Чтение онлайн

Лени горестно вздохнула и снова взяла телефонную трубку.

– На месте перестрелки, кроме убитых охранников, больше ничьих тел не обнаружено, – доложил рейхскомиссар, едва услышал голос Лени. – Правда, в двух или трех местах обнаружены пятна крови…

– Да-да! – подтвердила Рифеншталь. – Штандартенфюрер, кажется, успел попасть в кого-то из нападавших!

– …но ни их тел, ни тела господина Меера нет. Нет и грузовика, – продолжал Тербофен. – Очевидно, бандиты на нем и скрылись. Не представляю, с какой целью, но штандартенфюрера, скорее всего, похитили. В противном случае они просто не стали бы возиться с трупом. – Лени поморщилась при этих словах, а рейхскомиссар спокойно продолжал знакомить ее с обстановкой: – Мы перекрыли все дороги и проверяем весь транспорт. Думаю, скоро будут результаты.

– У меня для вас – даже не знаю какие – новости, – Лени горестно вздохнула. – Для меня – ужасные, для вас, – может, и хорошие. Во всяком случае, я очень надеюсь, что это каким-то образом вам поможет.

– Позвольте полюбопытствовать, что произошло? – вежливо осведомился рейхскомиссар.

– Сегодня на ночных съемках у моих головотяпов-костюмеров исчезли пять костюмов солдат СС. Один из них – мундир штурмбаннфюрера, и четыре – гефрайтерских…

– Как вы сказали?! – взволнованно переспросил Тербофен.

– Один мундир штурмбаннфюрера и четыре – гефрайтерских, – еще раз повторила Лени. – Возможно, это лишь совпадение…

– Удалось выяснить, кто получал костюмы?

– Нет. Документы были испорчены, – соврала Лени.

– Фройляйн Рифеншталь, – оживленно стрекотал на том конце голос рейхскомиссара, – я попрошу вас помочь нам.

– С удовольствием, – вяло откликнулась режиссер, – но каким образом?

– Вы сейчас ложитесь отдохнуть, – инструктировал Тербофен, – а через несколько часов мы соберем всех статистов, кто участвовал в ваших съемках.

– Да, но у меня нет списков, кто получал…

– У нас есть свои списки. А кто получал – не важно. Надеюсь, вы сможете узнать того человека, который был одет в форму штурмбаннфюрера?

– О, да! – с жаром воскликнула Лени. – Его физиономия мне хорошо запомнилась!

– Вот и прекрасно! До скорой встречи!

Штандартенфюрер открыл глаза и негромко застонал. Вместе с сознанием пришла боль. Голова раскалывалась от пульсирующих спазмов, связанные руки затекли и тоже давали о себе знать болезненными ощущениями. Вокруг было темно, сыро и холодно.

«Куда это меня заволокли?» – подумал штандартенфюрер и попробовал пошевелить руками, но связан он был на совесть крепким морским узлом, который и просто так развязать очень сложно, а с почти неподвижными руками – подавно. Надо искать другой способ освободиться.

Для начала Курт решил определить, где он находится. Далекий шум моря указывал на близость побережья. Глаза постепенно привыкли к темноте, и где-то вдалеке он рассмотрел мутное пятнышко света. Надо было добраться до него, и Меер медленно стал подниматься. Ноги, к счастью, были свободны, и пленник медленно заковылял в темноте, боясь оступиться. Со связанными за спиной руками падение могло повлечь серьезные ушибы, а ломать кости штандартенфюреру сейчас было никак нельзя. Весь этот бой, Курт без труда вспомнил его в мельчайших подробностях, был затеян с одной целью – похитить его. Тот штурмбаннфюрер, который застрелил охранников и завладел пулеметом, почти не стрелял. Сделал несколько очередей, отрезая путь к машине, – и все. А ведь он находился в десятке метров. Даже если он видел Меера в виде темного пятна, а на белом снегу в своей черной форме Курт никак не мог быть невидимым, достаточно было одной очереди, чтобы покончить с ним. И потом, когда грузовик осветил его, мишень из штандартенфюрера была идеальная. Тут только слепой мог промахнуться. Однако опять никто не выстрелил. Только вот по голове саданули. Интересно, чем?

