стал Лешку обижать.
– Но надо по-другому. Папа говорил - потоньше. Смотри: из-за кого Степик вылетел?
– Из-за Шаштарыча.
– Вот пусть он из-за Шаштарыча и вернется.
– Украдет его и разыщет, да?
– Ты что! За такие штуки знаешь как по головке гладят! Это тебе не «Копейку» ограбить.
Мы пошли домой, и по дороге я рассказал Алешке свой план.
– Пусть на Шаштарыча грабители нападут. Под покровом ночи. А Степик их всех раскидает.
Он загорелся:
– Пусть, Дим, они еще маски наденут. Пострашнее будет… - Тут он на секунду призадумался.
– Нет, не стоит. Вдруг Степик сам их испугается. А где мы грабителей возьмем? Им же платить надо!
Грамотный мальчик, дитя телевизора.
– Грабители у меня есть, - сказал я.
– Они его даром ограбят.
И мы стали приглядывать за Шаштарычем. Он все так же ездил в школу на джипе, но уже с другим водителем, и так же по-хамски с ним обращался. Тот открывал и закрывал для него дверцу машины, носил его ранец и ракетку для тенниса, отталкивал мощной рукой всех пацанов, которые попадались по дороге. Выслуживался лакей.
Приглядывая за Шаштарычем, мы стали замечать в сторонке и Степика. Он, видимо, тоже ловил подходящий случай.
И он вдруг настал. С нашей помощью.
Утром, у ворот гимназии, сценка.
Шаштарыч важно шагает к зданию, водитель, с его сумкой и ракеткой в чехле, семенит рядом.
– Сергей Львович, - подобострастно лепечет, - сегодня вечером за вами не смогу заехать. Движок что-то забарахлил.
– Твои проблемы, - не поворачивая головы, роняет Шаштарыч.
Однако проблемы оказались у него самого. Джип за ним вечером не заехал - неисправность в движке оказалась серьезной. (Позже мы узнали, что неисправность эту устроил Степик.)