Чтение онлайн

– Как деньги кончаются, – подхватила Кристя, – сразу назад и давай у Вилки клянчить…

– А та дает, – докончила Тамара, – мать все-таки, жалостливая… Уж извините, никак не предполагали, что сегодня явится. Эй, Раиса, хочешь пятьсот рублей?

– Ясное дело, кто ж откажется, – промямлила пьянчуга.

– Иди уж с матерью, – вздохнула Тома, – она сейчас даст, не позорь нас перед гостями!

– Она мне не мать, – качалась Рая.

Я подхватила ее под локоть.

– Двигай, дочурка, в спальню, кошелек там.

Кристина ухватила алкоголичку за другую руку, и вместе мы вытащили упирающееся убожище в прихожую.

– Какой ужас, – сказала нам вслед Анелия Марковна, – вот уж несчастье, так несчастье. Впрочем, в Лондоне мы как-то раз…

Поняв, что начался следующий виток охотничьих историй, я вцепилась Раисе в плечи:

– А ну, говори, где живет твоя мать? Куда ехать собралась?

– Так в Качалинске, – почти трезво ответила девчонка, – в полночь с Казанского вокзала, только билетов все равно нету!

– Кристя, бери ее сумку, – велела я.

На проспекте я принялась ловить машину. Ехать в метро с пьяной бабой не хотелось. Чтобы она не орала, пришлось купить в ларьке банку джина с тоником и сунуть ее в грязные лапы Раи. Та принялась высасывать горькую жидкость и временно утихомирилась.

Поезд до Качалинска уже стоял на третьем пути, когда мы подволокли Раису. В одиннадцатом вагоне нам отказали, в десятом тоже, в девятом молодая бойкая девица в синем форменном костюме задумчиво произнесла:

– Напарница заболела, аппендицит приключился, по скорой отправили. Могу вашу красавицу в служебном купе на верхней полке провезти.

– Лучше под полкой, в отделении для чемоданов, – зло прошипела я.

Проводница радостно засмеялась:

– Достала небось вас. Только за дешево не возьмусь.

– Сколько?

– Сто долларов.

Тяжело вздохнув, я полезла за кошельком. Мне, чтобы заработать такую сумму, надо дать десять уроков, но оставлять Раису в Москве нельзя. Так и будет каждый день приходить. Небось через неделю Ирина, Даня и Анелия Марковна уедут, тогда и подумаем, как поступить с Райкой.

– Еще водки купите, – потребовала девушка.

– Зачем?

– Проснется, буянить начнет, я ей бутылку и суну.

Мы сгоняли в буфет и купили две самые дешевые поллитровки.

Когда поезд, моргнув красными фонарями на последнем вагоне, исчез вдали, мы с Кристиной устало побрели в метро. Сев в почти пустой вагон Кольцевой линии, я, брезгливо оглядывая спавшего напротив бомжа, запоздало возмутилась:

– Ну вы и хороши с Тамарой! Сделали из меня мать алкоголички!

Кристя открыла сонные глаза и пробормотала:

– А чего, такое бывает сплошь и рядом. По-моему, здорово вышло, естественно.

Наверное, чем ближе старость, тем хуже делается нервная система. Раньше лишь только голова касалась подушки, как глаза закрывались, и я проваливалась в темную яму, из которой выныривала в семь утра бодрая и свежая, словно трехлетний ребенок. Теперь же ворочаюсь с боку на бок и снится всякая чушь, а вставать по звонку будильника нет никакой мочи…

Вот и сегодня весь дом погрузился в тишину. Уставшая за день Томочка рухнула в кровать, положив рядом мирно посапывающую Нику. Даня, Ирина и Костик заперлись в моей спальне, и оттуда не доносилось ни звука. Кристина погасила ночник и не стала есть в кровати мороженое. Анелия Марковна, нанеся на лицо и шею толстый слой дорогого питательного крема, мгновенно задремала. Дюшка, Клеопатра и Сыночек дрыхли на диване. Иногда выросший до неприличных размеров котенок вздрагивал и начинал перебирать лапами. Наверное, ему снилось, что миска с едой убегает прочь, потому что ничего, кроме жратвы, Сыночка не волнует.

И только я маялась бессонницей у открытого окна, вдыхая влажный после дождя воздух. В голове толпились мысли. Значит, иду по верному следу. Нити ведут в клинику Чепцова. Так, начнем рассуждать спокойно. Сначала Леонова зачем-то прячет кассету в сливном бачке. Потом очень долго собирается с духом, чтобы пойти на Петровку к моему мужу. Кстати говоря, кто тот таинственный Леон, который посоветовал ей обратиться к Олегу, я так и не узнала, ну да это и не обязательно. Несчастная Полина садится в машину, в милые ярко-красные «Жигули» и… взлетает на воздух. Тем временем неизвестные люди, не знающие о смерти девушки, похищают не способную ходить Настеньку и требуют сначала кассету, потом выкуп… Я вздрогнула, вспомнив про отрубленный мизинец, и захлопнула окно.

Затем последовала череда смертей. Совершенно таинственным образом из окна вываливается Ольга Леонидовна Зверева. Интересно, за что она платила жуткие тысячи долларов в агентстве «М. и К°»? Какое такое заветное желание было у дамы? Чего она не могла купить за свои, судя по всему, немаленькие деньги? Здоровье? Любовь? И вообще, я разговаривала с ней минут пятнадцать, не больше, но мне стало понятно: Ольга не из наивных простушек и никак уж не похожа на лохушку, которую легко обвести вокруг пальца. Что же заставило ее обратиться в «М. и К°»? Но и это в конце концов тоже неважно, потому что на следующий день в клинике прогремел взрыв и погиб муж Ольги Леонидовны Феликс Ефимович Чепцов, светило в области косметической хирургии…

И пусть теперь мне отрубят голову, если все эти смерти не связаны между собой. В то же время ведь могла же быть какая-то неисправность в автомобиле Полины… Ну возила женщина с собой в салоне канистру бензина… Закурила, бац, и взорвалась! Ольга Леонидовна тоже могла решить разок в жизни помыть самостоятельно окошко… Поскользнулась бедная неумеха и рухнула вниз. А в операционной оказался неисправный баллон с кислородом… Случается изредка такое…

Я вновь распахнула окно. Прямо смешно, ей-богу! Зачем кому-то понадобилось убрать ряд сотрудников клиники, принимавших участие в хирургических операциях. Полина вела съемку, Феликс Ефимович орудовал скальпелем, а Ольга Леонидовна давала наркоз… Ну о чем это свидетельствует?