Три краски
Шрифт:
– Давай так. Я тебя сейчас постричь, а потом найти краска. Хорошо? – уже мягче сказал американец и вытащил из кармана ножницы. – Я тратить много времени на тебя. Мне уже пора ехать в Америку, я тут, а ты мне мешаешь. Где твой подруга?
Лариса едва верила своим ушам. Выходит, он только стрижет жертв, не убивая их? Господи, какое счастье! Ну пусть подстрижет, если ему так нравится. Лучше быть лысой, чем мертвой!
– Я не знаю, где Варя. Я не знаю… – только и смогла выговорить Лариса.
Почему-то именно сейчас ее осенило, что, пожалуй, об этом человеке ее предупреждал Пашка. И почему она раньше не вспоминала об этом? После той встречи в подъезде могла бы сопоставить факты!
А ведь впервые американца она увидела еще в ресторане, где он изображал официанта. Просто не узнала потом из-за пышных усов, которые тот, должно быть, приклеил, как делали это в шпионских фильмах. Вот ведь дура – могла бы заметить, что его усы слишком пышные для настоящих. И как она сразу не догадалась? Недаром говорят, что, желая наказать, Бог прежде всего лишает разума. Там, в ресторане, Пашка напал на нее с ножницами. Ах нет, это не Пашка напал с ножницами, а Джек, если это, конечно, его настоящее имя. Паша, наоборот, пытался ее спасти!
О боже, какой же дурой она была!
Лариса тихо застонала.
Американец был совсем рядом. Лара чувствовала его дыхание, слышала щелканье омерзительных ножниц. Зачем ему ее волосы? А что, если он все-таки убьет ее после стрижки? Нет, было бы слишком хорошо, если бы он просто стриг и отпускал своих жертв. Свихнувшиеся обычно не останавливаются на полдороги.
Лара схватила первый попавшийся под руку предмет. К несчастью, это был всего лишь шлепанец – обычный легкий шлепанец, который валялся в коридоре. Размахнувшись, она ударила американца по лицу. Но он только усмехнулся.
Другая рука нащупала что-то потяжелее – кажется, зонт. Лара рванула его на себя. Но он, как назло, за что-то зацепился.
Американец находился в шаге от нее, и Лара рванула сильнее, сверху попадали вещи – они завалили и ее, и Джека!
Пока Джек вылезал из-под курток, Лара успела отползти на шаг, а затем – о, есть все-таки Бог! – упала и сама вешалка, и без того державшаяся на соплях. С тяжелым металлическим грохотом свалилась прямо Джеку на голову.
– Ноу, ноу! – прошептал маньяк, потирая затылок, на котором уже виднелась кровь. – Ти от менья так просто не избавишься! Дай мне волоси! Где краска?
– Вот тебе и краска! – Лара опять долбанула его шлепанцем, но америкашка не сдавался.
– А вот тебе волосы! – услышала девушка мужской голос.
Затем – глухой звук, и Джек-стилист, застонав, медленно осел на пол. Кто стоял над ним, Лариса смогла увидеть, только когда немного отползла и выбралась из-под навалившихся на нее пальто. Ее избавителем оказался… Кирилл.
– Спасибо… – пробормотала Лара, не зная, что еще сказать. – Я не ожидала.
Но Кирилл вел себя несколько странно. Он не помог ей встать, он вообще не обращал никакого внимания ни на Лару, ни на ее благодарности.
Монтажер молча прошел в комнату и принялся шарить в шкафах.
– Где же она?! – бормотал он, словно и сам сошел с ума. – Я хочу, наконец, стать президентом! Кто будет смотреться в этом кресле лучше меня?! Мне необходима эта чертова краска! Чертова цыганка обещала мне богатство!
В квартиру следом за ним вошла и Алина.
– Ну что, рассказывай, где она? – велела Кобра, хмуро глядя на девушку.
– Кто? Где? – не поняла Лара.
– Краска, которая так чудесно меняет характер человека. Признавайся, куда ты ее дела?! – требовала Алинка.
– Я не понимаю… Какой характер? Как это меняет?.. – удивилась Лариса, пытаясь все же встать с пола.
– Ты хочешь сказать, ты не заметила, что изменялась под воздействием красок? Да только с красками ты смогла стать такой успешной, такой любимой. Даже Кирюха мой и тот еле устоял! – Алинка сверкнула злобным взглядом. – А уж об этом твоем Павле и говорить нечего! Сколько я его ни подкарауливала, как ни пыталась обольстить, чтобы подобраться поближе к тебе, – ничего не сработало!
Так вон что! Лариса потерла лоб и вправду чувствуя себя наивной идиоткой. Вот почему все эти перемены! И все из-за краски! Из-за нее Кирилл ходит за Ларисой по пятам, а еще Джек. А Пашка! Он же предупреждал… И еще Гера… Боже мой, так они все заодно!
– Считай, эта краска теперь наша! – объявила Алинка, пока Кирилл переворачивал один шкафчик за другим, обследуя ящики комода, шарил по углам.
Трудно сказать, что было для Лары неприятнее: то, что дома так беспардонно трогают ее вещи, или то, что говорила Кобра:
– Эта красочка нас обогатит. Представляю, сколько она стоит! А этого придурка, – Алинка указала на лежащего без сознания Джека, – давно надо ментам сдать! Надоел уже хуже горькой редьки! За свои паршивые баксики нас купить вздумал! Мы и без него неплохо справляемся!
Лара смотрела на обоих широко раскрытыми глазами. Она даже представить себе не могла, что у нее под носом творится такое. Это же надо – им всем нужна только краска! Краска, которую она вообще хотела выкинуть! И за ней, именно за краской, эта парочка шла в прошлый раз, рассчитывая, пока Лариса будет на пикнике, обшмонать всю ее квартиру!
– Ну что, ты нашел краску? – волновалась тем временем Кобра.
– Да нет ее нигде! – отозвался Кирилл. – Спроси у этой дуры, куда она ее дела? Не будет признаваться, ей же хуже! Мне нужна эта чертова краска, и я не остановлюсь ни перед чем!
Алинка присела на корточки, с ядовитой усмешкой заглянула Ларе в глаза:
– Давай милая, расскажи, где краска? Ты не думай, что с тобой всегда ласковая буду. Тебе не поздоровится, клянусь! Начну с того, что срежу все волосы и побрею налысо, поняла? А потом посмотрим…
– Я не знаю, – Лара замотала головой. – Клянусь, не знаю! Краску, наверное, Варя взяла…
– Кто такая Варя? Где мне ее найти? Твоей Варе тоже не поздоровится, обещаю! – все тем же тоном проговорила Алинка. А затем вдруг зарычала, как тигрица: – Говори, где краска?