Чтение онлайн

Сергей улыбнулся, достал из кофра второй ноутбук, на этот раз обыкновенный и сказал, показывая его Виктору:

— Ты ему это не только расскажешь, но и покажешь.

Дмитрий Иванович глухо кашлянул в кулак и спросил:

— Хорошо, сынок, а теперь расскажи мне, как ты собираешься перебраться в Западную Германию и почему именно в неё, ведь это враждебная нам страна? Да, и воевали мы с фашистами.

Сергей натянуто улыбнулся и ответил:

— Батя, почти половина наших зарубежных поставщиков, это немецкие компании. Немецким я владею довольно неплохо, хотя английский знаю на порядок лучше, но самое главное, что с немцами я точно договорюсь. У меня там очень много друзей. Правда, многие из них сейчас ходят в школу, а некоторые и вовсе не родились, но человек пятнадцать банкиров и промышленников уже сейчас занимают очень высокие посты. Я буду выдавать себя за американца немецкого происхождения, который влюбился в Советском Союзе в дочь полковника КГБ и уговорил свою невесту и её родителей уехать с ним в Германию. Я сдам немецким спецслужбам нескольких агентов ЦРУ, работающих против Германии, хотя она и входит в НАТО, а также пару баз террористов и они предоставят нам политическое убежище, так что тебе не придётся предавать родину. Как это сделать, мне уже подсказали специалисты по Западной Германии. Ну, а до неё мы можем добраться тремя путями, через Мурманск или через Калининград морем, или через Аджарию, улетим на самолёте в Турцию. Этот вариант мне нравится больше всего потому, что, во-первых, в Турции у нас есть гораздо больше шансов вообще не обращаться ни к каким властям. Ну, а, во-вторых, у меня есть пакет, опечатанный сургучом, а в нём приказ за подписью Андропова на имя заместителя начальника УКГБ Батуми, в котором ему предписывается обеспечить наш переход через границу любым доступным способом не привлекая к операции погранцов. Немецкие паспорта и другие документы у меня тоже есть и мы можем просто взять, вылететь из Стамбула в Египет, а потом перебраться на Кипр, где как следует загорим и хорошенько изучим там немецкий язык. После этого мы вылетим в Йоханнесбург и вернёмся уже оттуда в Германию под видом одной семьи, которая бесследно исчезла в ЮАР в конце прошлого года, но об этом станет известно только в семьдесят восьмом году. Тогда ты станешь чудаковатым зоологом-любителем, круглым сиротой, кстати, мама домохозяйкой, я вашим сыном-балбесом, болеющим сахарным диабетом, а Юля моей южноафриканской невестой, в которую я влюбился только потому, что она была так похожа на мою любимую мамочку. Мы поехали в Африку ещё в шестьдесят пятом только потому, что кто-то сказал вам, что там колдуны из какого-то племени могут исцелить меня от диабета.

Дмитрий Иванович улыбнулся и спросил:

— Ну и почему бы нам не лететь в ЮАР прямо из Стамбула, сынок? Так ведь будет гораздо проще.

— Ага, проще, как же! — Воскликнул Сергей и быстро объяснил — Батя, то что у меня оба этих кожаных гроба забиты компьютерными комплектующими, это ещё куда ни шло. Это буры ещё как-нибудь перенесут, но вот то, что у меня лежит там бриллиантов чистейшей воды почти на два миллиарда долларов, их точно заставит вопить, как резаных. Зато Кипр это оффшорная зона и я могу запросто ввезти туда хоть целый вагон бриллиантов и ни один банкир от этого даже не крякнет.

Виктор, которому Сергей уже сунул в руки пакет с деньгами, тотчас забеспокоился:

— Серёга, так вам же там доллары будут нужны там намного нужнее, чем мне здесь.