«Скорее всего – камнем из пращи запустили. Любят в здешних краях эту забаву», – размышлял штандартенфюрер, потихонечку пробираясь по каменному коридору. Светлое пятно приближалось, и Меер смог рассмотреть, что стены его тюрьмы – это свод гранитного грота или пещеры. На побережье любого фьорда таких природных укрытий хватало. Впереди Курт рассмотрел поворот, из-за которого и лился мутный свет. Меер осторожно выглянул. Удача! Свет падал не из недосягаемого отверстия в своде, а прямо из входа в пещеру. Никакой охраны штандартенфюрер не увидел и уже более уверенно двинулся к выходу.

«Что-то подозрительно, – подумал Курт, приближаясь к желанному спасению. – Похитили, связали и бросили одного? Вставай и иди куда хочешь? Непонятно…»

Но разгадка лежала прямо за порогом пещеры. Никакой охраны там тоже не было, но связанному человеку спуститься отсюда самостоятельно было просто невозможно. Конечно, можно было попробовать, но эта попытка сильно смахивала бы на самоубийство, а умирать у штандартенфюрера не было никаких причин. То, что его не собирались убивать, – в этом Меер не сомневался, иначе это сделали бы прямо там, на дороге. О том, кто и с какой целью его похитил, – можно было только догадываться. Возможно (коль уж Курта доставили на побережье), его хотят переправить куда-то, может, даже через линию фронта. Вот было бы весело оказаться в Москве или в Лондоне! Штандартенфюрер невольно улыбнулся. Но возможно, что его, как языка, хотят просто допросить прямо здесь, а потом, когда получат то, что похитителей интересует, просто пустят в расход, чтобы не рисковать собственной шкурой. Скорее всего, решил Меер, нападение на его автомобиль организовано местными подпольщиками или партизанами. А у них с эсэсовцами разговор короткий. И поди докажи, что ты с ними находишься по одну сторону баррикад! В удостоверении штандартенфюрера СС такой записи нет. Как раз даже наоборот! Да и нельзя, черт возьми, ничего говорить! Даже во имя собственного спасения! Нельзя подвергать пусть малейшей угрозе то, что годами создавалось, и не им одним!

Он еще раз глянул на крутой спуск, на недосягаемое море, разочарованно вздохнул и направился назад. Нужно было найти способ освободиться. Сидение здесь не сулило ничего хорошего ни для него, ни для возложенной на него задачи.

Меер медленно топтался по освещенной части пещеры, высматривая хоть какой-нибудь острый выступ, о который можно было бы перерезать веревки. Но ничего подходящего не находилось. Видимо, этот лабиринт когда-то был частью подводной галереи, и море отшлифовало каждый камушек, каждую расщелину.

Чертыхаясь про себя, штандартенфюрер снова зашарил глазами по гладким стенам и тут услышал, что к морскому шуму добавился стрекот мотора. Курт торопливо подошел ко входу и выглянул наружу. Так и есть! К берегу осторожно подходил рыбацкий ботик, в котором сидели несколько человек. Меер еще раз глянул на крутой спуск и зашагал обратно за поворот, в тот темный угол, где его оставили похитители. В голове пленника не было никакого плана. Минут через пять рыбаки причалят, еще около пяти потребуется на то, чтобы преодолеть подъем. Что можно предпринять за десять минут – Курт не знал. Глаза привыкли к свету, поэтому сейчас он почти ничего не видел и медленно двигался в темноте. По расчетам, он уже должен был подходить к тому месту, где его бросили, когда нога неожиданно уперлась во что-то податливое. Штандартенфюрер отпрянул – мало ли какой зверь мог поселиться в пещере! Но никто не нападал, не двигался, и Курт еще раз дотронулся до препятствия. Носком сапога он попинал это нечто, убедился, что опасности нет, и опустился перед преградой на колени. Это был мертвец.

Еще толком не зная, с какой целью, но Меер чуть ли не губами стал ощупывать тело. Он понятия не имел, зачем он это делает, возможно, оттого, что просто лежать и ждать своих палачей, как баран на бойне, не в его правилах.

Курт нащупал пуговицы, портупею, эсэсовские петлицы на воротничке, но размышлять о том, кто был этот человек, – не было времени. За голенищем сапога торчал нож. Надо было спешить!

Он вытащил оружие, зажал его между коленями и зубами освободил клинок от тугих ножен. Дальше – дело техники. Через минуту штандартенфюрер уже растирал затекшие кисти, возвращая пальцам подвижность. В пещере зашуршали шаги, по стенам запрыгал луч фонарика. За Меером шли.