Чтение онлайн

Судя по воплям из коммуникатора, Скарабей умер раньше, чем зажглась ёлка. Кто же дёрнул рубильник? Серые?

Лао говорил, что пульт управления был разворочен. Видать, неспроста!

Ну что же, так или иначе, первым делом нужно топать на энергостанцию. Странная антенна изменилась после подачи на неё питания. Как такая метаморфоза произошла – вопрос, конечно интересный, но нужно её вернуть в прежнее, неактивное состояние!

Я повесил карабин за спину, достал пистолет и проверил магазин. Хоть небольшую, но уверенность он мне придал, а ещё я понадеялся на гранаты.

Глянув напоследок за окно, я полез в шахту лифта. Осторожно, на ощупь, я перелез через тёмный колодец и начал спускаться по металлической лестнице.

На половине пути мне послышалось какое-то ворчание. Я остановился, прислушался, но кроме гула с улицы ничего не услышал. Тогда, я перехватил съехавший с плеча карабин и продолжил спуск.

Через несколько секунд я был напротив двери в центр управления полётами. Взявшись за трос, я перепрыгнул дыру и подошёл к окну.

Шаттл стоял с погашенными габаритными огнями, а рядом, топтались ребята из моего взвода, но кто именно я не разобрал.

Я решил поскорее добраться до них, развернулся в сторону лестницы и оторопел. В пяти метрах от меня, прямо у перил лестницы, стоял человек. Меня он не видел – смотрел в противоположную сторону.

Я аккуратно, стараясь не шуметь и даже не дышать, вытащил пистолет. Человек издал недовольное ворчание. Очередная молния на мгновение осветила помещение, и я увидел, что человек был одет в синюю куртку. Такую же, как на Николасе Прайде.

Словно почувствовав моё немое изумление, человек повернулся.

Знакомое высушенное лицо, впадины на месте глаз, тонкая полоска сморщенных губ, но всё смазано, в серой мути. Это был Николас Прайд, из шахты лифта.

Шурша как сухие листья Прайд устремился ко мне.

Я поднырнул влево, перекувыркнулся, а Прайд, протянул костлявую руку и попытался меня схватить. Я умудрился увернуться, и оказался за его спиной.

Нет братишка, если ты уже один раз помер, то лежи себе спокойно и отдыхай, нечего тут бродить!

Я направил пистолет Прайду в голову и выстрелил.

Пуля попала точно в затылок, и с сухим треском вышла спереди. Пробив голову насквозь, она пролетела ещё несколько метров и звякнула о металлическую трубу, торчащую из стены. Прайд покачнулся. И как ни в чём не бывало повернулся ко мне. Вместо носа зияла дыра, размером с кулак.

– Чёрт, побери! – не выдержал я и выругался вслух.

От такого повреждения мозга должно было мгновенно умереть любое живое существо. Прайд спокойно стоял и падать замертво не собирался. Значит, его тело управлялось кем-то ещё, а «собственный» мозг не участвовал в этом процессе.

Прайд растопырил тощие руки, зашипел через безобразную дыру в голове и двинулся ко мне.

Элегантное решение проблемы родилось в тот момент, когда я собрался просто убежать. Вместо этого я спустился на несколько ступеней по лестнице и дважды выстрелили Прайду по коленным чашечкам.

С хрустом Прайд повалился на металлический пол. Однако, несмотря на потерю ног и дыру в башке он упрямо продолжал тянуться ко мне.

Оставив ожившего мертвеца извиваться на полу, я нырнул в лестничный проём и поспешил вниз. Темно было, как в чёрной дыре. Я оступился, и чуть было не полетел кубарем по ступенькам. Дальше я пошёл аккуратнее, держась рукой за стену.

В темноте что-то шуршало, скрипело и щёлкало. Я понимал, что это отголоски бури, разразившейся на улице, но воображение считало, что это не так, и мне везде мерещились друзья Прайда.

В одном месте я наткнулся на что-то скользкое и извивающееся. Но пока душа ползла в пятки, я понял, что это всего лишь жгут проводов, свисающий со стены.

Наконец, я спустился на первый этаж. В проёме открытой нараспашку двери, шумел ветер. Я поспешил к выходу.

На улице творилось что-то несусветное. Молнии полыхали не переставая, ураганный ветер с рёвом пытался сбить с ног. Мимо меня, с глухим стуком, в сторону антенны проскакал небольшой пластиковый контейнер. Мусор, ветки, даже целые кусты потихоньку двигались к сверкающей конструкции. От пыли было трудно дышать.

Я с трудом разглядел шаттл и превозмогая порывы ветра побежал к нему.

Под брюхом, укрывшись за толстыми лыжами посадочных опор, сидели трое. Круть, Дядя Стёпа и Казик.

– Стой! – заорал Казик, когда я приблизился, – Назови себя!

Он держал в вытянутой руке пистолет и целился мне в голову.

– Казик, ты чего?! Это же я, Артём! – удивился я. – Кожевников!

– Ты один?

– Да.

– Иди сюда и не отсвечивай!

Я нырнул под серебристую тушу корабля и сел неподалёку от Крутя.

Сержант сидел с вытаращенными глазами и странно дышал. Как собака. Рядом, с помповым дробовиком в руках, сидел Дядя Стёпа. Плазменный разрядник валялся недалеко. Видимо он тоже, как и карабин, не работал.

– Круть, что происходит? – я спросил сержанта, но тот никак на меня не отреагировал.

– Не трогай его… – посоветовал Дядя Стёпа. – Мы вкололи ему успокоительное. Он орать начал. Мог внимание привлечь.

Вот те раз! Боевой, по-хорошему агрессивный Круть, сдулся?

– Этот козёл, чуть не перестрелял тут всех, мать его! – зло заявил Казик.

Хреново, командование слетело с катушек…

– Где Чувак и Джой Армис? – поинтересовался я. – И вообще, что тут за хрень твориться?

– Эта штука, Пирамида, – Казик показал грязным пальцем на антенну, – неожиданно появилась, словно из неоткуда, и стала шарахать разрядами, направо и налево. Всё энергетическое оружие тут же отказало. Приборы не пашут. Даже электронный бинокль. У меня часы перестали идти!

– Я так понимаю батареи сели?

– Да, похоже, эта хрень высасывает энергию отовсюду.