Сергей замахал руками и воскликнул:

— Забудь, Витёк! Я ещё в Каире сброшу пару камешков одному моему знакомому ювелиру и с бабками у нас всё сразу же станет в полном порядке. К тому же у меня есть ещё лимон баксов. Для комфортного путешествия по Турции нам этого хватит с избытком. Мы приземлимся вблизи дороги между городами Мерзифон и Чорум, выйдём из самолёта доберёмся до дороги, доедем до Чорума и купим себе там машину. Американцев, тем более агентов ЦРУ, турецкие полицейские боятся, как огня и уже через двадцать часов мы будем в Стамбуле. Ну, а турки будут потом чесать репу, откуда это на их голову посреди ночи свалился русский самолёт, да, только мы уже будем далеко. Маршрут я изучил хорошо и даже если нам не повезёт и я собьюсь с него, мы ведь будем лететь на высоте метров в пятьдесят, не больше, сначала вдоль берега моря и затем уже направимся вглубь Турции, то нас никто не заметит. Так низко радары воздушные цели не берут, а турки это ещё те балбесы. Самое сложное это будет угнать самолёт, но я думаю, что полковник Чиквадзе нам поможет. Только знаешь, Витёк, ты нам нужен только здесь. Доставишь нас в аэропорт, а потом, как только пройдёт трое суток, как ты получишь от нас письмо, поедешь в Москву и расскажешь обо всём своему дяде. Ну, что, батя, как тебе мой план?

Дмитрий Иванович улыбнулся и сказал:

— Ну, относительно самолёта я и сам прекрасно справлюсь, хотя приказ за подписью самого Андропова серьёзная штука, Серёжа, но вот как ты полетишь ночью, это для меня большая загадка. Самолёт «Ан-2» не приспособлен для ночных полётов.

Сергей встал, достал из рюкзака два прибора ночного видения американского производства и объяснил:

— Батя, это новейшие приборы ночного видения и в них ночью видно даже лучше, чем днём. Изображение будет очень чётким и контрастным, так что в четыре глаза мы с тобой даже иголку увидим в стогу сена.

Полковник Романов облегчённо вздохнул и сказал:

— Ну, что же, тогда завтра с утра я организую себе командировку в Москву и можно вылетать в Тбилиси. Думаю, что с этим делом нам лучше не затягивать. — После чего спросил — Виктор, что у вас там за шум был сегодня в прокуратуре? Это, случайно, не связано с прибытием Серёжи?

— Ещё как связано, Дмитрий Иванович! — Горячо воскликнул Виктор — Он привёз мне досье почти на полторы тысячи преступников и сегодня мы с ним повязали первую парочку. Оба накатали явку с повинной и чистосердечное признание. Орудие убийства уже изъято, найдены вещи, снятые трупа убитой девочки и пятна её крови в салоне машины. Василий Никодимович намерен требовать высшей меры не смотря на то, что этот ублюдок заложил своего дядю. Тот похитил в Нагорном Карабахе три с половиной миллиона рублей. Очень уж кровавым было это преступления. Вся Юца до сих пор ходуном ходит. Сейчас закрепим показания на месте преступления и будем передавать дело в суд. Председателя суда я уже проплатил. Сказал, что мне эти деньги, якобы, передали горапостовские армяне за то, чтобы этому выродку дали вышку. Не думаю, что приговор будет другим. Ну, а я после этого намерен работать и дальше в этом же направлении и пока всех этих тварей не отправлю на тот свет, не успокоюсь. Из тех, кто уже совершил преступления и кого ещё не поставили к стенке, ни одного не пропущу, а все остальные преступления постараюсь предупредить любой ценой. На это я и потрачу все эти деньги. Ни копейки на себя не потрачу.

Сергей недовольным голосом проворчал:

— Витёк, будь добр, не забывай при этом про себя, любимого. Если ты сбросишь доллары через цеховиков, то денег тебе на всё хватит, и на нормальную жизнь, и на щедрые премии всем тем ребятам, которые откликнутся на твои просьбы. Ты, главное, телефон себе проведи, чтобы звонить в другие города. В твоём досье ведь есть телефоны всех следаков и даже их домашние адреса. Ну, ладно, давайте, наверное, залегать на боковую. Нам завтра всё-таки в Тбилиси лететь.

