Чтение онлайн

Единственный взмах волшебной палочки, зажатой в пальцах директора, и пол с потолком, поменялись для меня местами, а спустя пару секунд, сознание провалилось в темноту...

Сознание вернулось рывком, словно я вынырнул из темного озера с ледяной водой. По крайней мере, ощущения тела говорили о том, что я как минимум полежал в сугробе голышом.

Когда зрение немного нормализовалось, (размытые пятна превратились в людей и прочие предметы обстановки), вернулся и слух. Какой-то маг, одетый в мантию аврората, (аналог полиции в магическом мире), склонился надо мной, и брызжа слюной, проорал вопрос, яростно сверкая глазами. Смысл слов, только с третьего повторения дошел до моего разума, но видимо дознавателю надоело ждать, и он приступил к пыткам.

Говорят, прислужники темного лорда, мастерски владеют пыточными заклинаниями, мне же довелось убедиться на собственной шкуре, что представители закона, даже не прибегая к "темной" магии, ничуть им не уступают, а по изобретательности, едва ли не превосходят. Аврор, занимающийся мной, даже забыл, что мне требуется давать время для ответов, и только приход Дамблдора, слегка приуменьшил энтузиазм пыточных дел мастера.

Великий белый маг, влил мне в горло какое-то зелье, а затем начал задавать вопросы. Мои губы сами произносили слова, из горла вырывался хрип, и в итоге, представителям закона, стало известно абсолютно все, что я знал про лагерь подготовки "пожирателей смерти". Названы были имена всех, с кем приходилось общаться за время обучения, так же и немногочисленные убежища, к которым имели доступ обыкновенные боевики.

Когда Дамблдор закончил, мысли путались, и сознание покинуло измученное тело, без посторонней помощи.

Новое пробуждение произошло в новой камере, на этот раз в обществе еще нескольких таких же неудачников. Вдоль ровных голых стен, на полу сидели молодые мужчины и женщины, одетые в бесформенные серые балахоны. Связанные за спиной руки, сильно ограничивали в маневрености, а следы побоев, намекали на то, что не один я подвергался допросу.

Свет в комнате обеспечивала единственная свеча, расположенная в держателе под потолком, по правую сторону от массивной железной двери, в середине которой располагалось зарешоченое окошечко.

Прислонившись спиной к одной из стен, и вытянув вперед босые ноги, (тюремщики даже обуви не оставили), я стал анализировать свое состояние и нависшие перспективы. В виду того, что не ощущалось ни боли от побоев, ни голода или позывов природы, можно было прийти к выводу, что заключенных обработали каким-то заклинанием, или же накачали зельями. Впереди, нас всех ждет суд, и скорее всего заключение в Аскобане, если конечно один белый маг, не решит завербовать парочку прислужников темного лорда, сделав их своими должниками, а при необходимости и разменными монетами.

К сожалению, я не являюсь потомком какого ни будь древнего рода, не имею больших Сум денег, а все что знал, уже рассказал во время допроса. Так что, если мои соседи по камере, столь же "успешные" люди, то нас проще убить или на крайний случай, закинуть в самый дальний и темный подвал, при этом потеряв ключи от всех замков. Единственную пользу, которую из нашего положения могут получить правительственные службы, это показательное наказание, демонстрирующее силу нынешней власти.

Не знаю, сколько прошло времени, мысли текли слишком медленно и часто путались, лишая возможности хотя бы считать секунды. Несколько раз, в нашу камеру заходили маги в мантиях Авроров, силой заливающие в глотки заключенных мерзкий на вкус отвар. Один раз, кто-то из заключенных, (мужчина с когда-то шикарными усами в форме подковы), попытался напасть на человека, принесшего очередную порцию мерзкого зелья... больше мы не видели этого смельчака.

Три свечи спустя, (я все же нашел способ хотя бы приблизительно отсчитывать время), дверь в камеру распахнулась, и в помещение вошел отряд Авроров. Несколькими заклинаниями, нас привели в божеский вид, (убрали синяки и придали бодрости), после чего силой поставили на ноги, и по узким коридорам, освещаемым магическими светильниками, куда-то повели.

Как вскоре выяснилось, финальной точкой процессии, оказалась сцена в большом зале. Нас выстроили в ряд перед зрителями, какой-то толстый мужик, срывающимся голосом, зачитал список преступлений, в которых нас обвиняли. Там было все, от мелких краж и разбоя, до пожирания младенцев и принесения девственниц в жертву демонам. Хорошо хоть, обвинитель догадался назвать нас пособниками и соучастниками, а не организаторами и главными "жрецами" темных сил.

Судя по лицам людей, сидящих в первых рядах, которые просто пылали "любовью и всепрощением", на адекватный суд и надеяться не стоило. Однако, кроме животной ненависти, в глазах присутствующих я видел еще и страх, и относился он не к темному лорду, находящемуся где-то далеко, а к нам, слабым униженным и обездвиженным, но от этого не менее пугающим. Так должны смотреть овцы на волков, пойманных в железную клетку.

Когда оглашался окончательный приговор, на моих губах сама собой заиграла змеиная улыбка, которая впрочем продержалась не так и долго. Двери, ведущие в зал ожидания, с грохотом распахнулись, и через них проплыли дементоры.

Черные балахоны развивались, словно под порывами ветра, кисти рук, покрытые серой кожей в многочисленных язвах, тянулись к приговоренным, а из капюшонов, на мир смотрела тьма.

– крепись пацан, темный лорд обязательно победит, и тогда они еще пожалеют...
– Заговорил мужчина, стоящий правее меня, и не давший мне упасть, когда подогнулись ноги.

Дементоры нас окружили, а затем разделившись на пары, подхватили под руки, и поволокли прочь из зала суда. Кто-то, у кого оставалось больше сил, (или воля оказалась достаточно крепкая), осыпал всех проклятиями, иные завывали на одной ноте, а я просто висел в руках темных духов, низко опустив голову, и отчаянно борясь с воздействием на разум.

Не знаю, как нас доставили в тюрьму, даже не помню, как получил новый балахон. Только когда за спиной щелкнул замок тяжелой двери, мысли вернули нормальное течение, и я смог осмотреться.

На ближайшие полвека, каменная комната размером три на четыре метра, с маленьким окошечком под потолком, станет моим домом. Из мебели, в углу наличествовал старый матрац, покрытый пятнами, о происхождении которых мне даже задумываться не хочется.

Выглянув в коридор через решетку, закрывающую окошечко в двери, я увидел ряд одинаковых дверей в противоположной стене.

– дом, милый дом.
– Фраза вырвалась сама, по мимо моей воли, так же как и смех, настолько же счастливый, насколько безумный.

Мне вторило эхо, подвывали другие заключенные, некоторые правда ругались и требовали заткнуться, но кому до них было дело? Веселье прервал появившийся дементор, приблизившийся настолько близко, что от холода, исходящего из-под его капюшона, кожа на лице покрылась инеем. К счастью, налетевший поток не самых счастливых воспоминаний, отправил меня на пол, тихо бредить и разговаривать с призраками тех, кого уже давно нет среди живых.