Чтение онлайн

Эмили с тревогой взглянула на Маргарет, которая покорно прошептала:

— Сэм считает, что мне лучше уехать домой, пока ситуация не изменится к лучшему.

— Уверен, наши храбрые парни снова отбросят мексиканцев, — продолжил Хьюстон, — но дело в том, что нам все время будут угрожать их набеги, пока мы не получим защиту, которую гарантирует статус штата.

— Сэм хочет, чтобы я занимался лоббированием в нашу пользу, — вставил Эдгар, вглядываясь в лицо Эмили и стараясь предугадать ее реакцию.

— Эдгар — идеальный кандидат для того, чтобы добиться от Вашингтона решительных действий, — заверил Эмили генерал, — но это надо делать тайно, пока не утихнет спор об отмене рабства и не придет время снова подать петицию о присвоении нам статуса штата.

Эдгар взял жену за руку.

— Сэму отчаянно нужна помощь. Но ты и дочь для меня на первом месте. Что ты об этом думаешь, дорогая?

Эмили с любовью посмотрела на мужа:

— Думаю, мне понравится в Вашингтоне.

— Поразительно! — выдохнул Эдгар, наблюдая, как Камилла сосет материнскую грудь.

Эмили рассмеялась.

— Ты уже в десятый раз произносишь «Поразительно!» за последние несколько минут. Сегодня вечером, должно быть, тысячи женщин во всем мире кормят младенцев, как и я.

Эдгар стоял рядом с кроватью и расстегивал сорочку.

— Да, но все они не такие особенные и не такие красивые, как мои жена и дочь.

— О, посмотри, Эдгар, она крепко уснула! — прошептала Эмили. — Отнесешь ее в гостиную?

Эдгар нахмурился.

— А с ней там будет все в порядке? Эмили снисходительно улыбнулась.

— Она и маленький Джейкоб обычно спят там в своих колыбельках.

Эдгар осторожно взял Камиллу и поцеловал ее в щечку.

— О, малышка! Как тебе понравится путешествовать на большом корабле?

Эдгар понес дочурку в колыбель. Эмили, улыбаясь, подошла к туалетному столику и стала расчесывать волосы. Сияющие, шелковистые локоны падали мягкими волнами ей на плечи.

Через несколько мгновений она увидела отражение мужа в зеркале. Их взгляды встретились.

— Твои волосы — чистое золото, — с благоговением прошептал он.

Эмили обернулась и провела ладонью по его мускулистой груди. Глаза Эдгара потемнели.

— Оставить дверь открытой — для малышки?

— Нет, дорогой. У нее здоровые легкие.

. Эмили охватила дрожь ожидания, словно нервную новобрачную. «В каком-то смысле я и есть новобрачная, — решила она, — так как наша любовь была только сегодня по-настоящему скреплена в церкви». Она отвела глаза и снова взялась за щетку, а Эдгар лег в кровать.

— Значит, здесь ты спала, когда была девственницей.

— Да, и должна извиниться, эта кровать не рассчитана на двоих.

— Эмили, иди сюда. И не гаси лампу. Я хочу любоваться тобой.

— Хорошо, — пробормотала она, и кожа ее загорелась румянцем, когда халат был сброшен на пол. — Ты этого хотел?

Эдгар застонал и, целуя, уложил ее рядом с собой.

— О Господи, Эмили, ты прекрасна!

Они долго наслаждались друг другом на узкой кровати. Руки и губы Эдгара наполнили каждый дюйм ее тела желанием. Настал момент, когда Эмили показалось, что она сейчас сойдет с ума, если любимый не возьмет ее сейчас же, но Эдгар сказал:

— Терпение, любимая.

Его губы и руки медленно исследовали самые сокровенные уголки ее тела, продлевая мучительное ожидание.

Наконец Эмили, вскрикнув от восторга, приняла его в себя. И они вместе устремились на вершину блаженства. Эмили оставила всю сдержанность и заставила Эдгара неистово кричать от восторга: «Да! Да!»

А потом Эмили прошептала:

— Что может быть лучше этого, чтобы начать новую жизнь?

— Да. И это всего лишь начало, любимая, начало долгой и прекрасной жизни и долгой, прекрасной ночи!

21 апреля 1842 года

Эмили Эшленд смотрела в иллюминатор на черные воды Бразоса. Они с Эдгаром и Камиллой плыли на пароходе «Красавица» уже три дня, направляясь вниз по течению к Галвестону. Там они пересядут на большой корабль и поплывут в Вашингтон, округ Колумбия.

Река сегодня вечером выглядела мирной, спокойной. Та враждебность, которую Эмили некогда чувствовала в глубинах реки, казалось, исчезла. Исчезла, как и ночные кошмары, полные картин пожаров, водоворотов и демонов; они ее больше не преследовали.

Когда они приехали домой, в Бразос-Бенд, то с огромной радостью узнали новость: армия Техаса отбросила мексиканцев через границу. Последующие недели прошли как в лихорадке, потому что Эмили помогала Марии готовиться к свадьбе.

Эмили вспомнила о встрече с Марией, ее реакцию на подарок, который она и Эдгар купили в Хьюстоне.

— Ох, Эмили, ты помнила, что я хочу научиться играть на гитаре! — воскликнула Мария со слезами на глазах и обняла ее.

— Уверена, что твои мексиканские друзья будут рады научить тебя играть, — ответила Эмили.

Это был трогательный момент для обеих женщин. Эмили сказала Марии:

— Эдгар объяснил мне насчет тебя и Оливии.

— Я рада, что ты теперь знаешь, Эмили. Мне необходимо было поговорить об этом с другом. Сеньора была очень непостоянна, — сказала Мария. — Она играла со мной какое-то время, как с игрушкой. Но потом вдруг стала очень злой, говорила, что сеньор Эдгар выгонит меня из дома, когда родится ребенок.

— Неудивительно, что ты всегда боялась, будто тебя прогонят! — посочувствовала Эмили. — Как ты страдала, наверное! Эдгар рассказал, как Оливия притащила тебя к нему и…