Улететь в Тбилиси в намеченный день им не удалось. Дмитрий Иванович был срочно вызван в горком партии и просто не успел подготовиться, что позволило Сергею и Юле встретиться с Володей и Леной. Зато в четверг Виктор довёз их до аэрофлота на «Зиме», позаимствованном у соседа и они вылетели в Грузию. Тбилиси встретил их самой настоящей весной. Рассматривать красоты города им было некогда и они в этот же день выехали на такси в Батуми. Сергей никогда не был в Грузии и потому ему было очень интересно рассматривать окрестные пейзажи. Поздней ночью, в половине третьего они доехали до Батуми и поселились в небольшой гостинице. Это была хитрая гостиница, совершенно недоступная для обычных людей, но в ней уже жил несколько раз Дмитрий Иванович, которому случалось бывать в Батуми по делам службы. Сервис в ней был не хуже, чем в европейских отелях, да, и обставлена она была под стать какому-нибудь трехзвёздочному отелю в Бонне или Париже.

За день они очень устали, а потому едва добравшись до своих номеров тут же легли спать. Дмитрий Иванович разбудил Сергея ещё в семь утра, шепотом велел Юле идти досыпать к матери в их номер, куда были занесены все вещи, не оставлять его без присмотра ни на минуту и вообще никуда не выходить из гостиницы и даже потребовать, чтобы завтрак и обед им принесли в номер. Сами же они пошли завтракать в столовую. Хотя это и была обычная столовая, кормили в ней, как в самом лучшем ресторане и к тому же очень дёшево. Сергей молча съел большую порцию сациви с рисом, порцию долмы и принялся пить кофе. Как и он, его тесть тоже молчал во время завтрака. От этого ему сделалось немного не по себе и он даже подумал: — «Так вот ты какой, северный олень. Да, ухо большого брата не самая приятная вещь на свете». Когда они вышли из гостиницы, он спросил:

— Батя, там что, везде стоят микрофоны?

Дмитрий Иванович удивлённо вскинул брови и спросил:

— С чего это ты взял, Серёга? Это же тебе не гостиница, где принимают интуристов. Это обычная служебная гостиница. Просто у нас не принято шуметь, вот и всё, а в город я Юлю не стал выпускать только потому, что это всё-таки Грузия, сынок, и она со своей красотой будет действовать на здешних джигитов, как красная тряпка на стадо быков. Ладно, пошли к телефону, нам нужно срочно выдернуть из кабинета Резвана и побеседовать с ним в укромном местечке и желательно не на его территории. Он воробей стреляный и это ещё не факт, что обрадуется такому приказу из Москвы. Не дай Бог захочет позвонить и всё выяснить, вот этого ни в коем случае нельзя допустить. Хотя в приказе чётко сказано, что он должен обеспечить нас авиасредством и хранить всё в тайне от остальных сотрудников.

Дмитрий Иванович позвонил полковнику Чиквадзе и потребовал от него, чтобы тот срочно прибыл на набережную, от которой они были буквально в сотне метров. Сергей вместе с тестем дошли до набережной и сели на скамейку. Было тепло, хотя небо и затянули облака, но дождя не было и он, судя по всему даже не предвиделся. Батуми весь утопал в зелени и цветущей мимозе, но Сергея куда больше интересовало серо-свинцовое, из-за облачности, море и то, что некоторые люди отваживались в нём купаться не смотря на то, что температура воздуха была всего восемнадцать градусов. Не иначе, как это были какие-то сибиряки. Полковник Чиквадзе, высокий мужчина средних лет с орлиным носом, одетый в серый костюм, подошел к ним минут через десять и поздоровался с его тестем, как со старым другом, воскликнул: